• USD 29.3
  • EUR 30.4
  • GBP 35.4
Спецпроекты

Ирина Луценко: Декабристка

Жена экс-министра внутренних дел Юрия Луценко получила место в первой двадцатке списка объединенной оппозиции, а теперь в срочном порядке занимается
Реклама на dsnews.ua

В XIX веке многие "декабристки" отправились за осужденными мужьями в Сибирь. Политическая карьера Ирины Луценко стартовала в тот момент, когда карьера ее мужа закончилась, как только он переступил порог Лукьяновского СИЗО. Жена экс-министра внутренних дел Юрия Луценко получила место в первой двадцатке списка объединенной оппозиции, а теперь в срочном порядке занимается переоформлением активов. И не боится, что ее стремительной политической карьере уже завидуют многие видные оппозиционеры.

С того момента, как лидера "Народной Самообороны" Юрия Луценко взяли под стражу, в его рабочем кабинете на бульваре Леси Украинки, 10а мало что изменилось. На стенах по-прежнему висят любимые картины кисти львовского художника Бориса Буряка, полки завалены кипами книг, а в самом углу партийного офиса стоит до блеска натертый граммофон.

"Здесь все, как было при муже, — говорит жена экс-министра внутренних дел Ирина. — Ничего не меняю, ничего не привношу. Это кабинет мужа, его аура". Правда, несколько месяцев назад на столе, за которым теперь сидит Ирина Луценко, все же появилась новая вещь — волчья шкура. Такой необычный подарок супруге осужденного министра преподнесли ее друзья после того, как Юрию Луценко вынесли обвинительный приговор. "Они мне сказали, что шкура волка олицетворяет наше правосудие, — рассказывает Ирина Луценко. — Я должна была бросить ее на пол и вытереть об нее ноги, потому что суд, который был над моим мужем, — клоунада и судилище".

Выполнить пожелание друзей наша героиня пока не спешит. Говорят, что сделает это сразу же после выигрыша дела в Европейском суде по правам человека. А пока некогда аполитичная Ирина Луценко обживается на отечественной политической кухне. На нее возложена обязанность не только блюстителя кресла партийного босса "Народной самообороны", но и главного коммуникатора Юрия Луценко.

Именно она является человеком, от имени кото­рого в массы "вещает" полевой командир Майдана. И хотя сама Ирина Луценко все еще остается беспартийной, ее заслуги перед "Народной самообороной" вознаграждены должным образом: жена осужденного минист­ра — номер 18 в избирательном списке объединенной оппозиции.

  Кто сейчас играет роль первой скрипки в "Народной самообороне"?

— Наверное, старший брат Юрия Луценко Сергей, а также Юрий Гримчак. Они сейчас составляют костяк партии. Сергей отвечает за региональную политику, а Гримчак — за взаимодействие с другими партиями. Так и получается, что, разделив между собой полномочия, они наравне руководят "Народной самообороной".

Реклама на dsnews.ua

  Вы участвуете в принятии решений внутри партии?

— Моя партия — это моя работа, моя семья. И хотя по духу "Народная самооборона" мне близка, пока я не являюсь ее членом. Для партии я, наверное, вдохновитель. Фактически все месседжи партийного руководства идут через меня, поскольку у меня есть возможность напрямую общаться с мужем.

  Выходит, вы — посредник, а значит, есть риск преподнести позицию Юрия Луценко в несколько иной форме, чем ему, скажем, хотелось бы. Или вы не считаете это риском?

— Для этого есть переписка. Он передает записки, письма, указания и так далее. К тому же все, что касается деятельности партии, ее заявлений, самой стратегии, муж передает на словах, либо к нему на свидание приходят его брат Сергей и Юрий Гримчак. Они общаются регулярно. Такой изоляции, как у Юлии Владимировны, нет. Муж остался при своих убеждениях и твердо руководит партией и своими соратниками.

  Вы ведь никогда не занимались политикой, а тут вдруг решили идти в парламент. Зачем это вам?

— Я всегда публично говорила, что политикой действительно не занималась. Моей партией всегда был мой бизнес. Это 150 семей, которые со мной работают. Просто муж настолько яркая личность, что мне разумно было не выпячиваться и дать ему одному возможность заниматься публичной политикой. Мы оба активные люди.

  Благодаря чьей протекции вы попали в избирательный список единой оппозиции?

— Думаю, благодаря протекции Юлии Тимошенко. Она ведь переписывается с моим мужем. Эта переписка очень серьезная. Именно Тимошенко первая обратила внимание на меня. Она предложила Юре: "Пусть Ира озвучит твою позицию, пусть Ира выступит, пусть Ира скажет, обрати на нее внимание" и так далее. Мне была предложена роль защитника в более широком понимании этого слова, чем просто защитник мужа.

Вплоть до создания какой-то общественной организации по защите политзаключенных. Думаю, что предложение войти в список — это больше коллективное предложение от объединенной оппозиции, чем мужа. Сейчас я чувствую правильное отношение ко мне не как к жене Луценко, а как к самостоятельной политической единице. Но то, что моя фамилия находится в списке на столь высоком месте, для меня, честно говоря, было большой неожиданностью.

  Настолько высоком, что вы опередили таких ярых оппозиционеров, как Андрей Шкиль и Сергей Мищенко. Последнему вообще места в проходной части списка не досталось. Вы чувствуете зависть со стороны?

— Знаете, наверное, не зависть, а больше недоумение, которое связано только с одним — просто люди меня не знают и не понимают. Но я умею завоевывать место под солнцем, знаю, как это делать. Я построила свой бизнес за 7 лет, подняла компанию и удерживаю ее на рынке в очень непростых политических и экономических условиях. Поэтому строить, защищать и доказывать я умею.

  В каком формате вы видите участие "Народной самообороны" в парламенте?

— Думаю, что это все-таки будет объединение — единая оппозиционная фракция. Это не только мое личное мнение, но и мужа. "Базар" в парламенте ни к чему хорошему не приведет. Было бы несерьезно, с таким трудом объединившись, спрятав свои амбиции, опять разделиться… Посмотрите на ПР. Нельзя не взять с них пример — они идут единой массой, бульдозером, как говорят, хотя мы знаем, сколько там разных внутренних течений и групп влияний. Поэтому объединение оппозиции в единую фракцию — это качественная работа на будущее.

Миллионерша

Ирина Луценко не скрывает, что все то время, пока ее муж занимался политической деятельностью, безбедное существование их семьи обеспечивала именно она. Согласно официальной декларации о доходах, наша героиня — человек сравнительно обеспеченный: в 2011 году она заработала 704 тыс. грн., а ее доля в уставных фондах обществ, организаций и предприятий нынче составляет более 57,8 млн грн. Причем за последний год размер капитала г-жи Луценко увеличился почти на 52,4 млн грн.

Показательно, что сама бизнесвумен, идя в парламент, совершенно не стыдится своих миллионов. Правда, жена одного из самых бедных министров в правительстве Тимошенко без особого энтузиазма рассказывает о том, как стала миллионершей.

С приходом в политику, как и следовало ожидать, активы Ирины Луценко меняют прописку. Свою компанию, ООО "Украинские новейшие телекоммуникации", Ирина Луценко уже формально продала, а вот бизнес "для души" — студию красоты "БелФам" — наша героиня еще только планирует передать старшему сыну Александру.

Основой же финансового благополучия семьи Луценко является столичный бизнес-центр "Лотос" площадью в 2,5 тысячи квадратных метров. Это офисное здание Ирине досталось от отца. Вместе с ним — парк автомобилей, которые г-жа Луценко сдает в аренду. Уже совсем скоро управлять бизнес-центром (как и студией красоты) будет ее старший сын.

  Расцвет вашего предпринимательского таланта пришелся на период, когда ваш супруг занимал пост министра внутренних дел. Статус жены министра придавал уверенности в том, что с бизнесом ничего плохого не произойдет?

— Понимаете, у мужа с 2004 года очень активная жесткая политическая позиция. С 2005 до середины 2006 года он был министром внутренних дел, после чего против него было возбуждено семь уголовных дел. В этот период у сына нашли рак щитовидной железы, и я на три месяца уехала в Австрию. Тогда я была финдиректором "Украинских новейших телекоммуникаций". Тогда же отец мне передал офисный центр. Это все было очень непросто. Надо было кормить семью, а Юрия могли посадить еще тогда.

  Просто сменилась власть, и пришло время расплачиваться за преимущества, которые бизнес имел ранее. Вы не предчувствовали эту опасность?

— На самом деле и жить, и работать в нашей стране опасно. Очень много было проверок на моих предприятиях. Но ни разу не было такого, чтобы приходили люди в масках и скопом бросали сотрудников на пол лицом вниз. И это несмотря на то, что мой муж входит в десятку ведущих политиков страны и всегда был в оппозиции к этой власти.

  Что вы предпринимали для предотвращения возможных атак на бизнес со стороны власти?

— Муж всегда был в системной оппозиции именно к Януковичу и его окружению как к идеологическому противнику. Компания, в которой я работаю, как и все обычные предприятия, не "крышуется" чиновниками, берет на обычных условиях кредиты в банках, тяжело переживает кризис и является законопослушным плательщиком всех налогов и сборов. Контрабандой не занимается и прибыли за границу в офшоры не выводит.

Но поскольку я знала, что меня постоянно будут проверять, что мой бизнес находится под микроскопом, я очень четко выстроила работу всего менеджмента, у меня сильная команда юристов. Поэтому я спокойна. Знаете, за это время, что Юра за решеткой, ни один сотрудник компании не ушел. Все спокойно работают. Люди понимают ситуацию, никто не боится, так как уверены, что здесь все законно и правильно. Мы не опускаем руки, а выживаем в таких непростых условиях.

  Планируете полностью переоформить активы перед тем, как стать народным депутатом?

— Я уже вышла из состава учредителей телекоммуникационной компании, но еще работаю там коммерческим директором. Я контролирую все финансовые потоки, их распределение, материальное обеспечение, бухгалтерию, планирование, стратегию расчета цен и так далее. Из состава учредителей я вышла, потому как понимаю, что физически не осилю. Поэтому этот бизнес я продала. Что касается других бизнесов — офисного центра и студии красоты — там настолько отточен менеджмент, что я спокойна. Эти компании я передам сыну.

  Зачастую из детей выходят посредственные управленцы семейным бизнесом. Не боитесь, что после принятия активов сын загубит бизнес?

— Думаю, я все же смогу давать ему бесплатные консультации и контролировать его как новоиспеченного бизнесмена. Уверена, что найду время не только консультировать, но и вышколить сына. Он знает, что такое зарабатывать на кусок хлеба. Для него я — личный пример, когда встаю в 7 утра и в 9 вечера "приползаю" домой. Кроме того, с гордостью могу сказать, что старший сын в свои 23 года прошел серьезную школу жизни и получил достойное образование.

Сейчас он заменил главу семьи: стал меня и брата опекать. Этот мальчик — не мажор. Он учится, работает и мечтает приносить пользу. Поэтому за сына я спокойна и с уверенностью передам бизнес в его молодые, но надежные руки.

  В какую сферу планируете инвестировать вырученные от продажи "Украинских новейших телекоммуникаций" деньги?

— Часть денег придется отдать, потому что брала их в долг, а остальной части я найду применение. Пока не могу сказать, куда именно их вложу. Я настолько интенсивно работала эти 7 лет в очень разных направлениях, что теперь нужно немного осмотреться. Время покажет. Но то, что "Ирина Степановна всегда найдет работу на свою пятую точку", как говорят мои сотрудники, — это правда. Без работы сидеть не буду. Проросту там, где посеюсь.

Телефонная подстава

Самый громкий скандал, связанный с именем Ирины Луценко, пришелся на июль 2007 года, когда в прессе заговорили о лобби­ровании министром внутренних дел Юрием Луценко интересов ООО "Украинские новейшие телекоммуникации". В то время наша героиня как раз занимала пост финансового директора этой компании.

Нелестные обвинения в адрес семейной четы посыпались после того, как в СМИ просочилось распоряжение замминистра Луценко Александра Новикова, датированное сентябрем 2006 года. В нем чиновник прямым текстом требовал от начальников всех главных управлений МВД, внутренних войск и даже руководства ведомст­венных вузов провести работу "по подключению подразделений внутренних дел Украины, которые пользуются услугами сети мобильной связи общего пользования разных операторов, на тарифные планы ООО "Украинские новейшие телекоммуникации".

О масштабах перехода подразделений МВД на тарифные планы "Украинских новейших телекоммуникаций" можно лишь догадываться. При удачном раскладе, учитывая, что распоряжения руководства МВД подлежат практически обязательному выполнению, размер сделок мог бы исчисляться миллионами гривен. Однако реализации этой бизнес-идеи, которая могла бы озолотить компанию Ирины Луценко (в 2010 году она стала одним из учредителей ООО "Украинские новейшие телекоммуникации"), помешала скорая отставка ее мужа.

После того как данное распоряжение было доведено до руководства главков, министром г-н Луценко проработал всего пару месяцев. И хотя сама Ирина Луценко утверждает, что ее муж лоббированием интересов подконтрольной ей частной компании никогда не занимался, важнейшим клиентом ООО "Украинские новейшие телекоммуникации" и по сей день остается МВД.

  Как получилось, что госзаказ на предоставление услуг мобильной связи МВД, которым в то время руководил ваш муж, компания "Украинские новейшие телекоммуникации" получила без тендера?

— В прессе мой успех в бизнесе часто связывают с карьерой мужа, но это не совсем так. В октябре 2005 года мои друзья — владельцы компании — предложили перейти к ним на должность коммерческого директора. Меня пригласили работником, а не собственником. Это огромная разница. На мне были бухгалтерия, материальное обеспечение, планирование, построение бизнес-планов, но это не значит, что это был бизнес Луценко.

В то время мы заключили договор с одним из мобильных операторов связи о том, что будем являться их провайдерами. Мы закупали оптом у них трафик и продавали его в розницу. Компания предоставляла такие услуги и органам государственной власти и местного самоуправления, и банкам, и страховым компаниям, работала с различными охранными и силовыми структурами.

Тарифы были невысокими. Бюджетные организации охотно идут на такие предложения, поскольку сметы на расходы связи ограничены. Видимо, этими соображениями (низкие тарифы по сравнению с другими операторами связи) и руководствовались отдельные службы в МВД в регионах.

  В то время вы были финансовым директором компании. О какой сумме контрактов с органами МВД шла речь?

— В месяц около 10-15 тысяч гривен. Это в среднем по всей системе МВД. Максимальный заработок был 26 тысяч гривен. И тут же привожу вам цифры: провести какую-то закупку без тендера в тот момент государство разрешало на сумму до 100 тысяч гривен. Это существенная разница: 15 и 100 тысяч.

  Но ведь в то время ваш муж был министром внутренних дел. С точки зрения здравого смысла начинать сотрудничать с МВД "Украинским новейшим телекоммуникациям" было крайне рискованно. В любой момент Юрия Луценко могли обвинить в коррупции. Зачем нужен был этот риск?

— Могу сказать лишь одно. Я десять лет проработала в отделе исследований и расследований Антимонопольного комитета Украины, а потому мой муж прекрасно знал, что такие моменты могут расцениваться как предоставление преференций компании, где работают его родственники. Он знал также, что за ним пристально наблюдают как общество, так и его непосредственные подчиненные. А поэтому априори не мог дать таких указаний.

  И все же плохо верится в то, что распоряжение замминистра Александра Новикова с требованием пользоваться услугами именно вашей компании прошло мимо Юрия Луценко. Почему не удалось избежать скандала?

— О таком распоряжение я узнала из интернета, а Юрий — во время командировки во Львов. Тогда другие операторы мобильной связи подняли шум. Муж пришел в ярость и отменил это распоряжение.

  Возможно, Новиков хотел подставить вашего мужа?

— Все может быть. Не исключаю ничего, но, не имея доказательств, не хочу обвинять человека.

  После того как Юрий Луценко ушел в отставку, вашу компанию наверняка проверяли. Что удалось обнаружить следователям?

— Компанию "УНТК" и, собственно, МВД по этому поводу проверяли, пожалуй, шесть раз. Последний раз — осенью 2010 года. Кстати, именно тогда я вошла в состав учредителей этой компании. На запрос Генеральной прокуратуры мы предоставили исчерпывающий комплект документов по этому поводу. Нарушений со стороны компании и злоупотреблений властью со стороны Луценко не обнаружили. Уголовное дело тогда закрыли.

Мы, зная, что все это время находимся "под прицелом", регулярно проводим внутренние ревизии и ежегодно заказываем аудит. Добавлю, фирма работает полностью в рамках действующего законодательства Украины. Мы не "кормимся" из бюджета, берем кредиты, как и весь украинский бизнес, не "лежим под властью". Трудно работать, но трудно всей стране.

Кормилица лондонских белок

Последние 20 месяцев дни Ирины Луценко похожи друг на друга: деловые вопросы, судебные заседания с участием мужа, общение с журналистами и ежедневные встречи с Юрием Луценко в СИЗО. Времени на отдых у нее совершенно не остается. Единственное развлечение — редкие походы на съемки программы "Вечерний квартал", а также чтение книг. Читает в основном классику, а мечтает об отдыхе всей семьей где-нибудь за границей. Ирина Луценко — заядлая путешественница.

  Какие страны вас больше всего привлекают?

— На осенние или зимние каникулы мы, как правило, ездили в Европу. Очень люблю Лондон. Я почему-то раньше думала, что удивлять должен Париж. Но это не так. Меня удивил именно Лондон. Если на отдых едем в Европу, то по традиции обязательно посещаем Лондон. Во-первых, чтобы приучить детей к английскому языку, а во-вторых, — покормить толстых белок и серых гусей.

  Какая поездка больше всего впечатлила?

— Нас очаровал Маврикий. Я тогда сказала: "Если рай на земле есть, то я в него попала". Пальмы в воде на фоне красного заката, белый песок как мука между пальцев, теплая вода — жизнь течет как в замедленной съемке, давая возможность насладиться таким совершенством.

  В других странах многие туристы непременно соблюдают некие правила: то монетку в фонтан бросят на счастье, то статую потрут, чтобы заветное желание исполнилось. А какие у вас есть традиции отдыха за границей?

— В первую очередь мы едем, чтобы просто сменить обстановку. Муж — публичная персона, поэтому едем отдохнуть от себя и от узнаваемости. Неважно — куда. Главное — вместе. Жизнь настолько стремительна и насыщена, что ищешь красоту и покой в естественном мире.

  С того времени, как вашего мужа взяли под стражу, вы много путешествовали?

— Нет, сейчас мне не до отдыха. Я знаю, что нужна мужу как никогда, и он должен знать, что я всегда рядом. За эти 20 месяцев, кроме выходных и праздников, я каждый день езжу в СИЗО, а теперь через день-два — в Менскую колонию. Лишь несколько раз посещала "95 квартал" по приглашению Володи Зеленского. Он сам звонил и просил: "Ира, приди", отдавая дань их дружбе с Юрой.

  Когда ваш муж выйдет из тюрьмы, куда первым делом отправитесь?

— Наверное, в Лондон, кормить белок. И бродить по паркам, взявшись за руки. А еще хочу с мужем снова попасть на остров Бирючий в Азовском море. Мы были там три раза. Представьте себе: ночь, мы въезжаем туда через три кордона — и видим стада оленей, коз, бегают лисицы, зайцы. Их так много!

Перспективы

Высокое место в избирательном списке объединенной оппозиции гарантирует Ирине Луценко 100%-е попадание в новый парламент. Ввиду ее активной деятельности в качестве защитника мужа под куполом г-жа Луценко, скорее всего, будет работать в комитете правосудия. Не исключено, что он инициирует создание следственных комиссий, чтобы продуцировать новости относительно судьбы ее супруга.

Если же поход в парламент новоиспеченному политику по какой-то причине не понравится, она с легкостью вернется в бизнес. Во всяком случае, далеко отходить от управления семейными активами Ирина Луценко не собирается. Старший сын Александр наверняка еще 2-3 года будет согласовывать важнейшие бизнес-решения с опытной мамой.

    Реклама на dsnews.ua