Выбраться из торговой ямы. Как именно Украина способна перезагрузить экспорт во время войны

Объемы международной торговли Украины растут и в прошлом году составили $125,1 млрд (в эквиваленте). Однако весь прирост обеспечил импорт, который подскочил до $84,8 млрд. В то же время экспорт фактически стагнирует — $40,3 млрд против $41,6 млрд годом ранее. В результате образовалось рекордное отрицательное сальдо в $44,4 млрд. Можно сказать, что по состоянию на сегодняшний день торговый дефицит стал структурным признаком экономики.

Согласно материалам YouControl, которые подытоживают данные таможенной статистики, импорт в 2025 г. имел критический характер: 40,2% ($34,1 млрд) пришлось на машины, транспорт и энергооборудование. Украина вынуждена покупать энергонезависимость (генераторы, трансформаторы, аккумуляторы совокупно на $4,8 млрд), восстанавливать мобильность и закупать дроны (БПЛА — $1,7 млрд, из которых 85% поставляет Китай).

В то же время экспортный профиль остается тревожно "монокультурным". Более 55% выручки обеспечивает агросектор ($22,5 млрд), особенно подсолнечное масло, кукуруза и пшеница. К сожалению, в течение полномасштабной войны вторая по величине экспортная отрасль, металлургия, в разы уменьшила показатели из-за разрушений и потери предприятий, а также проблем с логистикой.

Впрочем, эта агрегированная статистика бросает слишком густую тень на общую картину — дальше мы объясним, благодаря чему, несмотря на все вызовы, Украина способна расширить перспективы производства и экспорта.

Цель — поменять сырьевую модель

Кроме расширения торгового дефицита, наиболее очевидной проблемой международной торговли Украины является преимущественно сырьевой характер экспорта на фоне импорта, в котором значительный вес имеют позиции с высокой добавленной стоимостью. В целом последствия такого положения дел хорошо известны: полагаться на продажу сырья — это зависеть от конъюнктуры мировых рынков, иметь большие проблемы с логистикой, а главное — не использовать экономический потенциал. И это хорошо осознают на всех уровнях власти.

К примеру, глава Офиса президента Кирилл Буданов констатирует, что сырьевая модель не срабатывает.

"Мы должны ориентироваться на отрасли с высокой добавленной стоимостью. Потому что ресурсно-сырьевым рынком мы не вытащим существующий комплекс проблем. Добыча, первичная обработка или просто выращивание — это не то, что сделает нас сильными", — заявил Буданов во время Business Wisdom Summit в Киеве.

Будущее он видит в развитии, в частности, милитаритеха и IT. Наукоемкие автономные виды вооружения — это ниша, где у Украины уже есть уникальное преимущество. Правда, выходить на мировые рынки нужно уже сейчас, из-за чего стоит вопрос открытия экспорта для оружия. "В этом вопросе есть морально-этическая и чисто техническая сторона. Мы должны определить, какие типы вооружений имеем с избытком и что нужно в мире", — констатировал глава ОП.

Следует припомнить, что задача увеличить вес более сложной продукции во внутреннем производстве и экспорте ложится в более широкую концепцию экономического патриотизма, провозглашенную в Украине еще до полномасштабного вторжения. Например, с тех пор была обновлена законодательная рамка для поддержки отечественного производителя — от требования локализации в публичных закупках до налоговых, таможенных и других стимулов для участников индустриальных парков. Эти и другие инициативы в конечном счете оформились в политику "Зроблено в Україні" (читайте ниже).

Переосмыслить импорт

Здесь важно зафиксировать, что сокращение дефицита в международной торговле не может быть самоцелью. Стремясь наращивать экспорт, улучшая его структуру, не нужно иметь предубеждений против роста необходимого импорта. Ведь все связано. Несмотря на распространенные представления, импорт напрямую не "вычисляется" из ВВП. С технической точки зрения, чтобы избежать двойного учета, мы просто вычитаем стоимость иностранных товаров, компонентов и услуг из общей суммы потребления, инвестиций и государственных закупок. Это означает, что объемы внутреннего производства зависят от того, что именно и в каких объемах мы импортируем. Одно дело — предметы быта, совсем другое — инвестиционные товары (оборудование) или необходимые ресурсы (например топливо). Статистика свидетельствует, что сейчас Украина вынуждена закупать оборудование, особенно энергетическое, и топливо. Только генераторов, трансформаторов, аккумуляторов и фоточувствительных элементов в прошлом году завезли из-за рубежа на $4,8 млрд, а нефти и нефтепродуктов — на $6,62 млрд. Если бы такого импорта не было, то и экономика в целом и наш экспорт в частности погрузились бы в еще больший кризис.

Таким образом, значительное увеличение импорта помогает Украине удерживать экономику. Это также дает надежду, что в случае нормализации ситуации с безопасностью внешнеторговый дефицит начнет сокращаться. Впрочем, для этого стоит развивать внутреннее производство и экспорт.

Поддержать экспорт: масштабные вызовы, четкие задачи

Вернемся к основной теме. Посмотрим на внешнюю торговлю глазами украинских экспортеров и государства: какие вызовы как их решать.

Прежде всего, следует понимать эффективные форматы продаж за границу — от этого зависит, кому и насколько трудно экспортировать и даже останется ли производство в пределах Украины. СEO Nemiroff Юрий Сорочинский выделяет три варианта взаимодействия с глобальными рынками по уровню сложности.

1. Простейшая модель: произвел избыток продукции — нашел покупателя за границей — отгрузил товар — получил валютную выручку. Это классическая, но ограниченная схема.
2. Срединная модель: работа через стратегических партнеров на каждом отдельном рынке. "Мы сейчас присутствуем на 80 рынках в мире, и на каждом из них у нас есть свой стратегический партнер; это позволяет глубже понимать локальную специфику", — объясняет Сорочинский на примере управляемой им компании.
3. Наиболее сложная модель: экспорт технологий и капитала за пределы Украины, чтобы стать ближе к потребителям в разных уголках мира и уберечься от военных рисков (компании об этом не любят говорить вслух, потому что фактически это означает перенос части производственных процессов за границу со всеми вытекающими последствиями для нашей экономики).

Это с точки зрения бизнеса. Но очевидно, что Украина в целом заинтересована в экспортных форматах, которые предусматривают развитие производства в пределах наших границ.

В свою очередь в Европейской бизнес-ассоциации (ЕБА) отмечают фундаментальное различие между экспортом и импортером в контексте привлечения иностранных инвесторов — это еще одно объяснение рекордного торгового дефицита. По словам исполнительного директора ЕБА Анны Деревянко, продавцам зарубежных товаров легче решиться на вход в Украину, потому что им не нужно защищать производственные мощности. Конечно, импортеры также учитывают риск для складов, наличие логистики и достаточного спроса в Украине, однако экспортерам все равно сложнее: на фоне военных рисков, им нужно находить каналы продаж из Украины в горизонте хотя бы нескольких стран, организовывать и финансировать такую деятельность.

Итак, с импортом все более-менее понятно. В фокусе усилий Украины должна быть именно поддержка экспортеров. Во власти это понимают. Заместитель председателя Комитета ВРУ по вопросам экономического развития Дмитрий Кисилевский отмечает необходимость вернуть украинскому производителю принадлежащее ему место в публичной политике и программах: "Экспорт начинается с того, выгодно ли производить внутри страны. Если выгодно и есть возможность доставить товар хотя бы до границы — тогда уже можно говорить о продаже на международные рынки", — констатировал он. Можно выделить следующие инструменты поддержки производства и экспорта в рамках политики "Зроблено в Україні":

В то же время, не стоит забывать, что экспорт во время полномасштабной войны находится в стагнации, а значит есть вызовы, которые нужно решать. Пан Кисилевский называет, среди прочего:

• высокую себестоимость: главная задача — уменьшить цену электричества;
• препятствия в логистике: задача — углублять переработку;
• ограничения со стороны ЕС: задача — договариваться о расширении квот, отсрочке механизма CBAM и т.п.;
• недостаточное экспортное финансирование : задача для ЭКА — привлекать иностранные институты к кредитованию зарубежных покупателей украинской продукции;
• жесткий валютный контроль: задача — продлить срок возврата экспортерами валютной выручки более чем на 180 дней (из-за сложной логистики и особенностей некоторых товаров деньги просто не успевают дойти на счет украинских банков)
• слабую экономическую дипломатию: задача — активно преодолевать торговые барьеры партнеров и промотировать украинскую продукцию.

К этим пунктам президент Торгово-промышленной палаты Украины Геннадий Чижиков добавляет потребность в скорейшем формировании бренда Украины ("Мы сильные, смелые, "вкусные" и инновационные") с акцентом, что даже бомбы не могут остановить рост украинской мощи.

Впрочем, общий консенсус в бизнес- и властных кругах сводится к краеугольному вопросу окончания войны и надежным гарантиям безопасности: пока у Украины их не будет — потока инвесторов ждать не приходится.

Разнообразить "меню" для мира

Завершим на позитиве. Несмотря на, казалось бы, упрощение структуры украинского экспорта по объему проданного (в денежном измерении), где теперь полностью доминирует агросектор, Украина за время полномасштабной войны, похоже, наоборот, усиливает позиции по ассортименту (разнообразию) предлагаемой миру сложной продукции, что отражается в Economic Complexity Index. Так, в экспорте увеличивается относительный вес нишевых технологичных товаров (например отдельных узлов для авиации, специфической химии и кабелей для автопрома ЕС). Безусловно, положительную роль играет и развитие оборонно-промышленного комплекса. Несмотря на ограничения на экспорт соответствующей продукции, высокотехнологичное оборонное производство (дроны, системы РЭБ, бронетехника) внутри страны создает ноу-хау, которые со временем трансформируются в более сложные гражданские товары. Это увеличивает производственный и экспортный потенциал Украины.