Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Грани цинизма. Как Саакашвили записался в "лучшие друзья" Ноздровской

Среда, 10 Января 2018, 15:15
То, что Ирина Ноздровская окажется на знаменах нынешней украинской оппозиции, было более чем очевидно сразу же после ее трагической смерти

Фото: УНИАН

Не менее очевидная этическая сомнительность использования убийства для политического пиара никого остановить, разумеется, не могла. Слишком уж привлекательной оказалась трагическая история Ноздровской для обличения "власти барыг".

И, разумеется, первым и главным "пользователем" памяти погибшей правозащитницы оказался Михеил Саакашвили, который сразу же после того, как известие об убийстве Ноздровской разлетелось по стране, кинулся неистово обличать правоохранителей в частности и власть в целом. Дескать, кровь "молодой девушки" на руках правоохранительной системы, которая, вместо того чтобы предоставить ей охрану, занимается преследованием оппозиции (тут Саакашвили намекает на себя любимого) и защитой коррупционеров (а тут намекает на "барыг"). Михеил Николозович даже очередную акцию протеста по такому случаю организовал, хотя сам в это время в Киеве не был, а времени от момента обнаружения тела прошло слишком мало, чтобы иметь хоть какие-то внятные основания обвинять правоохранителей в бездействии или злонамеренном желании замять дело.

В целом такая реакция Саакашвили никого уже давно в Украине не удивляет. Экс-президент Грузии не упускает ни малейшего повода, чтобы не попытаться в очередной раз искусственно создать в стране "революционную ситуацию". Но последнее его заявление о Ноздровской — это уже явный перебор с цинизмом и плясками на костях. Сегодня Михеил Николозович заявил, что Ноздровская, оказывается, защищала самого Саакашвили: "Ирина Ноздровская участвовала в моей защите. В том числе, по этим делам... Она меня защищала при жизни, а мы ее должны защитить после смерти". То есть гибель Ноздровской теперь не только чудовищное преступление, но и личная утрата для экс-президента Грузии.

И хотя некая связь между Ноздровской и партией Саакашвили прослеживается — в свое время убитая юристка сотрудничала с бизнесменом Иваном Лозовым, который входит в руководство "Руху нових сил" и активно агитировал на телеканалах за "Михо-майдан", — никаких упоминаний о ее участии в защите лично Саакашвили нет. Да и, слушая пламенные речи Михеила Николозовича, посвященные Ноздровской, складывается устойчивое ощущение, что экс-президент Грузии с правозащитницей лично знаком не был и даже не догадывался о ее существовании. Во-первых, призывая к протестам сразу же после известия об ее убийстве, Саакашвили называл ее не по имени или фамилии, а "эта молодая девушка". О том, что у "молодой девушки" совершеннолетняя дочь, Михеил Николозович тоже, наверное, был не в курсе. Во-вторых, Саакашвили вспомнил, что Ноздровская его защищала только на 10-й день после известия о ее смерти, хотя, если они и правда сотрудничали, должен был бы говорить об этом сразу же.

Похоже на то, что Михеил Николозович просто примазывается к посмертной славе жертвы убийства и всеми силами пытается монополизировать право на особую близость к усопшей. Разумеется, только с одной целью — выжать из убитой правозащитницы всю возможную политическую выгоду. Даже для насквозь циничной украинской политики это немного чересчур.

А что касается работы Ноздровской на соратника Саакашвили Лозового, то она сотрудничала не только с ним, но и с Антоном Яценко, который вполне подпадает под саакашвилевскую характеристику "барыг", и была помощницей Татьяны Черновол — представительницы ненавистной для Михеила Николозовича нынешней "преступной власти". Так что связи с Лозовым ни коим образом не свидетельствуют ни о ее политических симпатиях, ни о наличии каких бы то ни было отношений с Саакашвили и участии в его политических "прожектах". По большому счету главным делом Ноздровской было покарать виновных в смерти ее сестры, за что в конце концов она сама поплатилась жизнью. И политики в этой трагической истории было меньше всего, как бы не хотелось Михеилу Николозовичу обратного.

Так что все неуклюжие попытки привязать покойную Ноздровскую к себе, своей партии и своим акциям протеста выглядят кощунственно и цинично, и, хотя бы ради памяти убитой, от таких попыток лучше было бы воздержаться. Правда, Михеилу Николозовичу с каждым разом все сложнее обуздать свой революционный запал.

Больше новостей о политической жизни Украины читайте в рубрике Государство