Без будущего. Что Трамп предложил цивилизованному миру из Давоса

"Я люблю Европу, но она движется в неправильном направлении"

Большую часть своей речи в Давосе Дональд Трамп посвятил критике Европы за ее внутреннюю политику, за видение демократии, за экономику и за неуступчивость ему в попытке аннексировать Гренландию. По его словам, за последние десятилетия Европа превратилась в "проблемный континент" из-за роста государственных расходов, массовой миграции, сокращения объемов прямых иностранных инвестиций, вынесения промышленности за пределы контента и внедрения, как он это назвал, "зеленой аферы". Подразумевается курс Европы на отказ от ископаемого топлива. Не нравится заокеанскому гостю и "импорт населения совсем из других стран", что, по его мнению, размывает европейскую идентичность и экономическую мощь коллективного Запада. Об "импортном" населении Трамп вспомнил, когда говорил о Сомали: "Мы принимаем людей оттуда, а Сомали даже не государство". В декабре, в другом своем выступлении, он сказал, что в Сомали "воняет".

Докладчик также задел экономические отношения с Европой. В качестве примера взял Швейцарию, на территории которой выступал: мол, если бы пожелал, мог бы уничтожить ее тарифами 40% или 70%, но он этого не хочет. Пошлины против других стран он вводит, чтобы "исправить причиненный ущерб Соединенным Штатам".

Об "Америке прежде всего" в Давосе говорил не только Трамп, но и министр торговли США Говард Лутник. Его выступление освистали, часть собравшихся покинула зал, среди таких была глава европейского центробанка Кристин Лагард. Если подход Европы к экономике Штаты не устраивает, тогда каков их собственный? Лутник считает, что мир должен сосредоточиться на угле как источнике энергии, а не на возобновляемых источниках. Абсурдность этого утверждения состоит хотя бы в том, что залежи угля исчерпываются (хотя в Соединенных Штатах они самые большие по подтвержденным запасам) и использование этого топлива — очевидный шаг назад в энергетике. Тем более речь Лутника было дико слышать представителям ЕС, где внедряется Европейский зеленый курс — комплексная стратегия, направленная на превращение ЕС в первый в мире климатически нейтральный континент до 2050 года путем трансформации экономики, энергетики, транспорта и промышленности. Это не просто декларация, а набор обязательных правил, охватывающий все сферы жизни — от домохозяйств до крупных предприятий — с конкретными целями до 2030 года, в частности, сокращением выбросов на 55%.

"Отдайте мне кусок льда"

"ДС" отмечала, что посягательствами на Гренландию Трамп дал в руки Путина рычаги для легитимации аннексии Крыма в 2014 году. Также прогнозировала, куда заведет Америку и НАТО конфликт вокруг самого большого острова в мире. Именно Гренландии и историческому экскурсу, чем очень напомнил Путина, Трамп посвятил много времени в своем выступлении в Давосе. "Все, что я прошу, — заявил глава Белого дома, — это просто кусок льда, который находится в стратегическом месте, и который поможет играть важную роль в деле защиты мира, безопасности всего мира. На самом деле это небольшая просьба по сравнению с тем, что мы предоставляли Европе в течение десятилетий". После чего пригрозил: если Дания и Европа скажут "да", он будет признателен, если же ответ будет другим — "мы запомним". Трамп также назвал "глупым решением" возвращение Гренландии Копенгагену после Второй мировой войны.

Здесь скосплеим Трампа и совершим маленький экскурс в историю. США не возвращали Дании этот остров, поскольку его не захватывали. В апреле 1940 года после оккупации Датского королевства нацистской Германией американцы объявили, что на Гренландию распространяется "доктрина Монро" — известный принцип американской политики, согласно которому западное полушарие находится в сфере геополитических интересов США. Этот принцип сейчас возрождает Трамп. Год спустя посол Дании в Штатах Хенрик Кауфман, отказавшись подчиняться коллаборационистскому правительству в Копенгагене, по собственной инициативе заключил с американцами соглашение о защите Гренландии. Согласно соглашению, США получили право размещать на острове военные базы. Однако в тексте было сказано, что после прекращения угрозы Гренландии американцы свои войска оттуда выведут, а Дания после освобождения от нацистской оккупации вернет себе суверенитет над островом. В 1946 году Вашингтон предложил Копенгагену купить у него Гренландию за $100 млн. Датчане отказались и в 1951 году был найден компромисс, согласно которому суверенитет Дании над Гренландией был восстановлен, а американцы сохранили свое военное присутствие на острове. Это соглашение должно действовать, пока существует НАТО.

Трамп в Давосе требовал немедленных переговоров по Гренландии (дважды назвал ее Исландией), пообещал не отнимать остров силой и тут же отметил: без "чрезмерной силы" США ничего не получают. Гренландия ему нужна, чтобы присоединить к "величайшему Золотому куполу" — мифической системе ПВО, которой Трамп собирается накрыть свое государство вместе с Канадой. В этом контексте за "неблагодарность" досталось и Канаде, премьер которой Марк Карни накануне произнес очень жесткую речь о том беспорядке, который творится в мире с приходом к власти Трампа.

Мировоззренческая пропасть между берегами Атлантики углубляется

Подводя итог давосской речи Трампа и в целом пребывания американской делегации на Всемирном форуме, сделаем несколько выводов. Первый: за год президентства нынешнего главы Белого дома мир не увидел и даже не услышал ни одной глобальной инновационной инициативы от США, которая имела бы целью сделать мир лучше. Зато слышит о возвращении к углю и критиканство Европы. А еще о возвращении к тем временам, когда Америка могла покупать территории или просто их отбирать. Сила и деньги — любимые инструменты Трампа, популярные до второй половины 20 века, когда не существовало современных международных правил. Отсюда второй вывод: Трамп не говорит о будущем, потому что живет прошлым или в лучшем случае настоящим. О будущем ему просто нечего сказать. Третий вывод: форум в Давосе сделал еще более глубокой мировоззренческую пропасть между трампистской властью США и остальным цивилизованным миром. Пока никто не понимает, что с этим делать, но многие надеются на лучшее. В первую очередь, на результаты ноябрьских промежуточных выборов в Конгресс.