Тегеран "за три дня". Есть ли у Трампа долгосрочная стратегия войны с Ираном

Первые выводы

Кратко о диспозиции после первых суток военной операции США и Израиля против Ирана. Первое: гибель многолетнего духовного шиитского лидера страны Али Хаменеи официально подтвердили. Вместе с ним погибли несколько членов семьи, но не его старший сын Моджтаба Хаменеи, который рассматривается как ключевой кандидат на замену убитого отца. Второе: назначили временного верховного лидера Ирана аятоллу Алирезу Арафи, он вместе с президентом Масудом Пезешкианом и главным судьей Голем-Хоссейном Мохсени-Ежеи вошел в состав временного совета руководства страной. Не факт, что Арафи останется в должности, но это не главное. Главное, что иранская власть после первых массированных ударов не посыпалась. Призыв Трампа к военным и в частности к "Корпусу стражей исламской революции" свергнуть власть — не сработал.

Третье: мировые СМИ облетели кадры празднования иранцами гибели Хаменеи, но это эмоциональное проявление, за которым не последовали масштабные акции протеста. По крайней мере, пока полиция и "народная милиция" контролируют улицу. Есть и альтернативные митинги сторонников власти, требующих от нее отомстить за "мученическую" смерть Хаменеи.

Четвертое: КСИР перекрыл Ормузский пролив и уже атаковал танкер Skylight под флагом Палау. После этого другие танкеры не рискнут заходить в воды пролива, разделяющего Иран и Оман. Теоретически пройти пролив можно в территориальных водах Омана, но иранское оружие может достать танкеры и там. Через Ормузский пролив проходит до 40% мирового нефтяного экспорта и 20% сжиженного газа. Эксперты нефтяного рынка говорят, что цена на нефть может подскочить до более чем $90 за баррель, а если перекрытие пролива будет продолжаться неделю — то до $140.

Больше всего от остановки танкеров пострадали партнеры США в Тихоокеанском регионе Южная Корея и Япония. В меньшей степени Индия, диверсифицировавшая импорт нефти. Также в убытке Китай, однако он имеет возможность нарастить поставки из России. Скачок цен на горючее и газ ожидают и в Европе. Танкерный флот сдвинется с места только после того, как американский флот и авиация будут контролировать пролив, а ПВО обеспечит над ним "зонтик" от иранской баллистики. Трудно спрогнозировать, сколько времени может на это понадобиться. Прямым выгодоприобретателем ситуации является Россия, чей президент Путин назвал гибель Хаменеи "циничным нарушением человеческой морали". Но на самом деле затягивание конфликта с Ираном ему только на руку.

Несколько странной кажется информация, что среди лоббистов военной операции против Ирана был наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бин Салман. Около 40% нефти, проходившей через Ормузд, саудовского происхождения. У этой страны есть альтернативные трубопроводы, но они не смогут компенсировать перевозку нефти танкерами. Эр-Рияд, как и все нефтедобывающие страны Персидского залива, — лишь в проигрыше от нынешней эскалации. Не только из-за обстрелов со стороны Ирана, а в долгосрочной перспективе, если блокирование пролива будет продолжаться.

Пятое: Трамп начал атаку на Иран совместно с Израилем, не заручившись широкой поддержкой союзников по НАТО, не говоря уже о каком-либо международном мандате. Интересна в этом контексте реакция министра обороны Великобритании Джона Гили на запуск иранских ракет в сторону Кипра, где находится британская военная база, и дроновая атака по объекту дислокации британцев в Бахрейне. "Мы почти уверены, что они не были нацелены на наши базы, — заявил Гили. – Но это показывает, насколько неразборчиво иранское возмездие". Очевидно, что даже традиционные союзники Вашингтона в Лондоне не хотят ввязываться в авантюру американцев в Иране.

Есть ли у Трампа стратегия победы над "мучениками"

Кроме России, другим выгодоприобретателем пока выглядит Израиль, получивший моральную сатисфакцию — уничтожив своего лютого врага Хаменеи. Но в чем выгода Соединенных Штатов и есть ли у них стратегический план на случай, если иранский режим не падет? Трамп пообещал "сравнять с землей" ракетную промышленность Ирана, уничтожить его флот и предотвратить получение ядерного оружия. Он также предостерег Тегеран от новых ответных атак: "Если они это сделают, мы ударим по ним с силой, никогда раньше не виданной!"

Но на самом деле для своего триумфа в этой войне глава Белого дома должен, во-первых, завершить ее быстро, во-вторых, в Тегеране должен смениться правящий режим, в-третьих, американцы, по образцу Венесуэлы, должны установить контроль над иранской нефтью в обмен на снятие многолетних санкций. Остается надеяться, что перед тем, как начинать военную кампанию, ЦРУ, Пентагон и военная разведка просчитали риски и положили соответствующие документы на стол Трампа. Потому что, как показывают первые двое суток, ставка на предателей и протесты не сработала. Удачная спецоперация, в результате которой убили Хаменеи, подтверждает, что предателей среди иранского руководства на разных звеньях хватает, но их нет в высшем звене.

Наследный шахзаде Реза Пехлеви, которого американцы хотели бы видеть во главе Ирана, не пользуется широкой поддержкой среди населения, и вряд ли согласится, чтобы его десантировали в Тегеран для организации массовых беспорядков. Он не революционер, практически всю жизнь прожил на Западе. А у иранской оппозиции внутри страны нет лидеров, способных свергнуть режим. В том числе из-за запоздалой реакции американцев — атаки на высшее руководство этого государства были очень нужны в январе. К сожалению, власти удалось очень жестоким способом подавить те протесты, а вот вспыхнут ли новые — большой вопрос. Видим, как иранская пропаганда для поднятия боевого духа народа использует историю с гибелью нескольких десятков людей в школе для девочек, обвиняя в этом врага.

Можно и неделю, и месяц атаковать ракетами и дронами военные объекты Ирана, однако режим в Тегеране от этого не сменится. А вести переговоры с теми же людьми, против которых объявили войну, будет политическим поражением Трампа. Кстати, иранская власть устами главы МИД Аббаса Арагчи сообщила о готовности к деэскалации и переговорам. Это давняя тактика Тегерана — соглашаться на переговоры, чтобы остановить удары по своей территории. Так они поступали во время 12-дневной войны с Израилем и атак американцев по ядерным объектам. Трамп уже согласился на переговоры.

Очевидно, причина этого в том, что без переговоров американцам пришлось бы расширять военную операцию за счет наземной. А это для США всегда было большой проблемой. Часто сложившуюся ситуацию сравнивают с войной в Ираке, которая началась 20 марта 2003 года. Однако у тех и сегодняшних событий есть существенное отличие: 23 года назад были сформированы международные коалиционные силы, принимавшие участие в наземной операции, а также в дальнейших стабилизационных мероприятиях. В их состав входила и Украина. По состоянию на сейчас коалиции нет, желающих к ней присоединиться тоже. ЦАХАЛ — высокотехнологичная армия, однако не имеет значительного человеческого ресурса для сухопутных операций. Арабские союзники также не станут заметным подспорьем. Можно вспомнить, что Саудовская Аравия, которую донимают хуситы — иранские прокси в Йемене — всегда искала возможности для переговоров с ними, а не прибегала к военной интервенции.

Сухопутные операции всегда приводят к жертвам среди военных. Трамп, как видим, не готов к тому, что из Ирана некоторая часть американских солдат поедет домой в гробах. Ведь следствием станет потеря доверия избирателей, а осенью промежуточные выборы в Конгресс, цена которых — высокие шансы на поражение республиканцев и конец всевластия президента. "Я могу сыграть вдолгую и захватить все, а могу закруглиться через два-три дня", — хвастается Трамп. Впрочем, в США, не говоря уже об остальном мире, его заявления воспринимают очень скептически. Демократы критикуют главу Белого дома, затягивание войны, как и компромиссные переговоры с неизменным иранским режимом, только повысят градус критики.

Аналитики отмечают, что в случае длительного конфликта или срыва будущих переговоров свои посреднические услуги с Тегераном американцам могут предложить Россия и Китай. Для Трампа это позорный вариант выхода из войны, однако его не следует исключать. В целом же критики военной операции США против Ирана сходятся во мнении, что у Трампа была короткая стратегия — сильно ударим и режим падет, — а вот с длинной стратегией есть проблемы. Среди них — недостаточное понимание иранского общества, почти полвека живущего в идеологии исламского шиитского фундаментализма, где Запад — враг, а смерть в войне против него — мученичество. Пожалуй, это одна из главных причин, почему КСИР и другие военные остаются глухими к призыву Трампа свергнуть власть в своей стране. Цивилизованный мир заинтересован в переменах в Иране, однако нынешняя ситуация не в пользу мнения, что они там произойдут в короткой перспективе.