Европейская орбита. Как кризис со Starlink приближает Украину к космическому рынку ЕС

Показательная ситуация со Starlink. Недавние сообщения об ограничении работы терминалов, движущихся со скоростью свыше 160 км/ч, вызвали проблемы в работе украинских беспилотников и других военных систем. По данным военных, кратковременные потери связи затрудняли управление дронами и выполнение отдельных задач. Правда, речь шла об ограничении работы терминалов в движении, в частности в контексте военного сервиса Starshield, а не о тотальном снижении скорости интернета на всех терминалах Starlink.

Этот эпизод в очередной раз поставил вопрос о том, насколько критические функции государства и армии могут зависеть от инфраструктуры, контролируемой из-за рубежа. Особенно на фоне частично реализованных угроз со стороны США заблокировать передачу Украине разведданных, которые, в частности, позволяют отслеживать пуски баллистических ракет.

Отдельный риск — критическая зависимость от одного поставщика. Именно здесь появляется пространство для углубленного сотрудничества с Европейским Союзом. Тем более что наши континентальные партнеры располагают такими инструментами в космической отрасли, которые приносят пользу как вооруженным силам, так и гражданскому бизнесу. Рассмотрим возможности ЕС в обоих этих аспектах, опираясь на свежий выпуск EU_Space_Market_Report 2026.

GOVSATCOM: возможность диверсифицировать связь

14 октября в Еврокомиссии сообщили о переговорах по поводу полноценного вступления Украины в GOVSATCOM (Governmental Satellite Communications) — европейскую систему защищенной спутниковой связи для государственных пользователей. Она работает по принципу объединения имеющихся спутниковых ресурсов стран-участниц. Вместо того чтобы каждое государство отдельно обеспечивало все потребности в защищённой связи, GOVSATCOM координирует доступ к соответствующим мощностям. Начальные операции платформы стартовали в январе 2026 г., а на первом этапе к ней привлечены ресурсы пяти стран: Франции, Греции, Италии, Люксембурга и Испании.

Для Украины такая модель потенциально означает еще один канал защищенной связи для государственных нужд — в частности, в ситуациях, когда наземная инфраструктура повреждена или недоступна. Однако GOVSATCOM не является готовым аналогом Starlink (Starshield) для любой задачи на фронте. Это правительственная система с другой архитектурой доступа, назначением и набором сервисов.

То есть речь идет о расширении доступных ресурсов. Еврокомиссия заявила, что в начале 2027 г. в GOVSATCOM планируется включить коммерческие спутниковые мощности. Именно тогда возможно и присоединение Украины. Однако конкретные возможности для украинских военных будут зависеть от условий доступа, характеристик сервисов и того, какие именно задачи они смогут выполнять.

Существенного улучшения придется ждать еще два-три года. Долгосрочным элементом архитектуры GOVSATCOM станет IRIS² — запланированная многоорбитальная группировка примерно из 290 спутников, которая будет обеспечивать защищенную связь для правительственных пользователей и способствовать укреплению европейской спутниковой автономии. Согласно графику, развертывание группировки и предоставление услуг начнутся в 2029 г.

Таким образом, европейское предложение состоит из нескольких этапов: использование уже имеющихся государственных ресурсов, возможное привлечение коммерческих мощностей и дальнейший переход к новой европейской спутниковой инфраструктуре. Для Украины такая схема может уменьшить зависимость от США, но постепенно и не полностью.

Не только связь: что уже дают европейские космические программы

Сотрудничество с Евросоюзом не начинается с GOVSATCOM. Украина уже участвует в ключевых компонентах космической программы ЕС, в частности имеет доступ к данным Copernicus (это спутниковый мониторинг Земли), а также к соответствующим инструментам, связанным с мониторингом околоземных объектов. Это другое направление, чем защищенная спутниковая связь, но оно так же важно для госучреждений, исследователей и бизнеса.

Copernicus предоставляет открытые данные спутников Sentinel. Радарные снимки Sentinel-1 позволяют наблюдать за поверхностью независимо от освещения и даже сквозь облачность. Оптические данные Sentinel-2 помогают отслеживать изменения землепользования, состояние сельскохозяйственных угодий, последствия стихийных бедствий и другие процессы. Можно оценивать и ущерб от боевых действий, в частности повреждение инфраструктуры, или планировать восстановление территорий. Собранные через Copernicus данные полезны в разработке сервисов для аграрного, страхового и энергетического секторов.

Что же касается оборонного применения, эти спутниковые снимки имеют ограниченный эффект. Насколько полезной защитникам будет эта информация, зависит от частоты обновления, разрешающей способности, времени обработки и характера задачи. Copernicus может дополнять другие источники данных, но его не следует рассматривать как полноценную замену американской системе разведки.

Еще один европейский инструмент — Galileo, глобальная навигационная спутниковая система, которая разрабатывалась как альтернатива американской системе GPS и российской ГЛОНАСС. Ее сервис High Accuracy Service (HAS) бесплатно предоставляет коррекционные данные, которые при соответствующих условиях позволяют достигать дециметровой точности позиционирования. А функция Galileo OSNMA, механизм аутентификации навигационных сообщений, помогает проверять подлинность полученных месседжей и выявлять определенные попытки подмены сигнала. В то же время это не универсальная защита от радиоэлектронной борьбы: аутентификация сообщений сама по себе не устраняет глушение спутникового сигнала.

В совокупности Copernicus и Galileo дают Украине доступ к европейским инструментам наблюдения и навигации. Они не могут заменить американские возможности, но расширяют набор доступных технологий и источников информации. Как для гражданских нужд, так и (частично) для армии.

От зависимости к участию в космической экономике

Турбулентность со Starlink продемонстрировала, что в космической экономике контроль над инфраструктурой означает контроль критически важных услуг — от коммуникаций и навигации до получения и обработки данных. Для Европы это еще и вопрос стратегической автономии.

Евросоюз развивает собственные спутниковые системы не только для того, чтобы обеспечивать государства связью, но и в целом чтобы создать более устойчивую технологичную экосистему — от орбитальной инфраструктуры до программного обеспечения и коммерческих сервисов. В EU Space Market Report 2026 отмечается важная тенденция: в различных отраслях экономики все больший вес приобретают услуги и продукты, использующие космические данные.

И здесь Украина может быть не только потребителем европейских технологий. Война дала нам опыт работы с беспилотными системами, спутниковыми данными и навигацией в сложных условиях. Теперь важно превратить его в конкурентоспособные решения: это могут быть совместные разработки совместно с европейскими компаниями или поставки комплектующих.

Кстати, военные требования здесь тесно переплетаются с коммерцией. Потребность в защищенной инфраструктуре подталкивает к поиску новых технологий, а это создает спрос на соответствующее оборудование, программное обеспечение и аналитику. Для украинских компаний это шанс занять свои ниши, стать полноценными участниками создания европейских космических и технологических систем.

Без сомнения, это будет длительный процесс. Чтобы добраться до европейских инвестиционных программ или закупок, бизнесу нужно соответствовать требованиям заказчиков, заключать конкретные партнерства и в конце концов создавать продукты, за которые готов платить рынок. Кризис со Starlink и переговоры о GOVSATCOM продемонстрировали стратегическую ценность европейской космической экосистемы.

Интерес украинского бизнеса

Поговорим о масштабах потенциального рынка, выходящего за пределы страны или даже континента. Поэтому рассмотрим прогнозы для всего мира. Согласно отчету EU Space Market Report, глобальный рынок оборудования и услуг, связанных со спутниковой навигацией (GNSS), может вырасти с более чем 300 млрд евро в 2024 г. до свыше 580 млрд евро в 2034 г. Сюда входят как устройства (в частности, смартфоны и портативные гаджеты), так и разнообразные услуги, использующие GNSS: от навигации и транспортных решений до промышленных, аграрных и геопространственных приложений. Примечательно, что основная часть доходов будет приходиться именно на услуги (почти 80 % в 2034 г.), в которых используются навигационные данные, а не на продажу оборудования.

Глобальные доходы от продаж GNSS-устройств и сервисов в 2024–2034 гг. (факт и прогноз), млрд евро

Структура доходов рынка спутниковой навигации по отраслям в 2024–2034 гг. (факт и прогноз), %

Значительный потенциал есть и в дистанционном зондировании Земли, которое включает продажу снимков и данных с орбиты, а также аналитических сервисов на их основе (для сельского хозяйства, экологии, безопасности и т. д.). По оценкам аналитиков, мировой рынок Earth Observation может вырасти примерно с 3,5 млрд евро в 2024 г. до 7,9 млрд евро в 2034 г. Европейская промышленность уже занимает прочные позиции на этом рынке.

Украинские технологические компании могли бы принять участие в производстве спутников или их компонентов, в процессах обработки геопространственных данных, разработке программного обеспечения и сервисов, аналитике и навигационных решениях.

Опыт работы с данными в условиях войны может стать конкурентным преимуществом в отдельных нишах, но для создания экспортного продукта необходимы финансирование, соответствие стандартам, клиенты и доступ к европейским цепочкам поставок. По нашему мнению, в этом контексте бизнесу должно помочь правительство с его инструментами стимулирования технологического производства и экспорта. И не только украинское.

В Евросоюзе важным инструментом поддержки космического предпринимательства является CASSINI (Competitive Space Start-ups for Innovation). Эта инициатива Еврокомиссии включает хакатоны, конкурсы, акселерацию, поиск партнеров и механизмы привлечения венчурного капитала. Цель — увеличить объем капитала, который может поступать в космические стартапы. Вот конкретный пример, который прямо сейчас може быть полезен украинским инноваторам. В рамках Десятого CASSINI Hackathon в Украине объявлен конкурс на грант за разработку решений в сфере кибербезопасности, гражданской устойчивости, кризисного реагирования и трансграничной безопасности с использованием данных европейских спутников Copernicus и Galileo. Победители получат денежные призы до 5000 евро, а также 6-месячную менторскую программу CASSINI с 100 часами экспертной поддержки для масштабирования своего проекта. Подавать заявки можно до 26 ноября 2026 г.

Однако и здесь стоит уточнить. Участие Украины в отдельных программах ЕС не отменяет необходимости проверять правила каждого конкурса или механизма инвестирования. Точно так же само по себе наличие CASSINI не гарантирует партнерства с крупными европейскими производителями, такими как Airbus или Thales: для этого нужны конкретные коммерческие и технологические договоренности.

Интеграция в европейский космический рынок — это не следствие одного политического решения, а последовательность шагов. Она предполагает участие в программах, соответствие требованиям, поиск клиентов, привлечение инвестиций и включение в цепочки поставок. Например, вступление Украины в GOVSATCOM может стать важной частью сотрудничества в сфере безопасности, но это не механизмом, который сам по себе открывает коммерческий рынок.

Две траектории

Кризис со Starlink продемонстрировал цену зависимости от США как ключевого поставщика спутниковых услуг. Для государства это аргумент в пользу диверсификации каналов связи, доступа к различным источникам данных и развития собственных технологических возможностей. Поэтому переговоры о GOVSATCOM и интеграция в европейскую спутниковую инфраструктуру имеют стратегическое значение.

Для бизнеса логика несколько иная. Открытые данные Copernicus, навигационные сервисы Galileo, программы CASSINI и рост спроса на спутниковые данные создают возможности для продуктов и услуг, которые могут понадобиться европейским и мировым клиентам. Хотя возможность — это, конечно, не гарантированный доступ к финансированию и рынкам.

Итак, реалистичная цель Украины — не заменить американскую инфраструктуру европейской. Речь идет о диверсификации связи и постепенном закреплении украинских компаний в европейской космической экономике. Первое зависит от межгосударственных договоренностей, доступных мощностей и технической совместимости, второе — от правил конкретных программ, инвестиций и конкурентоспособности украинских компаний. Нынешний кризис может ускорить оба процесса. Главное сейчас — и для государства, и для бизнеса — не упустить этот момент и максимально интегрироваться в космическую экосистему Европы.