Мир

Чем интересен Додон. Украинскую мечту Путина отшлифуют в Молдове

В Украине опасаются изменений политики Молдовы. Оснований для опасения нет. Возможно, последуют какие-то не совсем приятные для Украины заявления, но не более. По факту реальная политика Молдовы в отношении Украины останется прежней

Фото: EPA/UPG

Поскольку мои предыдущие материалы о Молдове ("Страна, которую не жалко" в первой, второй и третьей частях, а также "Сунь-Цзы бы плакал") и непризнанном Приднестровье были крайне подробны и в силу этого до неприличия длинны, буду в этот раз предельно краток. 

Итоги второго тура: 

Игорь Додон (Партия социалистов Республики Молдова): 52,18% 
Майя Санду (Партия "Действие и солидарность"): 47.82% 
Разрыв: 4,36 %

Эти итоги были абсолютно предсказуемы после первого тура для любого вменяемого наблюдателя, хоть сколь-нибудь знающего Молдову. 

Теперь — личные впечатления

Итоги первого тура, напомню, были такими: 
Игорь Додон: 47.98% 
Майя Санду: 38.71% 
Разрыв: 9,72 %

Когда я увидел эти итоги и узнал, что выбирать мне придется между Санду и Додоном, я необычайно остро ощутил смысл идиомы "попасть впросак".  Впрочем, остальные кандидаты, не дошедшие до финиша, были не лучше. В списке кандидатов не было ни одного, за которого приличному человеку — в моем, во всяком случае, понимании приличий — можно было бы проголосовать. А поскольку графы "Против всех" в молдавских бюллетенях нет, то я не пошел голосовать ни в первом туре, ни во втором. Чтобы не попасть... ну, я уже сказал куда.  И нисколько не жалею о принятом решении. 

О выборах в целом

Как уже было сказано, победа Додона отражает реальную ситуацию в Молдове. Общество расколото надвое, примерно пополам. При этом одна половина — вполне монолитна и молится на призрак СССР. А вторая в своих симпатиях весьма фрагментарна: ЕС, Румыния, какие-то смутные представления о демократии — по большей части из серии "когда мы придем к власти, мы вас расстреляем". Объединяет эту лоскутную компанию европейский карго-культ: если мы будем вести себя по правилам, нам отрежут кусочек красивой жизни. Любители собак, особенно пуделей, меня поймут: эти люди стараются быть европейцами примерно так же, как пудель старается быть человеком. Но пудель, увы, не человек. А они не европейцы. 

В общем, закономерно победили самые организованные — те, которые сплотились вокруг призрака Совка. А проигравшая компашка сейчас плачется в соцсетях об украденной победе и взывает к народному гневу.  Но никакого народного гнева не будет за отсутствием народа.  Уже в ближайшие два-три дня компашка столкнется с тем, что проплатить уличные протесты некому, а сами они к их организации неспособны.  Протесты есть, но они в Лондоне, перед посольством Молдовы.
 
О фальсификациях

Были, конечно — ну как без них? Без них — холодно в доме, не душевно, не по-нашему. Были и фальсификации, и нехватка бюллетеней на избирательных участках.  И подвоз граждан Молдовы, живущих в сепаратистском Приднестровье, настроенных по большей части прододоновски. Но все это вместе взятое никак не покрывает процентов отрыва. Додон выиграл. Он победитель. Пусть и с небольшим преимуществом.
Впрочем, победа его весьма условна. Должность президента Молдовы маловлиятельна, сам Додон управляем — обо всем этом я уже писал. 

Что сможет сделать Додон и что можно сделать с Додоном и из него?

1. Додон сможет вызвать к себе общую ненависть условно-проевропейской части избирателей Молдовы и таким образом хоть как-то консолидировать этот разношерстный сброд. Глядишь, при сильном сжатии этого сообщества в его недрах и зародится что-то приличное. Хотя, конечно, такое предположение превосходит по смелости даже теорию некоего средневекового ученого о том, что если открытый кувшин набить грязным бельём и добавить туда пшеницы, то через три недели там возникнет мышь. 

2. Додона можно будет использовать для выпуска пара сторонниками его Партии социалистов и отчасти "Нашей партии" Ренато Усатого: вот вам ваш президент, чего вы еще хотите. Сам Додон, желая усидеть в кресле и сохранить в безопасности свой бизнес, будет очень старательно лавировать между уличной толпой и реальной властью. Лучше подушки, в которую теперь уличные протестанты смогут невозбранно колотить, придумать было  невозможно.

3. Додона можно выставлять как говорящую куклу на всех переговорах с Россией. В роли престидижитатора, естественно, Владимир Плахотнюк, правительство и парламент — на подтанцовке. 

4. На Додона можно попробовать поудить Приднестровье.  И, судя по всему, в Приднестровье подумывают о такой почетной сдаче. 

На второй тур выборов в Молдове приднестровские власти организовали бесплатный подвоз жителей региона, имеющих молдавское гражданство на молдавские избирательные участки. Предварительно  проведя по "государственному" каналу ТВ ПМР агитацию против Санду и совсем чуть-чуть за Додона. Додон все же был единственным кандидатом, в программе которого присутствовал пункт о воссоединении Молдовы. Правда, путем ее федерализации, но, тем не менее, он там был. Другие же кандидаты о Приднестровье вообще не вспоминали. 

Голосовавшие также говорят о том, что, предъявив штампик в молдавском паспорте об участии в выборах, можно было получить, уже в Приднестровье, 100 молдавских леев  (порядка $5), и даже называют место, где их выдавали. Эта информация пока не проверена, но говорят об этом многие, и она похожа на правду.

Суммируя все это, можно предположить, что между Владимиром Плахотнюком и Евгением Шевчуком (нынешним "президентом ПМР" и возможным победителем на нынешних выборах в Приднестровье) а также, весьма вероятно, и с холдингом "Шериф", продвигающим на выборах своего претендента,  Вадима Красносельского,  тоже имеющего реальные шансы на победу, достигнуты некие договоренности о поэтапном возвращении в Молдову. Додон вполне может стать знаменем такого возвращения. И совершенно не факт, что итоги федерализации Молдовы будут столь уж однозначно пророссийскими. Владимир Плахотнюк умеет делать неожиданные ходы. 

Кстати, нежданная инициатива Молдовы о выводе из ПМР российских войск через коридор по Украине, предпринятая молдавской стороной с единственной  возможной целью: напомнить россиянам, что они тут засиделись и им пора домой, — прекрасно ложится в эту канву.

Тем не менее стоит подчеркнуть: такая схема федерализации де-факто, без юридических формальностей, реализованная на уровне "взаимопонимания" правящих кланов по обе стороны линии размежевания, — идеальный для Москвы сценарий выхода и из восточноукраинского кризиса. 

Об опасениях

В Украине опасаются изменений политики Молдовы. Оснований для опасения нет. Как уже было сказано не раз, должность президента в Молдове маловлиятельна, Додон уязвим в Молдове, и заставить его вести себя так, как это будет нужно реальному властителю Молдовы — Владу Плахотнюку — совсем не трудно.  Возможно, последуют какие-то не совсем приятные для Украины заявления, но не более. По факту реальная политика Молдовы в отношении Украины останется прежней. Иной вопрос, что Кишинев пытается усидеть на всех стульях сразу и рассматривать его как надежного союзника было бы очень опрометчиво. Но с избранием Додона это никак не связано.

О хорошем

— Если бы  победила Майя Санду, то она оказалась бы в очень неприятном положении: большие обещания, большие надежды и минимум возможностей для их реализации. В итоге неизбежный провал и позор. В общем, Санду повезло: она отметилась во втором туре — но проиграла. Великолепный старт для дальнейшей раскрутки. Впрочем,  трезво оценивая Майю Санду, я не связываю с ней никаких надежд. Но кто знает, кто знает...  А вдруг она хоть на четверть так хороша, как о ней говорят ее сторонники? 

— 30 тыс. сирийских беженцев, которых, по словам Додона, пустила бы страну Майя Санду, чтобы они изнасиловали тут молдавских пенсионерок, разочарованно вздохнули. Они в пролете. Непонятно, правда, что теперь делать с неизнасилованными пенсионерками. 

Но это уже проблема президента Додона, это его электорат.

— Предыдущий президент Молдовы, Николае Тимофти, прославился нелюбовью к публичности, за что и получил прозвище "немая утка". Прозвище, кстати, придумал Додон,  которому, по общей ситуации, придется говорить очень много. Как написал один поэт, "двурукий нищий должен быть весьма красноречивым". 

Иными словами, институт молдавского президентства перешел из эпохи немого кино в эпоху звукового, что, несомненно, большой прогресс. На очереди — цвет, и возможно, оцифровка, но с этим придется подождать до следующих выборов.