Мир

Как стрельба в Орландо меняет картину мира

Слабые демократически страны еще больше ослабеют

Воскресной ночью в городе Орландо, штат Флорида, произошел крупнейший после атак 11 сентября теракт и самый масштабный - исключая войны - инцидент со стрельбой в истории США. Как выяснили правоохранительный органы, 29-летний Омар Матин, родившийся в Нью-Йорке, отправился в ночной гей-клуб Pulse, куда пришло немало народу, чтобы станцевать сальсу и меренгу, достал пистолет и винтовку AR-15 и примерно в два ночи устроил пальбу. По имеющимся данным, погибли 50 и были ранены 53 человека. В перестрелке с полицейскими террорист получил свою пулю. А Соединенные Штаты замерли в ужасе.

Оказалось, что с 2007 года Матин работал в охранной фирме G4S, а значит, имел право на покупку автоматического оружия, которым и воспользовался. В этой истории просматривается след "Исламского государства" (ИГ). Прямых доказательств причастности Матина к организации нет, хотя ИГ, комментируя произошедшее, заявило, что он является "воином "Исламского государства" в США".

ФБР "вело" его с 2013 года, однако не сумело выявить улик, однозначно указывающих на членство в этой группировке. Это, тем не менее, не означает, что стрелок Орландо не был вдохновлен пропагандой ИГ и действовал на свое усмотрение. Волк-одиночка, который, по словам его коллег из охранной фирмы, часто говорил об убийстве людей и не скрывал ненависти к геям, афроамериканцам, женщинам и евреям.

Кстати, подобный инцидент произошел в США не так давно - в конце прошлого года. 2 декабря супруги Саид Фарук и Ташфин Малик (присягнула ИГ) открыли огонь в центре соцобслуживания умственно отсталых в калифорнийском городе Сан-Бернардино. Погибли 14 и были ранены 17 человек. Тогда нападавшие также были застрелены полицейскими, а в их доме нашли целый арсенал оружия и взрывчатки. Атака надолго закрепилась в СМИ и заявлениях политиков и экспертов. И даже затронула бизнес, когда ФБР потребовало от Apple программу-ключ для взлома телефона Фарука.

Воскресный инцидент моментально вошел в политическую плоскость: демагог (как его окрестил знаменитый британский физик Стивен Хокинг) Дональд Трамп призвал Барака Обаму уйти в отставку, а консерваторов через Национальную стрелковую ассоциацию (NRA) критикуют за то, что вставляют палки в колеса ужесточению контроля над продажей оружия. Например, именно такое обвинение-обращение содержится на обложке печатной версии New York Daily News, вышедшей в понедельник. Очевидно, что потенциальный кандидат на пост президента от демократов Хиллари Клинтон при поддержке Обамы будет продвигать ограничительную политику и настаивать на жестких мерах, а команда Трампа (что отнюдь не тождественно слову "республиканцы"), в свою очередь, - прокачивать дальше исламофобию, играя на страхах людей. То, как был использован случай в Сан-Бернардино, доказывает эффективность такой стратегии.

Нападения в Сан-Бернардино и Орландо несут далеко идущие последствия не только для семей и близких жертв, но и для страны, а также всего мира в принципе. Теракты в очередной раз продемонстрировали серьезное изменение в подходах экстремистов к ведению борьбы. Именно волки-одиночки и малочисленные автономные ячейки несут самую страшную угрозу терроризма для современного мира, и вполне может укрепиться в Европе.

Достаточно вспомнить как в марте этого года страницы немецких сайтов запестрели иллюстрированными призывами ИГ к одиночкам повторить подвиг брюссельских террористов и в Германии. Особенно выделялись администрация канцлера ФРГ Ангелы Меркель и аэропорт "Кельн-Бонн". А в прошлом месяце The Washington Times, заручившись мнениями экспертов, детально проанализировало выпуск интернет-журнала террористической группировки "Аль-Каида" на Аравийском полуострове (АКАП) Inspire, в котором содержался не только призыв к сторонникам бить по экономике США изнутри - нападать на крупных бизнесменов в их домах, но и детальные походовые инструкции, например, по созданию самодельных бомб. На обложке изображена фигура человека в капюшоне, который смотрит на частный дом с улицы, а следующая страница показывает вид изнутри дома на открытую дверь: на пороге лежит загорающаяся коробка, упакованная в бумагу и перевязанная веревкой, с цветком наверху. Через открытую дверь видна взрывающаяся машина. Для пущей убедительности "Аль-Каида" поместила даже забрызганную кровью фотографию главы Microsoft Билла Гейтса. Более чем понятный посыл и указание последователям. "Мы полны решимости продолжать борьбу и поразить американцев операциям, организованными группами джихадистов и джихадистами-одиночками, и вернуть Америку на свою родину - по воле Аллаха", - пишет в статье редактор Inspire Яхья Ибрагим.

Как видим, не только ИГ меняет приоритеты из-за крупных потерь в Ираке, где его теснят правительственные силы с курдами и при поддержке Штатов. Противопоставить военной мощи Запада группировка на земле ничего не может. К тому же Вашингтон и Евросоюз бьют и по ее кошельку: лишают нефтяных месторождений, берут под контроль черный рынок исторических артефактов, приносящих исламистам немалые деньги; разоблачают биржевые игры ИГ. Лишить группировку финансирования - одна из важнейших задач, ведь доход ИГ достигает миллиарда долларов в год, а значит средства на закупку оружия, амуниции, подпитку ячеек в Европе и США пока есть. Переход к борьбе в тылу - назревшее решение экстремистов.

Такая распределенная тактика сродни принципу, некогда легшему в основу работы интернета: децентрализованная сеть, участники которой делят некий объем информации (идей, взглядов, методик), но при этом не имеют иерархически выстроенных отношений. Первой группировкой, применившей такой принцип, стала "Аль-Каида", щедро делившаяся своими франшизами со всеми желающими. Тем же путем впоследствии пошла и ИГ.

Но со всей очевидностью не только джихадистские группировки могут воспользоваться подобными наработками. На самом деле не имеет значения, будет ли это исламский, православный или индуистский радикализм. "Обмен опытом" группировок создает угрозу глобального масштаба, т.к. у них исчезает формальный центр. Боевые единицы будут действовать, придерживаясь идеологических установок.

Взять, к примеру, Украину. Когда в Орландо расстреливали гей-клуб, в Киеве проходил марш равенства. Несмотря на конфликт с Россией и критические выпады в адрес гомофобов-россиян, глубокое неприятие толерантного отношения к ЛГБТ-сообществу столь же обыденно и для украинского общества. Благо, с учетом повышенного после львовских нападений на ЛГБТ-активистов внимания политикума и Европы, марш прошел нормально, но желающих ему помешать было более чем достаточно.

Между тем, любые общественно приемлемые проявления нетерпимости создают благоприятную среду для появления экстремизма - и шансы, что появится какой-нибудь одиночка, мстящий натуралам за унижение геев, так же отличны от нуля, как и вероятность появления православного фанатика-ортодокса, стремящегося "искоренить содомское отродье". Хотя последнее все же более вероятно - по крайней мере, у нас. Украина - де-юре светское государство, но спекуляции на религиозной теме занимают отнюдь не последнее место в политической и общественной жизни страны. Не говоря уже о том, что для некоторых "вера в Бога" стала модным трендом.

Это во-первых. Во-вторых, рост страха перед возможными атаками в мире приведет к существенной трансформации общества. В устойчиво демократических государствах с открытым социумом общественный контроль распространяется не только на аппетиты государства, но и на противоправную деятельность условного соседа. У нас же это называется "стукачеством", причем лишь отчасти в силу исторических обстоятельств. "Обман системы" в общественном сознании по-прежнему остается подвигом: отмотал счетчик, пробежал на "красный", украл полотенце из гостиничного номера - герой. Хотя на деле противное нашему уху слово гражданский контроль в его жаргонном значении крайне полезно.

В обществах, в меньшей степени тяготеющих к демократии, угроза терактов в исполнении одиночек способна привести к "обмену" свободы на безопасность. Другими словами, self radicalized persons не столько нанесут вред государственности, сколько укрепят позиции власть имущих с неокрепшим или дестабилизированным гражданским обществом.