Скандал вокруг Национального военного мемориального кладбища. Что будет после решения Верховного суда

Арлингтонское национальное кладбище в пригороде Вашингтона, его взяли в качестве прототипа украинского военного мемориала, находится на землях, когда-то принадлежавших командующему армией конфедератов Роберту Ли. После окончания гражданской войны опальный генерал в верховном суде отсудил эти земли, однако распоряжаться ими по своему усмотрению не мог, здесь уже были захоронения погибших. Поскольку в Штатах ценят частную собственность даже врагов, Ли в конце концов продал имение и земли федеральной власти за $150 тыс. Недешево по тем временам. Под украинский военный мемориал отвели не частную, а государственную землю, однако участок оказался природоохранным, что стало основанием для решения Верховного суда, вызвавшего громкий скандал.

Почему и как участок под мемориал нашли возле Мархаливки

О сооружении Пантеона Героев, где можно было бы перезахоронить прах борцов за независимость, а также людей, сыгравших выдающуюся роль в годы Второй мировой войны, речь шла еще при каденции президента Виктора Ющенко. 8 мая 2008 он уверял: украинская нация реализует этот проект. Ничего в итоге реализовано не было. Идея Пантеона возродилась уже при президентстве Петра Порошенко в варианте мемориала, где были бы похоронены и борцы за независимость прошлых времен, и погибшие в АТО. Но и при Порошенко дальше громких заявлений, которые разбивались о банальное отсутствие земельного участка и бюрократию, власть пойти не смогла. Так эта тема перешла по наследству Владимиру Зеленскому. В 2021 году правительство Дениса Шмыгаля распорядилось создать военное мемориальное кладбище, во исполнение этого решения разработали концепцию комплекса, однако снова погрязли в бюрократии. В мае 2022 года Верховная Рада приняла закон о создании "украинского Арлингтона", ответственность за него возложили на Министерство ветеранов. То создало государственное учреждение "Национальное военное мемориальное кладбище" (НВМК), а из бюджета начали выделять на него средства. Их, впрочем, не использовали, поскольку началась эпопея с поиском места.

Сначала думали построить мемориал в Киеве, причем в центре города. Первый вариант — в Бабьем Яру. Против выступили историки и еврейская община. Причина была очевидна — на этом месте сохраняется память о других трагедиях. Затем возник второй вариант — Лысая Гора. В урочище планировали под кладбище отдать 140 га. Однако на этот раз преградой стали экоактивисты. Лысая Гора входит в природоохранный фонд, поэтому ее застройка запрещена. В Киеве рассматривались еще варианты Певческого поля и территории Музея войны, но там оказались небольшие участки. В 2023 году сообщили: кладбище будет в Быковнянском лесу на выезде из столицы, и это окончательное решение. Но против выступили снова историки — на этом месте расположен мемориальный комплекс "Быковнянские могилы", где похоронены жертвы коммунистического режима. Идею построить здесь военное кладбище продвигали Минветеранов, Минкультуры и столичная мэрия. В мае 2023 года парламент даже проголосовал закон, упрощавший отвод земли в Быковне, однако он оказался проблемным. Упрощение заключалось в том, что на этом участке не будут проводить предварительные поисковые работы. Проще говоря, могилы должны были копать на месте, где могут быть похоронены другие. Закон президент так и не подписал. В конце концов, от варианта с Быковней отказались и решили поискать земельный участок не в пределах столицы. Хотя семьи погибших военных были тогда против загородного расположения.

Участок был найден в Гатненской громаде в пределах села Мархаливка. Это в 10 км от столицы. Рядом — Южное и немецкое кладбища. Чтобы и с этим местом не началась волокита, решения принимались довольно быстро: в августе 2023-го правительство сменило место строительства кладбища, в декабре того же года Верховная Рада приняла законопроект о сооружении мемориального комплекса, 23 февраля 2024 года Кабмин выделил 515 млн, 14 марта того же года Киевская областная военная администрация приняла распоряжение "Об изъятии и предоставлении в постоянное пользование земельного участка с изменением целевого назначения государственному учреждению "Национальное военное мемориальное кладбище". То есть процесс наконец-то ускорился и в конце августа 2025 года состоялся церемониал захоронения первых солдат. большинство — чьи тела так и не смогли идентифицировать.

Но в течение всего времени, когда было принято решение о сооружении кладбища, активно против выступала общественная организация "Мархаливка. Поддержка". Ее главный аргумент — Мархаливский лес находится в зоне Изумрудной сети, а Украина, которая присоединилась к Бернской конвенции об охране дикой фауны и флоры, должна беречь леса, а не уничтожать их. Часть леса действительно попадает под вырубку, но чиновники убеждали — вырубят всего 10 процентов. Второй аргумент — на этом месте болото, земля непригодна для захоронения героев. В доказательство экологи и общественные активисты приводили данные экспертизы. А вот государственная экспертиза в июне 2024 года показала, что нарушений санитарного и эпидемиологического благополучия населения не выявлено, как и негативного влияния на окружающую среду. Что подтвердило ГП "Укргосстройэкспертиза".

Активисты "Мархаливка. Поддержка" обратились в суды, обжалуя распоряжение Киевской ОВА об изменении целевого использования земельного участка, выделенного под кладбище. Несколько инстанций встали на их сторону, а в сентябре 2025-го Киевский окружной административный суд подтвердил законность строительства НВМК, однако активисты обжаловали этот вердикт в Верховном суде. Тот 29 января принял другое решение — признал незаконным изменение целевого назначения земельного участка под кладбище. Теоретически решение Верховного суда может быть пересмотрено без обращения в ЕСПЧ по вновь открывшимся или исключительным обстоятельствам, но процедура очень сложная.

Что будет после решения Верховного суда

Крайне негативно на решение суда отреагировали военные. Следует напомнить, что представители общественных организаций, поддерживающих строительство военного мемориала, в свое время были против отмены решения о его строительстве в Быковне. Когда же, наконец, процесс сооружения НВМК начался, и там уже есть захоронения, такое решение суда вызвало возмущение очень высокого градуса. Что делать в этой ситуации?

НВМК официально разъяснило: "Решение Верховного суда касается исключительно оценки пунктов 2–5 распоряжения Киевской областной военной администрации №275 и не содержит никаких предписаний по прекращению захоронений, закрытию или переносу Национального военного мемориального кладбища". Там также отметили, что в резолютивной части постановления Верховного суда отсутствуют формулировки типа "запретить захоронение", "остановить деятельность кладбища", "прекратить эксплуатацию" или "перенести кладбище". Таким образом, суд не рассматривал вопрос о дальнейших действиях с Национальным военным мемориальным кладбищем, в частности, о его переносе или закрытии. Итак, нарушение КОВА законодательства при принятии распоряжения просто примут во внимание, но это никак не повлияет на деятельность кладбища?

Антон Дробович, бывший глава Украинского института национальной памяти, хорошо знакомый с перипетиями вокруг избрания участка для кладбища, также разъяснил ситуацию. По его словам, кладбище введено в эксплуатацию, оно работает, там уже нашли покой погибшие воины и отмена решения о передаче земли под НВМК назад этого не вернет. Кроме того, он обратил внимание на важный нюанс: близко к территории кладбища годами массово сооружались коттеджи, вырубались деревья и общественные активисты против этого не выступали. Аргумент, что активисты и экологи оказывают услугу застройщикам, известен, однако, если решение Верховного суда все же пересмотрят и отменят, эти общественные деятели (а особенно если за ними стоят большие деньги) могут дойти и до Европейского суда по правам человека. Дело не в том, будут ли его выполнять или нет, а в том, что вокруг очень нужного мемориального объекта будут продолжаться скандалы. Их и без решения суда хватает. Чего стоит история со скандальным политтехнологом Владимиром Петровым, который имел бронирование во время трудоустройства в НВМК.

Мнение Дробовича сводится к тому, что дальнейшее пребывание НВМК на этом месте позволит обеспечить здесь благоустройство, тишину, уход за зелеными насаждениями. Можно добавить другое мнение, часто встречающееся в комментариях: жителям Мархаливки наличие у них такого объекта — только на пользу. Со временем, когда кладбище обустроят, сюда будут прибывать иностранные делегации, родные и близкие погибших, в селе можно будет построить инфраструктуру. Это действительно возможно, но власть должна объяснить людям это доходчиво. Тогда, возможно, общественные активисты не будут иметь там такой высокой популярности.

Все проблемы вокруг военного мемориала — именно из-за очень плохой коммуникации власти с обществом. Когда стало очевидно, что затяжка с сооружением кладбища очень раздражает родных погибших героев, решили действовать быстро. Понимали ли в КОВА, что их распоряжение может быть обжаловано в суде? Наверное, нет. Казалось — кто посмеет подвергнуть сомнению благородное дело строительства места вечного упокоения героев. Когда начались суды, очень мало делалось для разъяснения ситуации. В частности, сколько деревьев вырубят, а сколько зеленых насаждений будет взамен. Кроме того, кажется, с момента открытия кладбища туда иностранные делегации не приезжали. Если бы "украинский Арлингтон" с начала своей работы выполнял просветительскую и пропагандистскую миссию, возможно, судьи Верховного суда перед тем, как принять сомнительное с точки зрения морали, но, наверное, юридически обоснованное решение, проявили бы больше взвешенности и понимания. Нужно было делать все, чтобы с первых дней это место приобрело сакральность, в которой нуждается такой объект. А не скандальность…

Теперь либо судьи Верховного суда под давлением общественности сами найдут возможность пересмотреть свой же вердикт, либо кладбище продолжит работать де-факто, несмотря на решение суда. Начавшаяся традиция укоренится и будет как с американским Арлингтоном: никто не посмеет беспокоить прах похороненных там военных.