"Заявляют, что они из отрядов Махно". Как белых из Полтавы выгнали
11 декабря 1919 Красная армия взяла Полтаву. Хотя не совсем так: 11 декабря 1919 Полтаву взяли Красная армия и махновские партизанские отряды. Уточнение важно, потому что в нем реально отражается неоднозначность событий второй половины 1919-го
Белые вошли в Полтаву 29 июля 1919 года. Лето того года было трудным периодом для большевистской власти в Украине. С юго-востока успешно наступали деникинцы, захватывая один город за другим. Красные же вели борьбу и на фронте, и против крестьянских восстаний в тылу. Более того, при отступлении украинские красноармейцы нередко отказывались подчиняться командованию и целыми подразделениями шли в повстанцы, чтобы остаться в Украине и продолжать борьбу против белых.
В этих условиях было нелегко организовать оборону. Полтаву красные потеряли без боя. Деникинский офицер Владимир Кравченко вспоминал: " Разбитые части красных, не оказывая почти никакого сопротивления, стали отступать, и на их плечах, не встретил и перед Полтавой ожидаемого упорного сопротивления, в ночь на 16 июля (белые использовали юлианский календарь — авт.) все [красные] в панике бежали ".
Захватив город, терские казаки сразу начали грабить население — грабежи продолжались после отхода основных сил белых на фронт. Деникинская администрация, конечно, применяла различные предупредительные и репрессивные меры, но без успеха: в дневнике полтавчанина Александра Несвицкого записями о грабежах наполнены страницы и за август, и за сентябрь, и за октябрь.
Почти вся жизнь Александра Несвицкого была связана с Полтавой. Родился он неподалеку, в уездном городе Кременчуге, в 1855 году. Молодость провел в Петербурге, где обучался в Медико-хирургической академии. В то время был причастен к революционному движению и даже отбыл полтора года ссылки за студенческую историю, связанную со сбором пожертвований для подпольных изданий. Закончив учебу, Несвицкий вернулся на родину, впоследствии поселился в Полтаве, работал земским врачом. От прежнего радикализма перешел к умеренно-либеральным взглядам, даже вступил в Конституционно-демократическую партию. Участия в событиях 1917-1922 годов не принимал, жил обычной жизнью городского обывателя, не сочувствовал ни одному из многочисленных режимов тех лет, но вел дневник, куда записывал как увиденное им самим, так и то, что узнавал понаслышке. Он также аккуратно переписывал приказы и распоряжения разных властей. В 1920-30-х продолжал работать врачом. Умер в оккупированной немцами Полтаве в 1942 году. Дневник Несвицкого был случайно найден спустя полвека после его смерти, изданный в 1995-м под названием "Полтава в дни революции и в период смуты 1917-1922 гг." и стал ценным источником о событиях тех лет. Составители издания отмечали: "О. Несвецкий подавал дать без какой-либо системы по григорианскому или юлианскому стилю, или по обоим одновременно".
Итак, в середине лета 1919 красные покинули Полтаву и Полтавскую губернию. Но пошедшим им на смену белым пришлось столкнуться с тем же врагом — с украинским восстанием. Сначала это были сторонники Украинской Народной Республики, выступившие против белых и их лозунгов "единой и неделимой России". Слухи об украинских повстанцах появились в Полтаве уже в начале осени, 9 сентября 1919 г. Несвицкий записал в дневнике: " В деревнях Полтавщины идет усиленная агитация украинцев-самостийников в пользу Петлюры и против добровольцев ". В более поздних записях полтавского врача самостийники уже не упоминаются — их сменяют махновцы. 27 сентября (10 октября по новому стилю) в дневнике появилась запись: " Ходят слухи, что бандами отца Махно заняты Зеньков, Гадяч, Пятихатки, Александровск ".
У страха глаза большие: Махно действительно захватывал уездные города Полтавской губернии Зиньков и Гадяч, но это было почти год спустя, летом 1920-го, а осенью 1919-го Махно и его Революционная Повстанческая Армия Украины (РПАУ) воевали под Екатеринославом и Александровском. Повстанцы под руководством Махно с успехом громили белых, слава о Махно разошлась по всей Украине, и многие партизанские отряды от Киевщины до Донетчины, никогда не находясь под руководством Махно и его штаба, стали называть себя махновцами.
Крупнейшим из махновских повстанческих формирований в Полтавской области командовал Бибик. Об этом человеке известно до оскорбительного мало, в немногочисленных документах о нем нет указаний даже по имени — указывается только фамилия.
Летом 1919 года Бибик служил в Красной армии и занимал командирскую должность. Какая именно — тоже загадка, но вряд ли ниже командира полка. На рубеже сентября и октября 1919 года Бибик находился на фронте возле Чернигова, где до него доходили слухи: Махно разбил белых под Уманью! Махно взял Александровск! Махно наступает на Екатеринослав!
Контраст с положением красных был поразительным, ведь они отступали и отступали уже не первый месяц. Казалось, еще немного — и Деникин овладеет всей Украиной. Если только его не остановит Махно. Итак, Махно нужно помочь!
В начале октября 1919 Бибик повел свою часть через линию фронта и с боями двинулся на соединение с Революционно-повстанческой армией. Разорвав отношения с большевиками, Бибик и его бойцы объявили себя анархистами и махновцами. Их было несколько тысяч, хорошо вооруженных, с артиллерией и пулеметами, но, вероятно, с ограниченным запасом патронов и снарядов. Путь на Екатеринославщину лежал через Полтаву. 17 октября повстанцы Бибика вышли в Диканский лес, а на следующий день начали наступление на город.
Появление Бибика оказалось для белого гарнизона полной неожиданностью. Александр Несвицкий записал в своем дневнике: " Армии добровольцев в городе мало, защищаться некому. Защищала огород молодежь: кадеты, гимназисты и т.д. ".
С кадетами, воспитанниками Полтавского кадетского корпуса, произошла одна из тех историй, которая кажется просто невероятной в условиях жестокой войны. В описании Несвицкого дело обстояло так: Кадеты были организованы в отдельный отряд под командой воспитателя капитана Чепурковского. церкви, погребах и склепах, а сами начали богослужение. богослужения они все же не решались вторгнуться".
Бибиковцы не дождались окончания службы и не попытались ее прервать. Ограничились тем, что " вне церкви полностью ограбили " (то есть даже не убили) подполковника Ростислава Чеботкевича, после чего ушли. " Кадеты были спасены ".
На этот раз Бибик не ставил своей целью захватить Полтаву. Пройдя через весь город, разогнав немногочисленных белых и разгромив губернскую тюрьму, повстанцы продолжили свой рейд на юг, на соединение с Махном. С ними пошли освобожденные заключенные, более сотни людей — анархисты, левые эсеры, большевики и, конечно, беспартийные крестьяне и рабочие. Среди них был молодой анархист Игнатий Арендаренко, оставивший воспоминания о том дне и о Бибиковском отряде.
Точно неизвестно, удалось ли Бибику соединиться с Махном, но если и удалось, то штаб махновской армии вскоре вернул его в Полтавскую губернию. По словам начштаба СПАУ Виктора Билаша, в начале ноября 1919 года махновское руководство утвердило Бибика командиром Первой повстанческой дивизии. "Повстанческая дивизия Бибика" упоминается и в книге Петра Аршинова "История махновского движения", но Арендаренко в своих воспоминаниях отрицал эти свидетельства: "Дивизией отряд Бибика никто из участников его и в местах его прохождения не именовал, а называли просто повстанческим отрядом, хотя по многочисленности".
Отряд или дивизия, но в октябре-ноябре 1919 повстанцы Бибика продолжали борьбу на Полтавщине, короткое время занимали уездный город Хорол и дважды пытались снова овладеть Полтавой. Обе попытки, однако, не удались: после 17 октября белый гарнизон Полтавы был усилен войсками, снятыми с фронта против красных.
Осенью 1919-го вся Полтавская губерния была охвачена крестьянскими восстаниями. Кроме Бибика командирами больших партизанских формирований были Леонтий (Левко) Христовой и Иванюк; политическое руководство повстанчеством осуществлял секретариат Федерации анархистов-повстанцев Полтавщины во главе с Федором Бутовецким.
В городах действовали подпольные группы, участники которых распространяли листовки и воззвания, совершали покушения на белых офицеров и диверсии на железных дорогах, грабили военные склады и банки. Борьбу против деникинцев в Полтаве вел революционный блок, состоявший из анархистов, украинских левых эсеров (их лидер Григорий Беседовский позже станет большевиком, а затем одним из первых советских "невозвращенцев"), эсеров-максималистов и большевиков.
К концу осени положение губернского центра изменилось. Красные перешли в наступление, армии Деникина отступали. По свидетельству Несвицкого, в первых числах декабря 1919-го в Полтаве началась паника: "Идет из города в буквальном смысле бегство. Вагоны переполнены, пассажиры лежат на крыше вагонов. 100000 руб. (…) Все это производит очень сильное и тяжелое впечатление!"; "Гражданские власти с губернатором Г.Е. Старицким во главе покинули город Полтаву на свободу судеб. Остались здесь военные с генералом Кальницким".
Наконец, 10 декабря Несвицкий записал: "Начальствующий генерал Кальницкий с добровольцами ночью потихоньку покинул Полтаву". Повторилась ситуация июля 1919, только стороны поменялись ролями: белые без сопротивления ушли из Полтавы.
О событиях дня следующего Несвицкий писал: "Сегодня в огород вошли отряды повстанцев или какие-то другие войска. Идут обыски, разыскивают офицеров. не могут, не могут ничего сделать с солдатами.
Перечислив ряд ограбленных учреждений и квартир своих знакомых, Несвицкий меланхолично делает вывод: "Очевидно, и теперь повторилась та же история, что была и при вступлении в г. Полтаву добровольческих войск. всю".
Итак, Полтава была взята совместными действиями Красной армии и повстанцев-партизан, причем жители сначала увидели одних только махновцев. В тот же день в Полтаве образовались новые органы власти, для начала — военные.
На следующий день начальник советского гарнизона Белый поставил перед повстанцами ультиматум: либо присоединиться к Красной армии, либо сдать оружие, расформироваться и покинуть город. А уже 16 декабря только что созданный Военно-революционный штаб Полтавщины своим приказом № 2 объявил: "Все лица, не сложившие оружия, подлежат расстрелу". Белых в окрестностях Полтавы уже не было. То есть приказ был направлен против вчерашних союзников, партизан.
Конечно, ультиматум Белого и приказ губернского штаба не были инициативой местных полтавских властей — это была общая установка красных. 11 декабря 1919-го, в день взятия Полтавы, председатель Реввоенсовета Республики Лев Троцкий подписал секретный приказ "О мерах по борьбе с партизанщиной в Красной Армии". Приказ содержал список конкретных мер, призванных "обезопасить красные полки, продвигающиеся по Украине, вот заражения партизанством и махновщиной". Диапазон таких мероприятий был широк: от агитации, направленной на "выяснение предательской роли махновцев и махновщины" до "разоружения, следствия и расправы (…) в 24 часа (…) командного состава и кулацких верхов" повстанческих отрядов, отказавшихся подчиняться советской власти. Троцкий подчеркивал: "Основным условием успеха борьбы с партизанством является безусловное и поголовное разоружение деревенского населения".
Итак, согласно приказу председателя Реввоенсовета Республики, махновские формирования в Украине разоружали, их командиров — не успевших уйти в подполье — арестовывали, нередко расстреливали. Впрочем, на Полтавщине, первой попавшей под каток контрпартизанских мер, до казней в то время дело еще не дошло. А уже упомянутые командиры отрядов Бутовецкий, Христовой, Иванюк в 1920 возобновили вооруженную борьбу против красных.
Сам же Бибик погиб примерно в конце декабря 1919 года в бою с остатками отступавших из Полтавской губернии деникинцев.