Самоубийство проевропейских сил. К чему приведет политический кризис в Румынии

Правительство Боложана чуть не дотянуло до года с момента формирования. После победы на президентских выборах Никушора Дана, сумевшего во втором туре выборов 18 мая 2025 года сделать невероятное — отыграть у своего ультраправого соперника Джордже Симиона более 20% разрыва — назначение премьер-министром Боложана было ожидаемым. С февраля 2025-го и до инаугурации Дана он исполнял обязанности временного президента и зарекомендовал себя хорошим администратором и управленцем. Это была компромиссная фигура, поддержанная сформированной проправительственной коалицией из социал-демократов (PSD), национал-либералов (PNL — ее главой является Боложан), либералов (USR) и Партии венгерского меньшинства (UDMR).

5 мая за вотум недоверия правительству Боложана проголосовал 281 депутат и сенатор (по Конституции эта процедура проходит на совместном заседании обеих палат парламента — Палаты депутатов и Сената) из 233 необходимых, что стало антирекордом. Депутаты и сенаторы от PNL, USR, UDMR присутствовали в зале, но отказались от участия в голосовании. PSD дала 130 голосов, AUR Симиона 90, оставшийся 61 голос — еще четыре небольшие оппозиционные партии и группы и независимые.

Почему правительство потеряло поддержку депутатов

Первая причина — программа Боложана предусматривала ряд непопулярных шагов, уже на старте делавших его правительство командой камикадзе. Румыния имеет самый высокий бюджетный дефицит в Европейском Союзе, превышающий 10%. Брюссель не первый год настаивает на том, чтобы Бухарест скорректировал чрезмерный дефицит. Правительство приняло решение повысить ряд налогов, в том числе НДС, против чего резко выступили местные популисты.

Кроме этих изменений, Боложан начал реформу государственного управления, которая привела к значительным сокращениям должностей в государственных и местных органах власти, к реструктуризации госкомпаний (таких в Румынии более полутора тысяч), отмене излишних доплат чиновникам. Вместе с тем она затронула пенсионную систему — поскольку в структурах общественного порядка и обороны зарплаты сокращать нельзя, правительство приняло решение увеличить для этих категорий пенсионный возраст.

Третья реформа затронула пенсионное обеспечение судей и прокуроров. Эта привилегированная каста в Румынии могла выходить на пенсию даже не достигнув 50 лет, получая минимум 5 тыс. евро пенсионных выплат, максимум 15 тыс. Это при том, что средняя пенсия в Румынии составляет 500-600 евро. По логике такая реформа точно должна быть поддержана населением, однако не стоит забывать, что у упомянутой категории чиновников немало возможностей влияния на политические расклады.

Вторая причина — пребывание в коалиции традиционно политически шатких социал-демократов, к тому же имеющих наибольшее представительство в парламенте (86 мандатов из 331 в Палате депутатов и 36 мест в Сенате из 134). Именно с их демарша начался правительственный кризис — эсдеки вывели своих членов из кабинета министров Боложана. Они обвинили главу правительства в несправедливом, по их мнению, реформировании государственных компаний и желании сохранить влияние на стратегические предприятия. Кроме того, упрекали правительство в нечестном распределении бюджетных средств между регионами. Как заявлял сам Боложан, эсдеки изначально были в его правительстве оппозицией.

Здесь следует напомнить, что эсдеки и национал-либералы десятки лет попеременно возглавляли правительственные команды. Когда национал-либералы пробовали проводить политику затягивания поясов, социал-демократы сходу поднимали протесты. Их представитель Марчел Чолаку почти два года возглавлял кабинет министров до Боложана, на должности сменил национал-либерала Николае Чуке. До Чуке также руководили несколько национал-либералов, а перед ними несколько социал-демократов. Всех перечислять не будем, отметим главное: хотя PSD и PNL поддерживают проевропейский курс Румынии, однако внутренний конфликт между ними постоянно влечет за собой политические кризисы. Нынешний — не исключение.

Третья причина состоит в том, что эсдеки нашли себе казалось бы неестественных союзников — ультраправую партию AUR, имеющую вторую по численности фракцию в парламенте (63 депутата). Но это только на первый взгляд левые и правые должны быть непримиримыми идеологическими врагами. У основателей PSD есть бэкграунд при режиме Николае Чаушеску, после его падения они перекрасились из коммунистов в социал-демократов. Эксперты отмечают, что сейчас в партии эсдеков властвуют не левоцентристы, а правые популисты. Поэтому их союз с AUR — не причудливый, а логичный результат поправения румынских эсдеков.

Кроме этих двух партий в парламенте Румынии еще 28 мандатов есть у ультраправой S.O.S Romania, "звезда" которой — депутат Европарламента Диана Шошоаке — 7 мая анонсировала процедуру импичмента президента Дана. Эта политсила плывет в фарватере AUR Симиона. Напомним: в конце апреля Европарламент снял иммунитет с Шошоаке, в Румынии ей выдвинули 11 обвинений, поэтому теперь она спасается кампанией за импичмент нынешнего прозападного президента.

Румыния стремительно несется к катастрофе?

Без социал-демократов создать новую коалицию в парламенте невозможно, как и без национал-либералов. А те уже объявили о переходе в оппозицию. Эсдеки объединились с ультраправыми, чтобы сбить Боложана, однако дальнейший союз с AUR им политически невыгоден — могут потерять левых избирателей. Поэтому ситуация находится в тупике. Отставной премьер и его министры будут формально руководить правительством 45 дней, если за это время договоренностей не будет, тогда — досрочные парламентские выборы. Главным их бенефициаром будут ультраправые. Согласно майским опросам, у партии Симиона рейтинг стабильно держится на уровне 33-34%, тогда как провокаторы кризиса эсдеки стремительно теряют поддержку, имея сейчас около 19%. У национал-либералов еще худшая картина. Выходит, социал-демократы из-за собственных амбиций выстрелили себе в ногу.

Президент Дан выразил уверенность, что следующее правительство продолжит прозападный курс страны, однако это может быть только при условии, что нынешняя коалиция сохранится, но с другим премьером. Она и впредь будет шаткой, но лучше так, чем выборы Такой вариант возможен, однако он не снимает с румынской власти ответственность за проведение реформ, от которых зависит финансовая помощь Брюсселя. Можно сколь угодно заниматься социальным популизмом, но бюджетный дефицит от этого не уменьшится.

Также вариантом выхода из кризиса может стать правительство меньшинства, которое будет работать без коалиции в поисках поддержки под каждое голосование. Однако это все равно временный выход, ведь ни эсдеки, ни ультраправые не будут голосовать за непопулярные решения, направленные на сокращение государственных расходов. Только по разным причинам: эсдеки будут играть в защитников бюджетников, а оппозиции во главе с AUR просто выгодны досрочные выборы.

На ситуацию в Румынии способны оказывать существенное влияние внешние игроки, традиционно это Франция и Италия, а также американские трамписты и Кремль, которые, как и на выборах в Венгрии, будут действовать сообща с целью раскола Евросоюза. Активно в политическом дискурсе Румынии фигурирует и Украина. Президенты Владимир Зеленский и Никушор Дан в марте в Бухаресте подписали три важных документа: об установлении стратегического партнерства, сотрудничестве в энергетическом секторе и совместном производстве оружия. Согласно рамочному соглашению, Румыния обеспечит средства для создания и функционирования предприятия по производству украинского вооружения, прежде всего дронов, в том числе с привлечением европейской программы SAFE. Без стабильного проевропейского правительства вряд ли этот пункт договоренностей румынской стороной будет выполняться.

Сюда следует также добавить значительную роль Румынии в логистике поставок украинского экспорта через Дунай и Черное море. Очень важную роль это соседнее государство играет благодаря инфраструктуре НАТО, расположенной на ее территории. В том числе это касается логистики военной помощи Украине. Так что досрочные выборы в Румынии нам абсолютно невыгодны. На самом деле, невыгодны они и системным румынским партиям, рискующим потерять многолетнюю гегемонию, позволяющую им посменно руководить правительствами. Поэтому большинство аналитиков сходятся во мнении, что единственным выходом из политического кризиса станет некий формат сотрудничества проевропейских партий. Другое дело, будет ли украинский вопрос оставаться в таком формате среди ключевых для Румынии.