Мир

Какую Европу будет строить Юнкер

С могущественным синдикатом «прачек» теперь будет бороться экс-премьер Люксембурга, сделавшего возможной жизнь без налогов для сотен крупных корпораций

Фото: politico.eu

За последние несколько лет финансовые злоупотребления зловещей тенью нависли над союзным и национальным уровнями правительств в Европе. Причин тому несколько. Во-первых, кризисный шок конца 2000-х, последствия которого ЕС не может преодолеть до сих пор. Во-вторых, социальная инфантильность граждан юга Европы, от Испании до Греции, уверенных в том, что государство обязано платить за их нерациональные бюджетные решения. Наконец, инфильтрация Европы российскими и иными постсоветскими ОПГ, что стало одной из предпосылок украинской революции, а затем нападения изобличенной в преступлениях Москвы на соседей, на Европу и на Запад в целом.

Избрание экс-премьера Люксем-бурга Жан-Клода Юнкера председателем Еврокомиссии предполагало продолжение взятого в 2013 г. его предшественником, Хосе Мануэлем Баррозу, курса на борьбу с уклонением от налогов и отмыванием денег: считалось, что в "серых зонах" спрятан €1 трлн неоплаченных фискальных сборов. Пара­доксально, что с могущественным синдикатом "прачек" должен бороться экс-премьер Люксем­бурга. Ведь пять лет назад именно эта страна оказалась в эпицентре крупного скандала, когда бывший сотрудник одной из крупнейших аудиторских фирм Price-water­houseCoopers (PwC) Антуан Дель­тур обнародовал 28 тыс. внутренних документов компании. Дан­ные, опубликованные созданным в США Международным консорциумом журналистов-расследователей (ICIJ), неопровержимо свидетельствовали: Люксембург сделал возможной жизнь без налогов для сотен крупных корпораций. Евро­парламент и Еврокомиссия создали специальный комитет, неформально названный LuxLeaks. Самому же Дельтуру, который оказался под следствием, грозит штраф в 1,5 млн евро и пятилетнее заключение: по законодательству Люксембурга сотрудники, сообщающие о преступлениях в своей организации, подлежат защите только в том случае, если они сотрудничают по этому вопросу с вышестоящим руководством или полицией. В понедельник, 1 июня, Дельтур выступил перед Европарламентом, отметив, что его пример вряд ли вдохновит других информаторов на открытие махинаций работодателей.

Причины, по которым бухгалтер Дельтур обошел правила, вполне понятны жителям постсоветских государств, но не европейцам, недавно верившим в кристальную честность Зеппа Блат­тера, или люксембуржцам, вероятно, рассматривающим иност­ран­ных воров как законную добычу, увеличивающую ВВП герцогства. Некоторые депутаты Евро­парламента даже обвинили власти Люксембурга в государственных репрессиях, направленных против граждан, действующих в интересах общественной пользы. Тем не менее дело Дельтура, скорее всего, приведет к изменениям национальных правовых норм и европейского законодательства, которое в своем уголовном разрезе пока остается в компетенции государств-членов. Впрочем, моральное и финансово-экономическое очищение Европы, в частности от липких подарков из Москвы, лишь одна из задач, поставленных жизнью перед Юнкером, явно надеявшимся на более спокойное председательство.

Греческий кризис двигает ЕС к новой планке интеграции, причем воплощать эту новую политику предстоит именно новому главе Еврокомиссии

За последние недели президент Еврокомиссии сделал ряд достаточно резких заявлений. Сначала в Риге он пожаловался, что к расширению ЕС не готовы ни страны-соседи, ни страны-члены, что, в общем, уже давно превратилось в трюизм. Вернее, всем ясно, что "Восточное партнерство" пора распускать - три страны претендуют в перспективе на членство в Союзе, а оставшиеся три из этого формата выпали надолго. Там же Юнкер внезапно пригрозил Венгрии иск­лю­чением из ЕС.

Нельзя одновременно быть готовым к исключению достаточно крупной и продвинутой, при всех ее нынешних недостатках, Венг­рии и не быть готовым к предоставлению Украине, Молдове и Грузии статуса стран-кандидатов. Тем более что механизма исключения стран из ЕС пока не существует, а Венгрию Орбана третируют давно и почти безрезультатно. Кстати, в этом смысле США оказались более инструментальны - точечные санкции заставили Орба­на умерить свой пыл. А если учесть, что речь может пойти и об исключении Греции как минимум из еврозоны, высказывания президента Еврокомиссии выглядят немного загадочно. Впрочем, к Юнкеру, этакому усредненному западному европейцу, усиленному разгневанным российскими выходками немцем Мартином Шульцем во главе Европарламента и поляком До­наль­дом Туском во главе Европейского совета, необходимо относиться серьезно. И вряд ли с точки зрения украинских интересов могла бы существовать, говоря реалистически, более удобная комбинация европейской политической элиты.

Юнкер проделал долгий путь к своей нынешней должности: впервые о планах занять пост президента Еврокомиссии он заявлял более 10 лет назад. Но тогда в борьбе за опустевшее кресло Романо Проди Юнкера обошел Жозе-Мануэль Баррозу, удержавший эту должность на целую декаду. Юнкеру приходится одновременно и сложнее, и легче, чем предшественнику. На эпоху Бар­розу выпал небывалый рост экономики ЕС, интеграция в его хозяйственный организм десяти стран-членов и прием трех новых, и кризисный шок, и неуверенное восстановление, и начало военной авантюры Путина в Украине и других европейских странах. Юнкер, в свою очередь, избран с "низкой базы": избиратель стран Союза не имеет оптимистических ожиданий в отношении будущего. Скажем, политика бюджетной экономии привела к противоречивым последствиям: вполне эффективная в макроэкономическом смысле, она вызвала разрывы социальной ткани в ряде стран Европы, а в этих разрывах быстро поселяется плесень политического популизма и российского криминалитета, легко находящих общий язык.

Тем не менее, несмотря на загадки внутренней финансовой политики Люксембурга, Жан-Клод Юнкер, очевидно, определенно находится на своем месте для того, чтобы формировать ответ на перечисленные вызовы. Он многие годы пребывает в своего рода неформальном ядре принятия принципиальных решений на уровне Союза. Так, с 2006 по 2013 г. был первым (и переизбранным) президентом "Еврогруппы" - неофициального клуба министров финансов стран, входящих в зону евро. Его члены встречаются за день до заседания Совета по экономическим и финансовым вопросам Совета Евро­пейского содружества. А это наиболее высокий уровень меж­прави­тельственной интеграции. 20 лет Юнкер возглавлял министерство финансов Люксем-бурга и 18 лет - правительство (отчасти одновременно с финансами) этой страны.

Примечательно, что должность премьера Юнкер покинул в связи с тем, что парламентарии обвинили спецслужбы герцогства в незаконной деятельности, а надзирать за работой спецслужб обязан премьер-министр. "Бесхозного" Юнкера не могли не заметить в Берлине: похоже, Меркель финансист Юнкер был понятен больше остальных. Да и страны, имеющие сходные с Люксембургом проблемы с прозрачностью, - Австрия, Лихтенштейн, Кипр, Греция или Мальта - с большим энтузиазмом поддерживали его кандидатуру. Явно против высказывались лишь британцы: у Лондона есть основания считать нового председателя сторонником все большей централизации власти Брюсселем (впрочем, это и есть единственная вменяемая альтернатива распаду ЕС). К этим основаниям мы еще вернемся.

Именно Юнкера считают автором сделок, в рамках которых Греция, Испания, Потругалия, Кипр и Ирландия были спасены от финансовой катастрофы в обмен на жесткий пакет мер по бюджетной экономии. Правда, ныне одна из этих сделок осталась под угрозой, а именно греческая. На фоне очередного раунда прений между Афинами и "большой тройкой" в прессу попали сведения о некоем совместном немецко-французском документе, который подразумевает планы радикальных преобразований в финансово-экономической политике Евросоюза. Речь, в частности, идет о наделении Еврокомиссии правом разрабатывать основные направления экономического развития еврозоны, которые будут ежегодно согласовываться на саммитах глав государств ЕС, а также о регулярном проведении встреч на высшем уровне представителей группы еврозоны, расширении полномочий министров финансов этой группы, создании в Европар-ламенте специальной депутатской структуры по еврозоне, осуществляющей контроль за деятельностью исполнительных органов. Предполагается, что в конце июня этот документ будет представлен на очередной встрече руководителей ЕС для обсуждения. Иными словами, греческий кризис двигает ЕС к новой планке интеграции, а воспитание Греции, соответственно, имеет и другую задачу, кроме банального выбивания долгов. Причем воплощать эту новую политику ЕС предстоит Жану-Клоду Юнкеру - и здесь Влади­мира Путина может ожидать весьма неприятный сюрприз.

Афинам не дадут показать плохой пример

На конец мая пришелся новый виток обострения греческой темы. В этом месяце Афины четырьмя траншами обязаны выплатить МВФ 1,6 млрд евро. Первый платеж в размере 300 млн был намечен на пятницу, 5 июня. И хотя "большая тройка" уже одобрила пакет в 7,2 млрд евро очередной финансовой помощи Греции, однако они будут доступны не ранее 30 июня при условии соблюдения режима экономии и выполнения текущих долговых обязательств.

И тут мог получиться даже технический дефолт по не зависящим от Греции или МВФ причинам: 5 июня - последний рабочий день, а электронные стандарты безличностны. Не окажись на счетах МВФ до его завершения этих денег, Греция автоматически признается банкротом. Поэтому Жан-Клоду Юнкеру пришлось пригласить греческого премьера Ципраса на обед и задушевную беседу.

В итоге уже в четверг Греция сделала ход конем, попросив объединить все четыре июньских платежа в один и провести его 30 числа. Этот шаг немало удивил лидеров ЕС и МВФ: таким приемом до сих пор воспользовалась лишь одна страна - Замбия - в далеком 1980 г. Такой скачок позволит снизить потребность греческого правительства в денежной массе и дает больше времени для переговоров о сдвижении срока разблокирования нового транша от "тройки". В то же время такой ход может быть и скрытой угрозой дефолта. Тем более что накануне греческий министр финансов Варуфакис отметил, что "мы уже проделали три четверти пути, они (кредиторы) должны пройти оставшуюся одну четверть нам навстречу", и добавил: "Если Греции придется покинуть еврозону, это может обернуться катастрофой. Такой шаг может стать началом конца всего проекта единой валюты". Все это понимают как в Берлине, так и в Брюсселе, да и вопрос не в самой Греции, а в опасном примере шантажа со стороны паразитирующего должника.

Как делают карьеру в Люксембурге

Несмотря на манящие с Востока соблазны легких денег, сам Жан-Клод Юнкер, скорее всего, является приверженцем рабочей этики по Веберу. Поскольку он, хотя и католик, вырос в семье обычного сталевара и профсоюзного активиста. Отец будущего председателя Евро-комиссии не присоединился к сопротивлению, а, ощущая себя католиком и немцем, был призван в ряды Вермахта. Вероятно, денацификация никак не коснулась семьи, кроме того, младший Юнкер стал очевидным франкофилом: закончив лицей в Бельгии, он затем предпочел университет в Страсбурге. Правда, в люксембургскую Христианско-социальную народную партию Жан-Клод вступил в юности - в 20 лет, в 1974 г. Шесть лет спустя он сдал адвокатский экзамен в Люксембурге, но никогда не практиковал как юрист - с головой ринулся в политическую деятельность. Не исключается и влиятельный покровитель. Первое же назначение Юнкера после окончания университета состоялось в секретариат парламента герцогства. А уже через четыре года юный политик побеждает на выборах и премьер Жак Сантер назначает его министром труда. Кстати, Жак Сантер - сам впоследствии президент Евро­комиссии.

Перед выборами 1989 г. Юнкер попал в тяжелую автокатастрофу и некоторое время находился в коме, но в кабинет вернулся уже как министр финансов и преемник Сантера. С тех пор он возглавлял важные европейские институты, включая Европейский Совет. Как правило, его наделяют чертами медиатора, политика, способного найти компромисс между полярными антагонистами.

Как спецслужбы подставили премьера

В июне 2013 г. парламенту Люксембурга был представлен на рассмотрение доклад, в котором приводятся примеры незаконной деятельности службы безопасности страны SREL, надзор за которой возложен на премьер-министра. Среди приведенных в докладе фактов - подслушивание разговоров политиков, покупка за государственный счет машин для личного пользования, а также выплата денежных вознаграждений за доступ к местным чиновникам. Юнкер заявил, что сам он не совершал ничего противозаконного. "Работа разведслужб не входила в число моих важнейших приоритетов, - заявил он в ходе своего двухчасового выступления перед парламентариями. - Более того, я надеюсь, что у Люксембурга никогда не будет премьер-министра, который бы рассматривал SREL в качестве своего приоритета". Человек, годами стоящий во главе "широкой" коалиции своих "народников" и Рабочей партии, имел достаточно времени, чтобы усвоить правила игры "не стань крайним". Любопытно, что Юнкер в этот момент не имел "запасного аэродрома", поскольку в январе того же года нидерландский министр финансов Йерун Дейсселблум сменил своего люксембургского коллегу на посту президента "Еврогруппы".

Опубликовано в еженедельнике "Деловая столица" от 8 июня 2015 г. (№23/733)