Богдан Данилишин о падении ВВП, черте выживания и новом экономическом курсе

Украинская экономика начала 2026 г. с тревожного сигнала. По оперативной оценке Госстата, в I квартале реальный ВВП Украины сократился на 0,5% в годовом исчислении, а по сравнению с предыдущим кварталом — на 0,7% с учетом сезонного фактора. Это не катастрофическое падение, но важно политически и экономически, потому что после нескольких кварталов слабого восстановления экономика снова перешла в минус.

Падение ВВП в первом квартале нельзя объяснить одним фактором. Это результат одновременного наложения нескольких шоков — энергетического, военного, логистического, внешнеторгового, бюджетного, инвестиционного и кадрового. Формально спад на 0,5% выглядит незначительным, но за ним стоит более глубокая проблема, при которой украинская экономика все больше работает не на развитие, на выживание. Она поддерживается бюджетными расходами, международной помощью, импортом энергии и потребительским спросом, но не обладает достаточной силой собственного производственного, инвестиционного и экспортного расширения.

Причины замедления

Главная причина замедления — последствия российских атак на энергетическую и логистическую инфраструктуру в условиях очень холодной зимы. Именно так НБУ объяснил слабую экономическую активность в начале года: экономика замедлилась из-за атак на энергетику и логистику, энергодефицит, перебои в поставках и дополнительные расходы бизнеса.

Энергетика в Украине сегодня не просто отрасль, а базовое условие работы всей экономики. Понятно, что когда у предприятия нет стабильного электроснабжения, оно не может планировать производство, выполнять экспортные контракты, поддерживать нормальный режим работы оборудования, а также удерживать персонал и обеспечивать конкурентную себестоимость. Поэтому энергетический дефицит автоматически преобразуется в промышленный, логистический и дефицит доходов.

Промышленность в первом квартале не смогла вытянуть экономику. По данным Госстата, промпроизводство за январь-март сократилось на 1,1%. В январе спад составил 8,1%, в феврале — 2,6%, и только в марте было зафиксировано восстановление на 4,5% в годовом исчислении. Это значит, что мартовское оживление пока не перекрыло провал начала года. Экономика получила не устойчивое промышленное восстановление, а частичную компенсацию после зимнего шока. Особенно опасно то, что падение промышленности происходит в стране, нуждающейся в военном производстве, энергетическом оборудовании, машиностроении, переработке аграрной продукции, строительных материалов, оборонной индустрии и экспортной диверсификации. Без промышленного ядра можно временно поддерживать ВВП расходами из бюджета, но это не создает долгосрочного развития.

Торговый дисбаланс

Еще одна причина — огромный разрыв между импортом и экспортом. По данным Государственной таможенной службы, в январе-марте 2026 г. Украина импортировала товаров на $23,4 млрд, а экспортировала — всего на $10,1 млрд. То есть товарный дефицит за квартал превысил $13 млрд. В формуле ВВП чистый экспорт — экспорт минус импорт. Когда импорт растет значительно быстрее экспорта, это прямо давит на ВВП. Часть внутреннего спроса удовлетворяется не украинским производством, а товарами из-за границы. Это не означает, что импорт сам по себе зло. Украина вынуждена импортировать топливо, энергетическое оборудование, машины, транспорт, химию, критические товары по обороне и восстановлению. Но если страна импортирует гораздо больше, чем экспортирует, а собственная промышленная база не наращивается, экономика становится зависимой от внешнего финансирования и валютных резервов.

Бюджет поддержки, а не развития

В первом квартале государство тратило большие средства. По информации Минфина, кассовые расходы общего фонда госбюджета составили 916,4 млрд грн, что на 7,1% больше, чем за аналогичный период предыдущего года. На безопасность и оборону направили 570,9 млрд грн, или 62,3% всех расходов общего фонда. Это объясняет главную особенность военной экономики: бюджет огромен, но его структура преимущественно оборонно-стабилизационная, а не инвестиционно-развиточная. Государство финансирует армию, зарплаты, социальные выплаты, критические нужды. Это нужно. Но этого недостаточно для качественного роста ВВП.

В свою очередь Нацбанк прямо указал, что дополнительным фактором слабой экономической активности стала сдержанная бюджетная политика из-за задержек внешней помощи. Налаживание бюджетных расходов с поступлением международного финансирования, по оценке НБУ, может поддержать экономику в последующие месяцы.

"Дорогие" деньги и ограниченные инвестиции

Монетарная политика также оказывает влияние на экономическую динамику. 30 апреля НБУ сохранил учетную ставку на уровне 15% и объяснил это необходимостью поддерживать привлекательность гривневых инструментов, устойчивость валютного рынка и контролируемость инфляционных ожиданий. С точки зрения макрофинансовой стабильности это ясно. Но для реального сектора высокая ставка означает дорогой кредит, более слабые инвестиционные стимулы, осторожность бизнеса, меньше модернизации и более медленное восстановление производственных мощностей.

В мирной экономике это была бы классическая антиинфляционная политика, а в военной сложная — дилемма: как сдерживать цены, но не задушить производство. И именно здесь Украине нужна не простая политика высокой ставки, а сочетание макростабильности с целевыми кредитными инструментами для оборонной промышленности, энергетики, экспорта, переработки и малого производственного бизнеса.

НБУ отмечает, что ценовое давление усилилось из-за сложной ситуации в энергетике после российских обстрелов и подорожания горючего в результате войны на Ближнем Востоке, предварительного ослабления курса гривни и роста зарплат. В марте инфляция ускорилась до 7,9% год к году, а НБУ повысил ее прогнозный уровень на конец 2026 г. до 9,4%. Для бизнеса это означает увеличение себестоимости: более дорогая электроэнергия, горючее, логистика, комплектующие, страхование рисков и рост зарплат. В такой ситуации даже предприятия, у которых есть спрос, часто не могут быстро наращивать производство.

Кадровый дефицит

Даже там, где есть заказы, оборудование и рынки, экономика часто упирается в нехватку людей. Мобилизация, миграция, демографические потери, перемещение населения, выезд квалифицированных работников и психологическая усталость создали дефицит кадров во многих секторах. Это не только социальная проблема, но и прямое ограничение ВВП. Без инженеров, энергетиков, строителей, водителей, механиков, технологов, операторов производства, аграрных специалистов и управленцев невозможно развернуть экономику восстановления.

Важно отметить, что ВВП в первом квартале 2026 г. уменьшился не потому, что украинская экономика "провалилась". А потому, что нынешняя модель экономического выживания исчерпывает свой потенциал. Украина пользуется бюджетной поддержкой, международной помощью, устойчивым банковским сектором и значительным внутренним спросом. Но этого недостаточно. Нужна новая экономическая логика: от поддержки потребления к поддержке производства; от импортной зависимости — к внутренней переработке; от оборонных расходов как нагрузки – к оборонной промышленности как ядру нового роста; от макрофинансовой стабильности как самоцели – к стабильности, работающей на развитие. Своего рода — Новый экономический курс.

Что нужно делать

Во-первых, энергетика должна стать не сектором ремонта после разрушений, а основой новой промышленной политики. Нужны децентрализованная генерация, защита критических объектов, накопители энергии, локальное производство энергетического оборудования и быстрое подключение бизнеса к альтернативным источникам.

Во-вторых, нужна политика экспортного прорыва. Украина не может жить с дефицитом торговли более $13 млрд за квартал. Требуются страхование военных рисков, более дешевая логистика, развитие портов, поддержка переработки аграрной продукции, металла, машиностроения, оборонной и технологической продукции.

В-третьих, бюджет должен не только финансировать выживание, но и создавать будущий ВВП. Каждая гривня государственных расходов должна оцениваться не только исходя из социальной или оборонной необходимости, но и по мультипликатору для украинского производства.

В четвертых, монетарная политика должна быть дополнена специальными инструментами развития. Высокая ставка может сдерживать инфляцию, но экономику войны нельзя восстановить только депозитными сертификатами и дорогими кредитами. Требуются целевые программы финансирования производства, экспорта, энергетики, оборонных технологий и инфраструктуры.

В-пятых, Украина должна перейти к активной политике человеческого капитала: возвращение мигрантов, переквалификация, поддержка ветеранов в бизнесе, техническое образование, новая система профессиональной подготовки и стимулирование занятости в производственных секторах.

Падение ВВП в первом квартале 2026 г. — это предупреждение, своего рода знак, что украинская экономика еще держится, но ее запас прочности не безграничен. Она требует не косметического стимулирования, а нового экономического курса: энергетически устойчивого, промышленного, экспортного, инвестиционного и ориентированного на собственное производство.

В противном случае Украина рискует остаться страной большого бюджета, большого импорта, большой внешней зависимости, но слабого внутреннего роста.