"Жидовская улица" и украинцы в Украинской революции. От попытки понимания и сотрудничества до жесткого противостояния

21 декабря 1921 года на страницах "Украинской трибуны" (Варшава) опубликована статья "О карлсбадском условии" с призывом "пересмотреть на ближайшей сессии Великого Сионистского Исполнительного Комитета их современную бессмысленную тактику" в деле украинско-еврейских отношений. Это заявление определенным образом подытожило отношения между еврейскими и украинскими политиками в революционные времена.

Еврейская делегация с Торой поздравляет Главного Атамана войск УНР Симона Петлюру после его возвращения из Галиции с Украинской Галицкой армией

Осенью 1921 г. газета "Украинская трибуна" практически в каждом номере сообщала о развертывании восстаний в Украине. Отдельное внимание было уделено еврейским повстанцам и потребности совместной борьбы с большевиками. Такой подход обусловлен попыткой правительства УНР в изгнании наладить отношения с еврейскими организациями.

На переговорах между специальными посланниками Правительства УНР Максимом Славинским и Романом Смаль-Стоцким с представителями сионистских кругов, состоявшихся в Карлсбаде во время проведения 12-го Сионистского конгресса (конец августа – начало сентября 1921 г.), отмечалось, что антисемитизм и погромное движение в Украине не имели государственного характера. Тогда же были достигнуты договоренности о сотрудничестве. Но, как показал ход событий, они так и остались только намерениями…

Информация газеты "Украинская трибуна" о еврейско-украинских переговорах во время ХІІ Сионистского конгресса и попытки евреев опровергать суть договоренностей /"Украинская трибуна"(Варшава), 21 декабря1921 года

Эта попытка стала финальным аккордом в украинско-еврейских отношениях времен Украинской революции, в ходе которой именно украинские политические деятели впервые в мировой истории пытались "решить" еврейский вопрос на государственном уровне.

Каков был этот опыт?

Революционные события в Российской империи весной 1917 года изменили не только политический ландшафт государства, но и активизировали национально-освободительные движения. Украинское движение за короткий срок марта – начала апреля 1917 г. приобрело организационно-институциональный характер. С появлением Украинской Центральной Рады его руководители сразу заявили о толерантном отношении ко всем этносам, проживавшим на территории Украины. Уже 15 (2) апреля 1917 г. в газете "Новая Рада" опубликована статья Михаила Грушевского "Народностям Украины", в которой отмечалось: "Мы добываем государственное право для украинской земли не для того, чтобы властвовать над национальными меньшинствами Украины. […] Мы хотим, разумеется, верить, что и представители национальных меньшинств Украины соответственно поймут свое положение: пойдут со своей стороны навстречу украинским политическим притязаниям и тем скрепят позицию защитников прав национальных меньшинств".

На 1 января 1917 г. на территории Киевской, Подольской, Волынской, Черниговской, Полтавской, Екатеринославской, Херсонской, Харьковской, Таврической и Холмской губерний (данные представлены на 1 января 1909 г.) проживало 2 млн 715 тыс. 7 евреев.

Данные секретарства еврейских дел о численности евреев в украинских губерниях по состоянию на 1897 и 1917 гг.

Знаковыми событиями весны 1917 – января 1918 г. стали: вхождение в состав УЦР 50 еврейских представителей по 10 от каждой политической партии и представление 5 еврейских партий в Малом совете (Сионисты, Бунд, Фарейнигте, Поалей-Цион, Фолькспартей); совместная подготовка законов; создание 28 (15) июня 1917 г. исполнительного органа — Генерального секретариата, который вскоре стал краевым органом управления в Украине.

29 (16) июля был утвержден Устав Генерального секретариата. В примечании к §4 Устава отмечалось: "при секретаре по делам национальным назначается три товарища секретаря — от великороссов, евреев и поляков. Товарищи секретаря по делам своей нации имеют право доклада и решительного голоса по этим делам в Генеральном секретарстве. Товарищи секретаря по делам национальным утверждаются Комитетом Совета". От евреев этот пост занял Моисей Зильберфарб — член УЦР от Еврейской Объединенной Социалистической Партии, член Малого Совета, в январе 1918 г. назначен министром еврейских дел УНР, один из авторов будущего закона о национально-персональной автономии.

Моисей Зильберфарб, фото из Википедии

4 августа (22 июля) 1917 г. Александр Шульгин издал "Предписание для вицесекретарей национальных дел". С этого времени вицесекретариат становился представительным и административным органом национальной группы в рамках украинской исполнительной власти. Окончательная юридическая легализация вицесекретарств была утверждена Временной инструкцией Генеральному секретариату Временного правительства в Украине 17 (4) августа 1917 г.

Уже в сентябре Зильберфарб сформировал три отдела "своего" вицесекретарства: всеобщего, народного просвещения и общинных дел. 14(1) ноября было реорганизовано правительство и вицесекретари Генерального секретариата межнациональных дел стали комиссарами, то есть фактически генеральными секретарями.

С началом осени в вицесекретарство еврейских дел стали массово обращаться евреи, служившие в русской армии, с просьбой о зачислении их в состав украинского войска.

Информация об обращении Ионы Ушеровича Шлионского в Секретариат еврейских дел с просьбой отнести к войску УНР

Пока украинская демократия шла в политическом фарватере отстаивания автономии в составе федеративной России – еврейские политические круги поддерживали ее действия, но уже после провозглашения ІІІ Универсала представитель Фарейнигте Моше Литваков 20 (7) ноября 1917-го заявил: "Прокламирование украинской республики может быть принято так, как будто бы мы рвем на части живое тело России".

Принятие закона "О национально-персональной автономии" 22 (9) января 1918 г. давало права национальным меньшинствам в Украине. Евреи были больше всего заинтересованы в таком законе, поэтому тот же Литваков возвышенно отмечал: "В настоящее время меньшинства перестают быть меньшинствами и становятся равноправными гражданами Украинской Народной Республики".

24 (11) января 1918 г. на заседании Малого совета голосовали за IV Универсал, в котором отмечалось: "…отныне Украинская Народная Республика становится самостоятельным, ни от кого независимым Свободным Суверенным Государством Украинского Народа". Из присутствующих 49 членов Малого совета 39 – представители украинских партий и представитель польской социалистической партии – проголосовали "за" провозглашение независимости Украины. Четверо человек проголосовали "против" (русские меньшевики и Бунд), а шестеро "воздержались" (партия Поалей Цион и еврейская социалистическая рабочая партия). Представитель Бунда Либер (Марк Гольдман) свои действия объяснил так: "…то великорусское движение, которое называется большевизмом, имеет глубокие корни везде, в том числе и на Украине. И когда там, в центре России, революция будет разбита, то не погибнет ли революция и на Украине?". Такого же мнения был и секретарь великороссийских дел, россиянин Дмитрий Одинец.

Участник тех событий Соломон Гольдельман так описал свои впечатления: "Когда же по прочтении Универсала – надо себе при этом представить эту торжественную и вместе с этим лихорадочно-напряженную атмосферу, которая была в тот вечер как в зале заседания Совета, так и на переполненных народом галериях – россияне подняли руки против (эти "россияне" были в основном обрусенные евреи), а с ними подняли руки против Универсала также представители еврейского Бунда, остальные еврейские национальные представители воздержались от голосования (представители сионистов просто не явились на заседание), — то сцена произвела на всех присутствующих украинцев удручающее впечатление, и соответствующим было реагирование публики из галерии ".

Соломон Гольдельман в 1920-1922 г. Фото из книги Льва Быковского "Соломон Израилевич Гольдельман 1885-1974: био-библиографические материалы", Денвер-Иерусалим, 1976

Пресса быстро разнесла по всей Украине, России, Европе и США информацию об отношении еврейских политиков к провозглашению независимости Украины.

Начался другой этап в отношениях украинцев и евреев — взаимного недоверия и взаимной борьбы, который сопровождался не только политическим напряжением и дискуссиями, но и тяжелыми последствиями для политиков и еврейской и украинской общественности. Наибольшее бремя недоразумений и испытаний легло на плечи, по выражению Гольдельмана, "еврейской улицы ", то есть простого еврейского народа.

Из статьи А.Никовского в газете "Новая Рада" от 8 марта 1918 года

Знаковым фактором, который усугублял противостояние, сеял недоверие в украинско-еврейских отношениях и начал проявляться еще до провозглашения украинской государственности, стали еврейские погромы. Они были порождены имперской государственной политикой царского правительства в России.

После свержения царизма в армейских частях усилилась агитация русских большевиков. Уставшие от многолетней войны, военные часто велись на эту агитацию и громили государственные склады, помещичьи экономии и еврейские торговые лавки. Уже осенью 1917 г. начали фиксироваться еврейские погромы в городах Украины.

23-26 (10-13) октября 1917 г. на первой конференции Союза евреев-воинов в Киеве было высказано мнение о необходимости создания еврейских отрядов самообороны. В процессе дискуссии представитель Бунда Моисей Рафес отмечал, что "еврейское население должно иметь защиту от органов власти на Украине, за что ответственность должна лежать на Генеральном секретариате". Такого же мнения придерживались и еврейские социалисты. Впрочем, в некоторых городах Украины отряды самообороны все же были созданы.

31 (18) октября на заседании Генерального секретариата впервые рассматривался вопрос о еврейских погромах (речь о городе Погребище). Было обсуждено и принято обращение Генерального секретаря национальных дел Шульгина "К сознательному гражданству Украины", в котором отмечалось, что Генеральный секретариат не сможет сам предотвратить преступную агитацию и разжигание национальной ненависти, "когда все сознательные украинцы, в первую очередь, а вместе и опытные граждане других национальностей Украины не будут единогласно бороться с погромами и с этой преступной агитацией".

28 (15) ноября 1917 г. в обращении к украинским солдатам генеральный секретарь по делам военных Симон Петлюра призвал: "Не допускайте погромов и беспорядков, а если вы их допустите, то вы позором покроете славное имя украинского войска. Никакие погромы не должны быть допущены на нашей земле".

Симон Петлюра

Не способствовало стабилизации ситуации и изменение форм правления в Украине. Как УЦР, так и правительство гетмана Павла Скоропадского и Директория УНР оказались бессильными противостоять всевозрастающему управленческому хаосу, экономической разрухе, подрывной деятельности большевистской агентуры и военному вторжению.

Из-за того, что в насаждаемых с 1919 года силой компартийно-советских органах власти на местах было немало евреев, а новая власть прибегала к жестоким действиям в отношении украинского села, в Украине усилились имеющиеся и без того с дореволюционных времен антисемитские настроения, что в свою очередь провоцировало погромы. Самым ужасным еврейским погромам начала 1919 г. в Бердичеве, Житомире, Проскурове предшествовали попытки большевиков совершить там мятежи с целью захвата власти. Правительство УНР немедленно провело расследование совершенных погромов в Бердичеве и Житомире. Пострадавшим было выделено 3 млн гривень компенсации.

Своеобразным рубиконом невозвращения в еврейско-украинских отношениях стал Проскуровский погром, учиненный военными Армии УНР 15-18 февраля 1919 г. под командованием атамана Ивана Семесенко. Погром был спровоцирован подрывной деятельностью большевиков под руководством Алексея Снегова (Иосиф Израилевич Феликзон, после установления власти большевиков руководил Винницкой ЧК), в то время – руководителя Винницкого подпольного губернского комитета РСДРП, который и предпринял попытку захвата власти. Невозможно оправдать гибель невинных жертв погрома, как и осознать последствия украинского национально-освободительного движения. Правительство УНР направило телеграмму соболезнования, выделило 20 млн гривень пострадавшим от погрома, создало следственную комиссию, однако эти действия были слишком запоздалыми.

Следствием погрома стала финансовая блокада УНР, счета были заморожены во всех европейских банках (кроме Германии), а на военное имущество, приобретенное для армии по инициативе американских евреев, наложен арест. Украинскую валюту перестали принимать в обмен в других странах. А Бунд уже в марте 1919 г. провозгласил признание власти большевиков. Европейская и американская пресса назвала украинское движение антисемитским.

Журналы заседаний Совета народных министров свидетельствуют, что правительство УНР осуждало погромы и принимало меры по их прекращению, оказывало финансовую помощь пострадавшим, однако развертывание военных действий противоборствующих сторон на территории Украины не позволяло ему своевременно претворять в жизнь принятые решения. По представлению министра еврейских дел Пинхуса Красного 27 мая 1919 г. был принят Закон Директории УНР об образовании Особой Следственной Комиссии по расследованию еврейских погромов.

17 июня 1919 г. Главный Атаман войск УНР Петлюра направил коменданту тылу телеграмму с требованием немедленно расстреливать провокаторов, подстрекающих казаков к еврейским погромам. 17 июля 1919 г. Петлюра встречался в Каменце с еврейскими деятелями.

Проблема не была устранена, поэтому борьба с погромами продолжалась. 2 августа распространен Приказ Главного Государственного Инспектора о необходимости проведения разъяснительной работы среди казаков о вреде погромов. В "Вестнике Украинской Народной Республики" размещались статьи о совместном труде украинцев и евреев.

18 августа 1919 г. на заседании Совета народных Министров заслушали Доклад управляющего министерством Еврейских Дел о положении в Украине, которое образовалось из-за еврейских погромов, приняли ряд мер по предотвращению подобных эксцессов. 26 августа обнародован Приказ Главной Команды Войска УНР, ч.131 за подписью Главного Атамана Симона Петлюры и Начальника штаба Атамана Николая Юнакива, в котором они обращались к старшинам и казачеству учитывать международную ситуацию и то, как погромы вредят государству, а также призвали не допускать их.

Николай Юнакив

21 августа посол УНР в Германии направил письмо в МИД о публикации зарубежной прессы по поводу еврейских погромов. Отмечал, что информации поступают из двух источников "… это польские вести из Варшавы через Лондонскую прессу. Второе: информации специальной еврейской комиссии, переезжавшей недавно через Берлин в Англию с богатым материалом о погромах… дело погромов будет подниматься дальше планово и может отразиться громким отголоском, особенно в краях Антанты".

Ситуация усугублялась популярностью самых большевиков среди левых Европы. 15 августа 1920 г. Гольдельман прислал Министру иностранных дел Меморандум, в котором отмечал: "Для западного социалистического движения советы – это авангард социальной революции, победа советов против Антанты, против Польши, против Украины (Петлюры) – это для Зап.социалистов – победа социальной революции, а потому все, кто поддерживают У.Н.Р. – контрреволюционеры. Для еврейского общества на западе – украинское национальное движение (опять Петлюра) и погромы не отделяются".

Письмо от 29 декабря 1920 года министру еврейских дел о распространении в европейской прессе кампании против УНР и недостоверных данных о еврейских погромах

Осенью 1921 г. была предпринята последняя попытка наладить отношения – уже между эмиграционными политиками. В то время украинское правительство еще надеялось на общеукраинское восстание и победу над большевиками. В проправительственной "Украинской трибуне" регулярно поднимались еврейские темы. Более того, распространялись сообщения о том, что евреи не выдерживают большевистского гнета и восстают. И что теперь они уже привержены украинскому освободительному движению, потому что именно в нем видят "единственный выход и для своего освобождения из-под страшного большевистского ярма".

"Украинская трибуна" (Варшава), 8 ноября 1921 года

Вместе с такими текстами украинская сторона призвала к совместной борьбе с настоящим врагом – большевистской Россией. Одним из таких призывов и стала обнародованная 21 декабря 1921 статья "О карлсбадском условии".

Не сложилось.

На мой взгляд, в первую очередь из-за той нетерпимости, которая закрепилась в поведении украинцев и евреев в предыдущие годы. Главными причинами проявлений нетерпимости к другому (другому по разным признакам) в период революции вижу следующие:

  1. долговременная война, которая обесценила человеческую жизнь и нивелировала нравственные факторы поведения человека как такового;
  2. борьба за власть в условиях политического и административного развала государственных институций;
  3. политическое противостояние украинских и еврейских партий в определении будущего Украины и судьбе еврейского населения в ней;
  4. военная интервенция русских большевиков и ведение военных действий другими армиями на территории Украины;
  5. конкуренция в торгово-экономической сфере, поскольку во времена революции украинское кооперативное движение при поддержке государства получило широкий размах и охватило различные сферы жизнедеятельности украинцев;
  6. историческая память об "обидах", подпитываемая пропагандой из разных политических кругов и используемая для поиска "виновников и врагов";
  7. бытовое измерение негативных практик в отношениях.

В декабре 1977 года, будучи в Пермских лагерях, Евгений Сверстюк написал размышления "Зерна украинско-израильской солидарности". Размышляя над сложной темой взаимоотношений между двумя народами, судьбы которых пересекались на протяжении веков, он констатировал: "На нашей несвоей земле мы так же гонимы, как и евреи, приютившиеся в благодатном крае, по которому то и дело пролетают опустошения. У нас островки светлой приязни над холодным хаосом отчуждения. Наша печальная история не дала нам быть собой, чтобы утвердить идеал совместного действия на уровне достоинства и взаимоуважения".

Поиски понимания продолжаются и сейчас.