Критическая инфраструктура. Как не позволить украинскому ритейлу сложиться под ударами
Дефицит на полках супермаркетов — лишь первый признак большего кризиса, который может охватить украинскую экономику из-за уничтожения логистической инфраструктуры. Рассказываем о масштабе угроз и возможных решениях правительства, банков, международных партнеров и самих ритейлеров, чтобы предотвратить худший сценарий
Логистика под ударом
Массированные удары врага по логистической инфраструктуре Киева и других регионов в очередной раз подсветили одну неприятную, но очень важную истину. В условиях полномасштабной войны крупный современный склад — это гораздо больше, чем просто огромное здание, заполненное паллетами с товаром. Это узел, от бесперебойной работы которого зависит снабжение десятков и сотен магазинов.
Логистическая структура, выстроенная вокруг крупных распределительных центров, чрезвычайно эффективна экономически, но и крайне уязвима. Сейчас об этом каждый день напоминают пустые стеллажи во многих супермаркетах. За последний месяц только на Киевщине претерпели значительные разрушения или были уничтожены десятки логистических объектов ведущих игроков рынка, в частности "Эпицентра", Fozzy Group ("Сильпо", "Фора"), NOVUS, VARUS, Rozetka, АТБ, Denka Logistics, а также многочисленных других ритейлеров и 3PL-операторов. В целом по Украине только в результате летних атак выбыли сотни тысяч квадратных метров складских и логистических комплексов. Следует отметить, что враг сосредоточил удары на сетях, которые обеспечивают украинцев самым необходимым: согласно официальным данным, уже поражено 90% нашей логистики продуктов питания.
Украинский бизнес демонстрирует уже привычные чудеса адаптивности: маршруты переписываются фактически "на коленке", уцелевшие запасы рассредоточиваются, компании ищут новые площади в более безопасных зонах. Но возможности бизнеса не безграничны. И тут ключевую роль играют крупные ритейлеры и логистические провайдеры. Прежде всего от них зависят продовольственная безопасность государства и поставки украинцам товаров первой необходимости.
Масштаб рисков
В экономике действует эффект масштаба. Именно крупные торговые сети и логистические операторы, в отличие от мелких локальных поставщиков, способны массово и бесперебойно удовлетворять потребности миллионов людей. Особенно это актуально в условиях мегаполисов, таких как Киев. Малый бизнес, несмотря на всю его гибкость и важность для экосистемы, физически не способен взять на себя такие объемы: у него нет ни систем управления складами, ни автоматизированных сортировочных линий, ни необходимых оборотных средств, чтобы вытянуть "операционку".
Но стоит честно признать: запас прочности даже у гигантов рынка исчерпывается. Если из-за разрушения инфраструктуры и нехватки капитала на восстановление они остановят операционную деятельность или начнут деградировать, миллионы украинцев уже этой зимой (или даже раньше) рискуют не получить достаточно продовольствия и других необходимых вещей на каждый день.
В худшем сценарии "заложен" эффект домино: чьи-то расходы — это всегда чьи-то доходы и наоборот, поэтому остановка или существенное сокращение операций крупного ритейла будет означать, что рухнут сразу несколько "фишек":
- снизится деловая активность и уменьшатся обороты не только в ритейле, но и в смежных отраслях; деградирует торговля и производство;
- десятки тысяч работников останутся без работы (уже сейчас некоторые сети ощутимо сокращают штат или пересматривают зарплатную политику);
- банки потеряют крупнейших клиентов;
- государство недополучает миллиардные налоговые отчисления: сейчас только торговля обеспечивает около 16% поступлений в Сводный бюджет Украины.
Следует отметить еще один системный риск, который касается самого бизнеса. Крупные сети предлагают переписать договоры, чтобы перевести часть или все убытки от потери товаров (в результате атак по складам) на поставщиков/производителей. По данным "Экономической правды", например, АТБ вообще не хочет принимать на себя право собственности на продукцию сразу после поставки на склад. Это еще одно проявление кризисного эффекта домино в экономике.
И хотя, по словам министра аграрной политики Украины Тараса Высоцкого, "угрозы голода и системного физического дефицита продуктов питания не будет", можно не сомневаться, что дефицит на прилавках только усилится, если не принимать меры в поддержку ритейла. Одна из крупнейших сетей уже ввела ограничения на покупку социально важных продуктов.
К тому же существует стратегический риск национального масштаба. Если украинские корпоративные гиганты обрушатся под бременем убытков, то даже после нормализации ситуации на "выжженное поле" придут мощные транснациональные корпорации (ТНК). Имея несравнимо больший доступ к дешевому глобальному капиталу, они скупят остатки рынка за бесценок. После этого украинскому бизнесу будет практически невозможно отвоевать позиции.
Без преувеличения крупный украинский ритейл и провайдеры логистических услуг сегодня выполняют такой масштаб задач, что их функцию просто невозможно быстро заменить. Эти гиганты системно важны, чтобы позволить им рухнуть.
Следовательно, в условиях регулярных вражеских атак отрасль нуждается в немедленной поддержке. Но какая именно помощь нужна? И какая именно возможна?
Механизмы спасения и восстановления
По нашему мнению, государство прежде всего в лице правительства должно разработать соответствующую целевую программу поддержки. Понятно, что речь не идет о безусловной помощи "живыми" деньгами — в казне воюющей страны таких ресурсов просто нет, а абсолютным приоритетом остается армия. Однако восстановление складской логистики можно поддержать и другими решениями. Прежде всего речь идет о доступном кредитном ресурсе и собственном помещении.
По состоянию на данный момент ситуация с кредитованием масштабного бизнеса крайне сложна. Крупные компании, а также предприятия, имеющие среди конечных бенефициаров нерезидентов, юридически не могут воспользоваться государственной программой "Доступные кредиты 5-7-9%" (а именно она сейчас обеспечивает значительную часть прироста кредитования). Для многих бизнесов это единственная возможность получить кредитный ресурс на адекватных условиях. Обычные коммерческие ставки сегодня остаются неподъемными для масштабных и долгосрочных инвестиций в восстановление. К тому же очевидно, что НБУ из-за инфляционных рисков пока не собирается радикально смягчать монетарную политику.
Впрочем, важно понимать: деньги в банковском секторе Украины есть, а уровень ликвидности системы остается рекордно высоким. Задача — совместить интересы банков и потенциальных заемщиков, которыми являются пострадавшие бизнесы. Следовательно, по меньшей мере госбанки можно и нужно заинтересовать в сотрудничестве по вопросу спасения логистической инфраструктуры.
Вполне реалистичный сценарий таков. При поддержке правительства и НБУ создать для всего сектора механизм кредитования, которое было бы доступно как по процентным ставкам, так и по другим существенным условиям, особенно в отношении залога (ведь потенциальные заемщики именно сейчас теряют физический капитал). Тем более что в правительстве уже анонсировали разработку "механизмов кредитной поддержки" и "страхования военных рисков". Учитывая усиление вражеских атак по логистике, наверное, все большую актуальность приобретают и механизмы распределения рисков между банками и участниками рынка.
Кроме внутренних ресурсов, есть еще одно важное направление — международные партнеры, которые сегодня предоставляют финансирование по нескольким каналам. Абсолютно логичным шагом было бы сфокусировано задействовать инструменты и механизмы ЕБРР, программы Ukraine Facility и других международных финансовых организаций именно для восстановления логистики. На международном уровне необходимо четко определить: сектор Consumer Staples (товаров повседневного спроса) и соответствующая ему складская логистика — это критическая инфраструктура, которая является гарантией продовольственной безопасности страны. Мы не можем позволить упасть этому сектору точно так же, как не можем позволить развалить энергетику. Поэтому вполне обоснована надежда, что международные партнеры могут приоритетно выделить финансирование именно на восстановление соответствующих складских мощностей крупного бизнеса.
— Как в Ассоциации украинских банков видят механизм удешевления кредитов для системного ритейла?
— Системный ритейл и продуктовая логистика сегодня выполняют, в частности, функцию критической экономической инфраструктуры. Поэтому вопрос заключается не в компенсации частного ущерба, а в создании финансового механизма, который позволит быстро восстанавливать уничтоженные мощности без чрезмерной нагрузки на государственный бюджет и банковскую систему. Я вижу модель Reconstruction Finance Window: долгосрочный банковский ресурс, частичную компенсацию ставки, государственные и международные портфельные гарантии, страхование военных рисков и механизмы распределения рисков "risk-sharing". То есть государство не заменяет банк и не берет на себя весь риск — оно вместе с международными партнерами абсорбирует его часть, которую бизнес объективно не может контролировать. Это принципиально важно: удешевлять нужно не столько деньги, сколько риск. Меньшая премия за риск означает более низкую ставку, дольший срок кредитования и большую готовность банков финансировать восстановление.
— Чем заменить физический залог и как не допустить критического ухудшения кредитоспособности?
— Война фактически заставляет нас переходить от классической парадигмы "кредит под жесткий залог" к кредитованию на основе денежных потоков. Для крупного системного бизнеса его способность генерировать стабильный денежный поток часто является не менее важным активом, чем квадратные метры. Банки могут более широко учитывать имущественные права на будущую выручку, товарные запасы, оборудование, дебиторскую задолженность, контракты. Дефицит же физического залога компенсировать многоуровневой системой защиты — государственными и муниципальными гарантиями, гарантийными продуктами от ЕС, ЕБРР, ЕИБ, страхованием военных рисков. При этом кредитные рейтинги нельзя административно "замораживать". Но так же неправильно автоматически приравнять уничтожение актива ракетой к ухудшению качества самого бизнеса. Оценивать нужно способность компании восстанавливать cash flow и реальный остаточный риск банка после гарантий и страхового покрытия.
— Можно ли привлечь Ukraine Facility и ЕБРР и как быстро?
— Да, и это один из самых практичных путей. Ukraine Facility, Ukraine Investment Framework, инструменты ЕБРР и ЕИБ уже создают финансовую инфраструктуру для гарантий и мобилизации частного капитала. Поэтому я не создавал бы новую громоздкую госпрограмму. Целесообразнее сформировать в рамках существующих механизмов специальное окно для критически важных цепей снабжения — продовольственной логистики, распределительных центров и инфраструктуры товаров первой необходимости. При политической и институциональной готовности партнеров такой механизм можно запускать в течение нескольких месяцев, используя украинские банки в качестве операторов финансирования.
— Возможны ли пруденциальные смягчения со стороны НБУ?
— Я бы не называл это пруденциальным смягчением. Правильнее говорить о risk-sensitive regulation — регулировании, которое видит не номинальный, а реальный риск. Если значительная часть кредитного риска покрыта качественной международной либо государственной гарантией или страхованием, это должно корректно отражаться в требованиях к капиталу и оценке кредитного риска. НБУ уже двигается именно в этом направлении, расширяя возможности учета международных гарантийных инструментов. Поэтому задача не ослабить стандарты банковской системы, а создать условия, при которых капитал банков будет работать на восстановление экономики без накопления неприемлемого риска.
В конце концов, это прямая задача правительства — совместно с НБУ, парламентариями и, безусловно, самими участниками рынка — оперативно разработать соответствующую программу поддержки и выйти с готовыми предложениями к имеющим финансовый ресурс институциям.
Стоит добавить, что финансирование — это базовый, но не единственный инструмент поддержки, в котором нуждается рынок. Логистика требует не только денег, но и пространства. Еще после первых августовских ударов по складам Кабинет Министров Украины пообещал расширить пакет решений для обеспечения бесперебойной работы соответствующего бизнеса. В частности, предоставить предпринимателям приоритетный доступ в государственные помещения для рассредоточения складских мощностей. А уже 19 августа Liga.net сообщила, что Фонд госимущества Украины (ФГИ) вместе с военными администрациями нашел 163,89 тыс. кв. м помещений, которые потенциально готовы для функционирования как склады, "если будут отвечать запросам бизнеса". Процесс передачи их в аренду будет проходить через электронную систему "Prozorro.Продажи". Однако важно заметить, что это только начало пути: во-первых, уже уничтожено в разы больше складских площадей, чем пока что может предложить ФГИ, а во-вторых, бизнес, потерявший современные и автоматизированные помещения, нуждается не только в квадратных метрах, но и в оборудовании и возможностях его установить. Что снова возвращает нас к вопросу о финансировании.
Безопасность и устойчивость восстановленных мощностей также должны быть учтены, однако их конфигурацию будет определять сам бизнес. Задача государства — создать необходимую рамку: обеспечить доступный кредитный ресурс, гарантии и страхование военных рисков, надлежащие регуляторные условия, доступ к подходящим помещениям и релевантной информации о безопасности.
Именно такая конструкция позволит компаниям восстановить логистические мощности, не перекладывая весь риск ни на бюджет, ни на банки, ни на производителя, и сохранить непрерывность базовых поставок.
Конечно, за годы полномасштабной войны украинский бизнес научился молниеносно самостоятельно оценивать риски. Однако в условиях массированного террора необходима экспертная и синергетическая помощь на уровне правительства. Ведь именно у государственных институтов и профильных ведомств есть доступ к закрытым данным, аналитике угроз и прогнозам, которые имеют решающее значение в горячей фазе войны. Держать этот удар государство, финансовый сектор и бизнес должны плечом к плечу.
