Откровения Кима. Почему Банковая боится революции ветеранов
Министр по делам ветеранов Украины Виталий Ким оригинально отчитался о четырех месяцах пребывания в должности: дал большое интервью, в котором озвучил самое большое опасение всей нынешней власти
Страшнее оппозиции
Оппозиция, конкуренты на выборах — эту проблему Банковая надеется как-нибудь решить. Но самый большой страх вызывают военные. За четыре месяца пребывания на посту министра Виталий Ким постарался глубоко изучить настроения ветеранов. И эти новые знания вызвали у него предчувствие даже не майдана, а революции.
Действительно, майдан — это мирный протест гражданских. А когда к протесту присоединяются ветераны (в частности, только что демобилизованные), это уже может быть нечто более радикальное.
Ким оказался прекрасным ретранслятором настроений Банковой. Кто-то другой фильтровал бы поток сознания, но Ким для этого слишком самовлюблен. Он даже не попытался сфальсифицировать, будто является выразителем интересов ветеранов, думает, как они, живет тем, чем живут они. Нет, он честно противопоставил себя им и солидаризировался с теми, кто их боится, то есть с властью. Что вполне логично, ведь на должность министра по делам ветеранов он пришел не из ветеранской среды, а из команды Владимира Зеленского.
Интервьюер Юлия Акимова спросила его: "Существует угроза, что военные, которые придут сюда уже после окончания войны, уйдут в криминал. Объективна ли эта угроза?" Виталий Ким даже не подумал опровергать или успокаивать ее. Нет, он подлил масла в огонь ее страхов.
"Это обязательно будет. Так было после каждой войны. Люди возвращаются с определенными навыками, с пониженным чувством риска и завышенным чувством справедливости. Так точно будет. Так было после каждой войны, — повторил он, чтобы подчеркнуть свою уверенность. — Более того, это не только о криминале, это о социальном напряжении, о революциях, обо всем этом. И, к сожалению, сейчас государство не работает в этом направлении, в плане информационной политики, защиты будущего граждан".
То есть министр по делам ветеранов заверил общество, что военные, вернувшись с войны, не только пойдут в криминал, но и устроят революцию. Причем криминал и революция для него — понятия одного порядка: разновидности преступности.
Министерский рецепт противодействия ветеранам
Но Ким не просто исследователь ветеранских настроений, он еще и министр. То есть он делится с Зеленским не только результатами своих изысканий, но и рекомендациями, как предотвратить неизбежное.
Главная рекомендация Кима — информационная политика. Под этим термином он понимает вполне конкретное промывание мозгов как военным, так и гражданским.
Вот его рецепт того, как следует перепрограммировать подсознание военных. У ветеранов, сетует он, могут быть завышенные требования к обществу (читай: к власти): "Я за вас воевал, где вы были, вы мне должны". Министр считает, что у ветеранов должна быть другая позиция: "Я — лучший пример для общества. Смотрите на меня, я для вас пример. Я молодец, я образованный, я, скажем так, лидер. Разговариваю с уважением и так далее. Я не пьяный, не валяюсь в форме, и еще куча-куча историй. Я для вас пример".
То есть вместо того, чтобы предъявлять претензии власти, ветеран должен тщательно контролировать собственное поведение: соответствует ли он высоким требованиям Кима. Власти недостаточно того, что ветеран отвоевал, она хочет возложить на него новую обязанность: быть примером. При этом сама власть вполне спокойно может позволить себе не быть примером, а жить в свое удовольствие.
Еще более интересный рецепт он предлагает для обработки гражданского населения. Фактически он предлагает провести зомбирующую кампанию "Несмотря на все, что говорят люди, я не боюсь ветерана".
Вот его дословный рецепт. "Я считаю, что сейчас у гражданских есть стереотипы, что военные непредсказуемы, что у них ПТСР, — говорит он. — Это неправильная история. Бояться нельзя".
Представляете себе, как военные возвращаются с войны, ожидают от гражданских теплых слов: "Родненькие, мы счастливы, что вы вернулись, дайте вас обнять, мы вас очень-очень любим!" А вместо этого видят, как все, напуганные зомбированием Кима, шарахаются от них, и лишь отдельные добровольцы застывают на месте, убеждая себя: "Я не боюсь, верю Киму, военный — это не страшно".
Ким говорит это не просто так. Свои рекомендации он намерен воплотить в жизнь прямо сейчас, на своем министерском посту. "Я считаю, что сейчас государство недостаточно работает над информационной политикой и подготовкой общества к возвращению ветеранов, — сообщил он в интервью. — Это нужно разворачивать. Мы планируем привлекать к этой работе широкий круг специалистов, в частности медийщиков, чтобы уменьшать негативные стереотипы и готовить общество".
Может, еще отряды гражданской самообороны против ветеранов создать? Полицию ветеранских нравов? Специальные лагеря для ветеранов, чтобы не устраивали революций?
Возмущение возмущением
Совет ветеранов войны за независимость Украины выступил с заявлением, в котором назвал неприемлемыми отдельные высказывания Кима в интервью РБК-Украина.
"Ветераны и ветеранки — не угроза для общества, — подчеркнул Совет ветеранов. — В интервью министр говорил о неизбежном росте преступности и социального напряжения после возвращения военных к гражданской жизни, а также о "завышенных ожиданиях" ветеранов от общества. Такие слова могут создавать ложное представление о ветеранах и ветеранках как о потенциальной угрозе, а их законные требования к государству выставлять чрезмерными".
В заявлении подчеркивается, что задача государства — обеспечить поддержку ветеранов, а не усиливать страх и предубеждения. "Ветераны и ветеранки не должны во второй раз заслуживать уважение или соответствовать чьим-либо представлениям об идеальном гражданине. Они имеют право требовать от государства выполнения его обязательств", — напомнил Киму Совет ветеранов.
Начитавшись возмущенных отзывов военных и ветеранов, Ким решил и сам возмутиться и написал гневный пост в своем ТГ-канале.
"Хочу сказать и несколько слов о своем последнем интервью. Вижу, что оно наделало немало шума. Кто-то возмущается, кто-то критикует. Кто-то говорит, что министр вообще не должен говорить на такие темы и так далее. А я хочу спросить: если проблема существует, лучше о ней молчать? Делать вид, что все хорошо? А потом, когда она станет реальностью, разводить руками?" — спросил он и попросил предложений, призвав "вместе искать решение".
По просьбе Кима
То есть он делает вид, что не понимает причин такой реакции на свое интервью. Что ж, если Ким просит ответа, то ответ таков: если существует проблема революции, то власть должна немедленно менять собственный modus operandi, а не планировать тотальное зомбирование военных и гражданских.
На самом деле к возвращению военных с войны нужно готовиться. Но не так, как говорит Ким.
Если Банковую корежит от ожидания социального напряжения, ей уже сейчас нужно думать об инклюзивных каналах социального диалога между властью (парламентом, президентом, правительством) и военными, которые вернутся с войны. Власть должна отказаться даже от мысли мешать ветеранам самоорганизовываться и проводить акции протеста. Но этого недостаточно. Власть должна путем ускоренного аутотренинга приучить себя прислушиваться к мнению ветеранов, не дожидаясь, пока у них лопнет терпение.
Примером здесь должен был бы стать сам Ким. Если ветераны и военные говорят ему убираться — взял и ушел.
Также следует повысить влияние ветеранов на все органы власти и местного самоуправления. Например, как минимум все эти общественные советы при министерствах, ведомствах, областных государственных администрациях, исполкомах местных советов должны быть главным образом ветеранскими. Сейчас это во многом не так: пока одни граждане воюют пятый год, некоторые другие успешно занимаются активизмом.
Ким (как и вся Банковая) видит в обостренном чувстве справедливости угрозу для общества (то есть для себя). А нужно думать в противоположном направлении: не о том, как погасить это стремление, а о том, как его удовлетворить.