Кто сверху. Чем грозит украинцам любовь к сильной руке
В нашумевшем соцопросе КМИС большинство обратило внимание на желание 88% украинцев перезагрузить власть после войны, а не на то, что более 50% до сих пор оправдывают вмешательство президента в деятельность правительства и парламента
Кем украинцы хотят заменить нынешнюю власть
Наиболее популярной стала новость, что 88% опрошенных хотят перезагрузки центральной власти, в том числе 67% — за смену президента. После этого в сети появился целый ряд предположений, почему же так поразительно изменилось мнение украинцев, особенно в отношении президента в сравнении с 2023 годом (тогда его замены хотели только 23%). Если кратко подытожить — коррупционные скандалы, Миндичгейт, громкие отставки в окружении президента и так далее. Очевидно, это действительно существенно повлияло на позицию украинцев, однако просто напомним, что в мае 2023 года, когда проводился похожий опрос, в нашем обществе царил морально-эмоциональный подъем, связанный с широко разрекламированным контрнаступлением, которое началось в июне, но, к сожалению, запланированного итога не достигло, посему само сравнение мая 2026-го с маем 2023-го не совсем корректно. Это касается не социологов, они лишь напомнили о своем же опросе, а экспертов.
Исполнительный директор КМИС Антон Грушецкий пояснил: доверие к Зеленскому остается наивысшим (61% опрошенных доверяют, 34% — не доверят, баланс +27%), однако существует тенденция — часть доверяющих главе государства — это граждане, которые сплачиваются вокруг действующего президента на время войны, а в мирное время.хотели бы видеть у руля государства другого человека из генерации новых лидеров.
Кто же относится к этой генерации? Выше чем у президента баланс доверия имеют мэр Харькова Игорь Терехов (+32%), министр обороны Михаил Федоров (+29%), но у них более низкий уровень доверия, и четверо деятелей из сферы обороны — Роберт Бровди, Валерий Залужный, Кирилл Буданов (их показатель доверия выше президентского). То есть, украинцы преемником Зеленского не прочь видеть человека, связанного со сферой безопасности и обороны. Что касается Терехова, то очень сомнительно, что харьковский градоначальник будет баллотироваться в президенты, скорее он вместе с главой Николаевщины Виталием Кимом может под парламентские выборы возглавить политический проект из лидеров прифронтовых регионов.
Впрочем, срезы общественного мнения — только барометр общественных настроений, пока никаких выборов в Украине нет, по полученным рейтингам возможно делать только определенные предположения, не более. В частности, относительно высоких шансов на президентство у военного деятеля.
Нарушение Конституции – это нормально?
Важная цифра после желающих перезагрузить власть и видеть во главе государства лидеров нового поколения — 52% тех, кто считает допустимым вмешательство президента в деятельность законодательной и исполнительной ветвей власти вопреки конституционному распределению. Проще говоря, людей, которые согласны на нарушение Конституции. В опросе уточняется, что речь идет о периоде войны, однако цифра очень высокая. Против вмешательства — 38%, еще 10% затруднились дать четкий ответ. Социологи подчеркивают, что в июле 2022 года за вмешательство было аж 79% против всего 19%, то есть сторонников нарушения Основного закона ради политической целесообразности показательно уменьшилось, однако до сих пор таких более половины.
Среди этой категории респондентов 81%, полностью доверяющих Зеленскому, среди тех, кто скорее доверяет — 55%, даже среди тех, кто скорее не доверяют, считают возможным вмешательство 32%. Могут ли свидетельствовать эти цифры о значительной лояльности общества к авторитаризму, к сильной руке, или это только ситуативные показатели? Для стран Евросоюза, куда Украина интегрируется, согласие значительной части украинцев на нарушение демократических норм, среди которых распределение между ветвями власти может выглядеть неприятным сигналом.
Некоторые симптоматические изменения в оценках эффективности демократии происходят даже в ключевых государствах Евросоюза, что четко иллюстрирует рост рейтингов ультраправых типа "Альтернативы для Германии". Вместе с тем подобные политсилы, несмотря на их антидемократические лозунги, являются продуктом европейской демократии, они не отрицают основ государственности, не ставят под сомнение распределение между ветвями власти. Еще недавно в ЕС был отрицательный пример — орбановская Венгрия, где правящая партия и глава правительства фактически создали систему для удержания своей власти при помощи цензуры в СМИ, принятия в парламенте решений, направленных против оппозиции и т.д. В Евросоюзе не хотят повторения подобного. Этим мотивированы требования к Украине снизить влияние президента на кадровые назначения, в частности, один из пунктов плана Качки — Кос касается избрания генпрокурора на открытом конкурсе. Безотносительно к тому, речь идет о Зеленском или его преемнике, который захочет сильной рукой проводить послевоенное восстановление. Главное для Европы — свести к нулю возможности применения авторитарных методов управления.
И последнее. Социологи диагностировали проблему лояльности значительной части украинцев к нарушению демократических норм обустройства власти в стране, поэтому актуальна для общества и власти широкая дискуссия на тему, как мы будем жить после войны, какие изменения граждане согласятся внести в общественное соглашение, усилим мы демократические институты или будем идти к какому-то формату диктатуры с простыми решениями. А значит, не в ЕС, а от него. Сейчас на эту тему почти никто не хочет говорить откровенно, а она гораздо важнее процентов в рейтингах Зеленского, Буданова или Залужного. Если в обществе сохраняется запрос на политиков авторитарного типа, со временем и "ангел" на Банковой превратится в "черта".