"Сыновья Украины". Как Врангель Петлюру признал

Экстремальное положение Белого движения в марте-апреле 1920 г. требовало от генерал-лейтенанта Петра Врангеля, 4 апреля1920 г. (по действующему в белом лагере юлианскому календарю – 23 марта) возглавил Белое движение, изменения методов борьбы с большевиками. Аграрной реформой Врангель попытался завоевать доверие крестьян – многочисленной категории населения юга Украины и Крыма.

Этот революционный для Белого движения шаг впоследствии был дополнен существенными корректировками методов построения небольшевистской России. Сначала, не отказываясь от ведущей идеи Белого движения – "восстановление единой, великой, неделимой России" – Врангель четко заявил о стремлении отстроить Россию на федеративных началах. В частности, 4 августа (22 июля) 1920 г. Главнокомандующий подписал соглашение с казачьими "государственными образованиями" Дона, Кубани, Терека и Астрахани о признании за ними "полной независимости в их внутреннем устройстве и управлении".Несмотря на отсутствие принципиальной новизны в содержании прав и обязанностей сторон, этим соглашением был создан принципиальный прецедент: его письменный характер придавал южнороссийскому казачеству субъектность. При этом, разумеется,   Врангель сохранял за собой полноту власти над общими вооруженными силами, монополию ведения внешней политики.

Другой антибольшевистской и потому потенциально союзной силой была Украинская Народная Республика. Впрочем, ее борьба была направлена на обретение независимости, что противоречило планам белогвардейцев отстроить "единую, великую, неделимую Россию".

Отношения с Украиной были испорчены еще в 1919 г. предшественником Врангеля Антоном Деникиным. Последний считал украинское национальное движение предательским, как самого Петлюру, которого он называл немецким ставленником. Это нашло отражение в написанном 25(12) августа 1919 г. программном обращении Деникина к украинцам "Населению Малороссии".

Несмотря на задекларированные в этом обращении права украинского языка, реальность свидетельствовала о другом – деникинцы последовательно преследовали украинскую культуру. Вместо союзника в войне с большевиками тогда белые получили противника, а борьба с УНР в 1919 г. явилась важным фактором поражений Вооруженных сил Юга России.

Изменить отношения с Украиной было непросто, ведь это требовало корректировки идеологии и преодоления негативного опыта в отношениях с УНР. Однако популярность идеи самостоятельной Украины и острая потребность в поиске союзников подталкивали белое руководство к неординарным шагам.

Политический диалог с УНР был важен для белого Крыма как по практическим, так и по пропагандистским расчетам. В военном смысле украинская армия могла бы обезопасить от красных левый фланг Российской армии после выхода на правый берег Днепра. Само по себе сотрудничество с УНР поспособствовало бы диалогу с украинскими повстанцами, действовавшими на Приднепровье под украинскими флагами. Да и украинский фактор в самой Российской армии был важным – по разным данным, украинцы в армии Врангеля составляли от 50 до 75% личного состава (хотя не исключено, что часть выдавала себя за таких).

Глава украинской делегации в Крым Иван Литвиненко констатировал проукраинские симпатии: "все, без исключения, сожалеют о войне с Украиной в 1919 году и обвиняют за нее генерала Деникина и его политику". В конце концов, официальные контакты с "сепаратистами" должны были подтвердить демократичность режима Врангеля, в чем он пытался убедить Европу, а также подтвердить решимость бороться против большевиков "хоть с чертом ".

Несмотря на изменение национальной политики, Врангель не выработал конкретную программу решения украинского вопроса. Мешало этому, в частности, антиукраинское окружение главнокомандующего, исповедовавшее великодержавные взгляды. Так, например, Генерал для поручений по делам Украины при начальнике штаба Главнокомандующего Российской армией Василий Кирей, традиционно для белогвардейцев, рассматривал Украину как проект государств, заинтересованных в ослаблении России.

Одним из немногих, кто признавал необходимость проукраинских шагов, был генерал-лейтенант Яков Слащев. Его конъюнктурное украинофильство сводилось к попытке мобилизации проукраинских сил на полуострове. В представленном Врангеле "Проекте необходимых мер по решению украинского вопроса" Слащев предлагал сформировать на полуострове украинскую армию, избрать "Наказного Украинского Атамана" и создать орган для координации повстанческого движения. Его политические предложения предполагали одностороннее признание Врангелем автономии Украины в составе федеративной России и образование представительной "Украинской Народной Громады". В начале осени, когда с проектом ознакомился Врангель, такие предложения выглядели неприемлемо, слишком радикально, ведь положение русской армии было относительно устойчивым, поэтому под предлогом "политических соображений" Врангель их отверг.

25 (12) августа 1920 г., ровно через год после деникинского обращения "К населению Малороссии", Врангель обнародовал воззвание к украинцам. "Сыновья Украины! Возлагая последние силы под красным игом, Вы восстаете на оборону Веры Православной, родной Украины, и всех достижений Ваших", – обращался лидер Белого движения. Он отмечал общность у украинцев и белогвардейцев, во-первых, врагов, которые "издеваются над верой, народом и уничтожают обретенное потом, и кровью отцов и дедов" , и, во-вторых, целей борьбы за "счастье, вольность и славу родины". Отметив, что "не восстанавливать старые порядки идем мы", Врангель апеллировал к идее народоправства, отмечал намерение дать крестьянству "возможность самому быть хозяином своей земли". Предлагая соглашение на аналогичных с казачьими новообразованиями условиях, он подчеркивал, что "в нашем единении – наше спасение".

Примечательно, что обращение не содержало обвинений в адрес борцов за независимость Украины. Обращение "сыновья Украины", "братья", "мы, как родные", поразительно контрастировало с деникинским обращением "Населению Малороссии", в котором содержались упреки в адрес украинского национального движения как "предательского" , а Петлюры как немецкого ставленника.

Публикация обращения совпала с приездом в Крым делегации УНР во главе с полковником Литвиненко и, очевидно, была призвана произвести впечатление на посланников. Визит стал ответом на посещение Петлюры врангелевским представителем полковником Ярославом Ногой в июле 1920 г. "Постараниями" Кирея, завысившего требования представителей Главного атамана, встреча делегации с Главнокомандующим могла и не состояться. Впрочем, находившийся в Крыму бывший чиновник Украинского Государства Иван Чарныш убедил Врангеля в том, что он "неправильно информирован" о позиции украинской стороны.

Встреча делегации Литвиненко с Врангелем и его ближайшим окружением прошла 10 сентября (28 августа) в Севастополе. Она стала знаковой – никогда раньше ни Деникин как руководитель Белого движения, ни его преемник Врангеля официально не встречались с представителями суверенной Украины. В своей речи Литвиненко отметил целесообразность объединения украинской и белой армий против общего врага. В ответе Врангель предложил оставить "политику", отметил, что "отмежевался от политики своих предшественников", намекая на горький осадок от антиукраинской политики своего предшественника. "Я осознаю, что Украина должна полностью самостоятельно решить свою судьбу" , — отметил лидер Белого движения. Собственно, информационный характер визита представителей Петлюры повлек за собой отсутствие никаких договоренностей. В итоге обе стороны остались довольны переговорами, ведь продемонстрировали возможность разговаривать друг с другом.

Поездка украинской делегации в Белый Крым напоминала разведку и оказалась успешной. Во-первых, было выявлено отличие национальной политики Врангеля от Деникина. Официальные лица УНР узнали о готовности Врангеля подписать с УНР соглашение на аналогичных с казачьими новообразованиями условиях от 4 августа (22 июля) 1920 г. Петлюра выразил желание ознакомиться с его содержанием. Во-вторых, понимание сложности положения белого лагеря усилило позиции УНР в отношениях с белым Крымом.

Демонстрируя стремление договориться с Петлюрой с одной стороны, с другой стороны крымское руководство пыталось давить на него. 24 (11) сентября, вскоре после отъезда делегации УНР, в Севастополь прибыла делегация Украинского национального комитета во главе с Сергеем Моркотуном. Комитет был создан в Париже в 1919 г. и стоял на федералистской платформе, не имея реальной вооруженной силы. По некоторым сообщениям, 4 октября (21 сентября) между правительством Юга России и УНК "подписано соглашение особой важности", детали которого не разглашались.

Врангель вел двойную игру, и это понимало руководство УНР. Петлюра пренебрежительно назвал УНК "моркотуновской гопкомпанией". Попытка политического давления на Главного атамана эффекта не имела. 13 октября (н. ст.) Совет народных министров УНР признал возможным подписание военной конвенции с правительством Юга России при условии признания генералом Врангелем "самостоятельности Украинской народной Республики и ее современного правительства". Тайный пункт постановления допускал как минимум "признание суверенности Украинского учредительного собрания и признание нынешнего правительства Украинской Народной Республики". Таким образом, украинская сторона отстаивала единство военных и политических договоренностей, тогда как Врангель стремился отложить последние на перспективу.

Оценивая положение белого Крыма и переговоры с Врангелем в письме своему представителю в Бухаресте Костя Мациевича 27 октября 1920 года, Главный атаман писал: "Я решительно против, чтобы Вы или адмирал Остроградский ехали в Севастополь: ясли к коровам не ходят. Условием нашим. В связи с этим, я сообщаю и правительству о своем взгляде на это дело поездки в Крым: оно может ухудшить ситуацию. Надо делать дело установления контакта таким образом, чтобы заставить вторую сторону предотвращать у нас. non (непременным условием)".

Время играло не в пользу Белого движения. 12 октября между Речью Посполитой и советской стороной был подписан договор о прежнем мире, воспользовавшись которым большевики перебросили на антиврангелевский Южный фронт 1-ю Конную армию Семена Буденного. Фактически с 29 сентября союзником Рабоче-Крестьянской Красной Армии вновь стала Повстанческая армия Нестора Махно, что придало большевикам не только дополнительные вооруженные силы, но и подавило повстанческую борьбу против них. В конце октября началось наступление Южного фронта, приведшее к отступлению белогвардейской Российской армии на полуостров.

Ухудшение положения Белого движения толкало Врангеля на новые уступки украинцам. В Севастополе была основана Украинская гимназия им. Шевченко. 8 ноября (26 октября) 1920 г. Главнокомандующий признал равноправие украиноязычных и русскоязычных школ. В тот же день в Варшаве представитель Врангеля Петр Махров официально заявил главе украинской военной миссии в Польше генерал-поручику Зелинскому, что "генерал Врангель признает независимость УНР и современное правительство с Главным Атаманом С.Петлюрой во главе созыва Украинского Учредительного Собрания".

Махров выразил готовность правительства Юга России подписать соответствующее соглашение с СНМ о совместной борьбе с большевиками. Впрочем, эти шаги оказались запоздалыми. В тот же день Южный фронт приступил к штурму Перекопских позиций Российской армии и вскоре преодолел их. 16 (3) ноября 1920 г. последняя лодка с белогвардейцами покинула Крымский полуостров.