Не трогая Зеленского. Почему Терехов и Гетманцев начали войну против "партии войны"

По второму кругу

В свое время ходили слухи, что мэр Харькова Игорь Терехов и глава финансового комитета парламента Даниил Гетманцев могут оказаться в общем политпроекте. Первой об этом рассказала "Украинская правда" почти год назад, 30 октября 2025 года, в статье "Слева от Зе. Действительно ли Гетманцеву готовят свою партию и какой она может быть".

Впоследствии такую возможность подтвердили социологи, когда начали включать в парламентские рейтинги гипотетическую партию Терехова и Гетманцева. Правда, 28 марта Терехов в комментарии "УП" опроверг это: "Уверенно могу сказать, что политического проекта, в котором одновременно были бы Терехов и Гетманцев, не было в прошлом, не существует сейчас и не будет в будущем".

Но недаром говорят: "Никогда не говори никогда". Сейчас Терехов и Гетманцев снова вместе, на одном фронте — против "партии войны".

Здесь можно было бы удивиться: как это может быть, что Терехов и Гетманцев против президента? Но они четко различают две "партии войны". Правящую "партию войны" во главе с Владимиром Зеленским они не трогают. Они воюют с другой "партией войны" — с той, которая очень мешает Банковой.

Против Залужного

2 октября Терехов обнародовал свои "несколько слов по поводу последней колонки генерала Валерия Залужного".

Накануне Залужный в колонке для "24 канала" констатировал, что "старый мировой порядок разрушен", "старые правила и международное право уже не работают", и "при отсутствии такого права любые договоренности — это лишь прелюдия к следующей войне, начало которой лишь вопрос времени".

Терехову эта констатация реальности категорически не понравилась. Он требует от Залужного другой реальности.

"Для меня логика "партии войны" начинается там, где войну принимают как безальтернативное будущее Украины. Я с этим не согласен, — возмущается он. — Нашу способность выдерживать войну нельзя воспринимать как согласие жить в ней. Мы стремимся к миру и благополучию".

И он описывает собственное видение желанной реальности: "Мир должен опираться на нашу оборонную способность и конкретные обязательства партнеров. Гарантии должны определять, какую военную помощь получит Украина и как партнеры будут действовать в случае нового нападения. Таких условий нужно добиваться, используя военные, экономические и дипломатические рычаги".

А что делать, если реальность другая? Если никаких гарантий никакие партнеры не дают? Терехов не отвечает — и не собирается отвечать.

Его задача как политического партнера Банковой другая: "сшить в общественном сознании" тему продолжения войны с Залужным. И это может служить надежным маркером того, что Зеленский начал большой политический разворот. Конечно, этот разворот не будет (и не может быть) быстрым. Он будет постепенным, но в итоге — радикальным.

Против "депутатов-ястребов"

Одновременно с Тереховым выступил Гетманцев — с той же фантастической программой отрицания реальности. "Большинство людей поддерживают переговоры и мир на тяжелых условиях, но таких, которые обеспечат прекращение войны навсегда", — заявил он в своем ТГ-канале.

Как и Терехов, он не собирается отвечать на вопрос, а что делать, если реальность другая и никакие "тяжелые условия" не обеспечат прекращения войны навсегда? Его задача как политического партнера Банковой другая, и он сам рассказал, какая именно.

"Убежден, люди мира должны объединиться, показать свою позицию, чтобы дать власти основания для принятия тяжелых решений, необходимых для сохранения страны и победы", — объяснил он мотивы своей активности.

На следующий день он рассказал о своей новой идее. "Условия мира зависят от переговорного искусства наших представителей, которым лично я доверяю. А вот принимать или не принимать указанные условия должен не патриотический блогер с западного фронта и даже не депутаты. Принять или нет мирные условия должен народ на референдуме, придав им полную легитимность или одобрив дальнейшую войну. Есть ли у кого-то возражения против воли народа? Или кто-то считает себя выше нее?"

Эта новая идея Гетманцева вполне может оказаться следующим пунктом нового плана Зеленского.

Здесь стоит уточнить, что законы "О правовом режиме военного положения" и "О всеукраинском референдуме" запрещают проводить референдум в условиях военного положения. Аналогичным образом закон "О правовом режиме военного положения" и Избирательный кодекс запрещают проводить в условиях военного положения президентские и парламентские выборы.

Поэтому идея, озвученная Гетманцевым, может быть реализована в виде одновременного проведения референдума и выборов президента. Это сочетание позволит превратить президентские выборы в плебисцит о согласии на мирные условия, которых добился Зеленский. Гетманцев уже говорит, что это будут наилучшие из возможных условий, потому что они зависят от искусства переговорщиков, а в искусстве Зеленского он не сомневается.

Также и Терехов заверяет, что будут "конкретные обязательства партнеров". То есть мирных условий еще нет, но Терехов и Гетманцев уже уверены, что их украинцам вполне хватит. А если кто-то сомневается в искусстве Зеленского добиться наилучших условий, тот — представитель "партии войны", и его нужно беспощадно дискредитировать.

Терехов записывает в эту "партию войны" (которая мешает Банковой) Залужного. А Гетманцев — "депутатов-ястребов".

"Хотел бы обратиться к тем народным депутатам-ястребам, которые яростно отстаивают вечную войну, пытаясь вычеркнуть слово "мир" из словаря как таковое. Хорошо было бы, чтобы среди пламенных патриотических выступлений вы все же проголосовали за законопроекты нашего комитета, к которым напрямую привязано финансирование армии и за которые я не прошу, а умоляю вас проголосовать несколько месяцев подряд. Потому что когда ты на словах патриот и призываешь биться до последнего, а руками сбиваешь законы о финансировании армии, как-то неудобно получается. И вопросы возникают", — заявил он 6 октября.

Себя он, очевидно, относит к "депутатам-голубям". Вероятно, именно это мешает ему называть настоящих виновников. Он прекрасно знает, что для того, чтобы законопроекты были приняты, нужна политическая воля Зеленского. Есть у президента политическая воля — законы о финансировании армии принимаются, а нет — так нет. Но Гетманцев не может пойти против своего заказчика, он же голубь, он может ворковать лишь против мифических ястребов, которые мешают жить заказчику.

Но это не означает, что откровения Гетманцева не стоят внимания. Фактически он признал, что у Зеленского несколько месяцев подряд нет политической воли дать команду своему парламентскому монобольшинству проголосовать законы о финансировании армии. Не потому ли, что он начал большой политический разворот?