Федерализм и новоскрепие. Как перестраивается Россия

Полномочия регионам

В целом же речь идет всего лишь о принуждении Кремля к реализации проекта "двух Россий", о чем я уже не раз писал, причем в том виде, в каком это устраивало бы Запад. "Корпоративная Россия", включенная в различные ТНК, должна стать при этом именно частью Запада, а не тайным орденом российских спецслужб, сросшихся с глобальными ОПГ, - хотя, разумеется, реализация этого плана на практике неизбежно будет нести в себе компромисс между двумя этими крайностями. Такая Россия-ТНК, не имеющая ярко выраженного единого центра, должна влиять на Кремль через контролируемые ей регионы. Полномочия же Кремля при этом резко ограничат, оставив за ним контроль над армией и спецслужбами, осуществляемый по согласованию со всеми группами влияния, выражающими интересы различных ТНК.

В рамках этой схемы примерно 1% россиян, которым, по данным Credit Suisse, принадлежит три четверти национальных богатств России, смогут управлять ими при помощи международно-правовых и экономических инструментов, оставив за Кремлем функции поддержания порядка, охраны принадлежащей им собственности, а также рейдерства, осуществляемого в отношении соседних государств. Силовой блок Кремля, имеющий большое влияние на Путина, долгое время сопротивлялся такому ограничению своих полномочий, но сейчас, похоже, готов уступить. Одним из факторов, сделавших его более сговорчивым, стала пандемия, связанные с ней карантинные меры и их экономические последствия. Свой вклад также внесли падение цен на нефть, коррупционное разложение российских чиновников и невозможность сочетать в современных условиях успешную хозяйственную деятельность с имперской автаркией. Удержание полного контроля над Россией силовикам и спецслужбистам стало просто не по карману.

Именно в таком ключе и следует воспринимать информацию "Левада-центра" о том, что российские губернаторы впервые за 20 лет обошли Путина в рейтинге доверия. Это вовсе не провал центральной власти. Анализ последних действий Путина ясно говорит о сознательном сливе им части полномочий в регионы, куда следом за ними будет отдана и ответственность, что затем закрепят на законодательном уровне.

Новая скрепность

Однако всякий культ лишь тогда прочен, когда вокруг него идет борьба Добра и Зла, в которой верные адепты Света противостоят силам Тьмы. При этом одних только внешних врагов недостаточно. Перманентное разоблачение поддавшихся темным соблазнам грешников, прощение раскаявшихся и покарание упорствующих - вот важнейший фактор устойчивости такого культа. 

И в России стартовала кампания по выявлению внутренних врагов. Поводом стало глумление над акцией "Бессмертный полк" - фальшивым спектаклем с "дедами на палках", перенесенным в онлайн в связи с карантином, с созданием интернет-базы "дедов".

В ответ российские власти решили изловить и примерно наказать нескольких его участников, заявив, что они - все, кто участвовал во флешмобе из России, "поддавшись иллюзии мнимой безопасности интернета". Что касается тех, кто действовал из-за рубежа и пока находится вне досягаемости российских законов, то и они, по заверениям россиян, будут установлены, против них будут возбуждены уголовные дела, а в страны их пребывания поступят обращения об их выдаче. Понятно, что никого не выдадут, но открытое в России уголовное дело - дамоклов меч, который при случае может и сорваться.

С аналогичными разоблачениями выступили и телеблизнецы Дмитрий Киселев и Владимир Соловьев. По общему тону выступлений кампания живо напомнила русскую классику с призывами "расстреливать как бешеных собак".

Процесс над "мерзавцами и подонками" явно задуман широко и максимально публично - с покаянием подсудимых, их обличением по всем телеканалам "лучшими людьми страны" и "возмущенной общественностью" и с суровым приговором в финале - на страх всем, кто вздумает покушаться на главную скрепу России. Скрепа же эта действительно очень важна Москве, поскольку никакой объединяющей идеологии, кроме "Великой Победы", в ее распоряжении сегодня нет.

Мутация смыслов

Экспорт Новороссии

Все перечисленные черты российской трансформации, важнейшая их которых - вынужденный отказ Кремля от роли самостоятельного игрока и переход его в подчинение консенсуса транснациональных структур, владеющих большей частью российской собственности, не означают уменьшения внешней агрессивности России. Напротив, они создают для нее наилучшие условия, уводя от санкций собственность, принадлежащую юридическим лицам, формально не отвечающим за действия Москвы, и даже отчасти российские регионы, могущие в силу большей самостоятельности осуждать при необходимости московские авантюры. Разумеется, все маневры такого рода будут чисто формальны - но юриспруденция и опирается на соблюдение формальностей.

Наиболее же очевидным и крайне уязвимым объектом такого рейдерства оказывается Украина, прежде всего - в силу своей идейной слабости.

Но война не окончилась в реальности. И сосуществование двух параллельных миров, воюющего и невоюющего, в одной стране чревато катастрофой и капитуляцией. Терпение настоящей украинской элиты, находящейся сегодня на передовой, в то время как в тылу все более открыто торжествует малоросская идея сдачи в Россию, не безгранично. Рано или поздно - и, боюсь, уже скоро, на фронте начнут массово приходить к выводу, некогда сформулированному Маяковским: "Вам ли, любящим баб да блюда, жизнь отдавать в угоду?! Я лучше в баре б***дям буду подавать ананасную воду!".

Вместе с тем идеология чистого оборонческого патриотизма уже не имеет перспектив. Причина все та же: общество не готово идти на жертвы, не видя такой же готовности со стороны властных и имущих. Организация идеологического противостояния России, способного обосновать вооруженное противостояние агрессору, возможна только под социальными лозунгами. Впрочем, это отдельная и сложная тема.