• USD 27.7
  • EUR 33.3
  • GBP 38.6
Спецпроекты

Время необъявленного форс-мажора

Почти половина информационного потока, сгенерированного в марте украинскими СМИ, — это реакция на то, что сделала с Украиной Россия
Реклама на dsnews.ua

В нашей стране уже бывали времена внутренних кризисов, когда политические проблемы становились топ-темами СМИ, оттесняя социально-экономические вопросы. Но нынешней весной впервые внутреннюю политику вместе с экономикой вытеснили темы внешней агрессии и защиты своей страны.

Чужие и свои

Первую строку в мартовском списке проблем, наиболее часто упоминаемых в украинских СМИ, заняли отношения с Россией - едва ли не впервые за все годы независимости Украины. Конечно, кризисы в двусторонних отношениях случались и раньше, но лишь сейчас Россия задела за живое всех украинцев. Индекс упоминаемости отношений с Россией в январе равнялся 10 (то есть в каждой сотне сообщений об Украине десять говорили об отношениях с северо-восточным соседом), в феврале вырос до 15,4, а в марте достиг немыслимого прежде значения 43,1. Почти половина информационного потока, сгенерированного в марте украинскими СМИ, - это реакция на то, что сделала с Украиной Россия.

Если же взять полусотню наиболее упоминаемых тем и проблем марта, то более половины из них напрямую связаны с российской агрессией и попытками защититься от нее. В частности, безуспешные попытки Украины удержать Крым и Севастополь от захвата Россией заняли соответственно вторую и 19-ю строки мартовского рейтинга (индексы 36,8 и 6). Большой резонанс имели также инспирированные Кремлем по крымскому образцу пророссийские выступления в южных и восточных областях и противодействие им со стороны местных проукраинских сил. Противостояние на Одесчине заняло 13-е место в списке проблем (индекс 8,2), на Донетчине - 17-е (6,5), на Харьковщине - 20-е (5,8), на соседней с Крымом Херсонщине - 47-е (2,8), на Луганщине - 50-е (2,6). В апреле эти темы продолжают звучат громко, а некоторые из них, в особенности луганская, стараниями Кремля и местной пятой колонны значительно усилились по сравнению с мартом.

Показательно, с чем ассоциируется политика России на украинском направлении. Прежде всего то, что Кремль именует референдумами (одного крымского спектакля ему мало), - у них в марте пятое место (индекс 13). Далее идут агрессия - 18-е место (6,3), вторжение - 22-е (5) и оккупация - 24-е (4,9). Дополняют их сепаратизм - 30-е место (4,3) и будто бы защита русского языка и русскоязычного населения - 34-е (3,8) от вроде бы фашистов и неофашистов - 43-е (2,9).

В то же время в украинских СМИ несколько ослабла тема отношений с ЕС, хотя именно с требования евроинтеграции начинался Евромайдан. Индекс упоминаемости отношений с ЕС в январе и феврале держался на уровне 5,7, а в марте уменьшился до 4,6 (27-е место). Зато на четвертое место вышла тема отношений с США. Ее индекс вырос с 6,5 в январе и 7,4 в феврале до 13,1 в марте. То, что в каждом восьмом сообщении об Украине упоминается поддержка, оказываемая Киеву Вашингтоном, - это тоже явление, доселе невиданное и вряд ли возможное. Насколько Россия стала чужой (враждебной), настолько Америка стала своей (дружеской). В десятку самых упоминаемых в марте попала тема западных санкций к российским чиновникам и украинским сообщникам Путина (индекс 9,6), на 26-й строке - поддержка Украины в ООН (4,7), на 33-й - отношения с НАТО (индекс 4), притом что надежд на реальную помощь со стороны альянса в марте не было, да и сейчас почти нет.

Реклама на dsnews.ua

Ни мир, ни война

Ни Москва, ни Киев не характеризуют официально нынешнее состояние двусторонних отношений как войну. Но украинские СМИ зачастую не связывают себя такими условностями и называют вещи своими именами. Тема войны в марте вошла в шестерку самых упоминаемых с индексом 11,9.

Другое дело, что Украина оказалась не готовой к военным действиям. Этот факт заставил политиков, а с ними и массмедиа, много говорить об обороне и обороноспособности - седьмое место (индекс 11,6), а также об оружии и вооружениях - восьмое (11). Вооруженные силы в целом - на 12-м месте (8,4), армия - на 15-м (7,6), флот - на 25-м (4,9). В полусотню самых упоминаемых попало и ядерное оружие - 49-е место (2,7), прежде всего благодаря Будапештскому меморандуму, который вроде бы пообещал Украине какие-то гарантии за отказ от бывшего советского ядерного арсенала. Но заметный вклад внесла и дискуссия о возможности создания собственной ядерной бомбы, причем эта тема обсуждается как ничуть не менее фантастическая, чем военная помощь НАТО для освобождения Крыма. Это свидетельствует о том, что в обществе есть запрос на поиск радикальных ответов на российскую агрессию. А когда имеется общественный запрос, обычно находятся и политики, готовые его удовлетворить.

Внутренняя ситуация тоже далека от мирной. Тема конфликтов в столице (как в стенах парламента и в коридорах власти, так и вне их) по итогам марта заняла третье место с индексом 17,6. И это при том, что Евромайдан опустился с третьего места в январе (индекс 19,5) и четвертого в феврале (11,6) на 35-е (3,7). Девятое место в марте заняла милиция (9,9), 14-е - митинги (7,9), 28-е - штурмы зданий (4,5).
На этом фоне неожиданно и, по-видимому, неадекватно низко оказались социально-экономические вопросы, которые в обычное (мирное) время традиционно входят в число самых упоминаемых проблем. Например, цены по итогам марта - лишь на 11-м месте (индекс 8,5), природный газ (хоть он и является одним из важнейших инструментов антиукраинской кампании Кремля) - только на 21-м (5,6), налоги вместе с налоговой - на 23-м (5), коррупция - на 29-м (4,4), здоровье и здравоохранение - на 32-м (4,1), зарплаты - на 37-м (3,5).

Падение гривни вывело тему курса валют на 20-е место в феврале (индекс 5,4), но в марте эта тема опустилась на 40-ю строку (3,03). Экономический и финансовый кризис разместился строкой ниже (2,94), проблемы, связанные с нефтью и нефтепродуктами, - на 44-м месте (2,87). Конечно, это частично объясняется Россией и войной, которые выдавили на задний план многие общественно важные темы.
Но это еще не все объяснение. Не меньшую роль, чем Россия и война, сыграла банальная боязнь политиков называть четкие цифры и сроки, какой и когда ожидается курс гривни к доллару (или евро), насколько к лету вырастут цены (в том числе на бензин) и упадут реальные зарплаты. То есть в экономике тоже ни мир, ни война (ситуация далека от нормальной, но и форс-мажор официально не объявлен). И хотя эту проблему удалось удержать на периферии общественного внимания в марте, от этого она не перестала быть важной. Уже в апреле она заставит о себе говорить во весь голос. Поэтому правительству вместе с Нацбанком стоит поторопиться с ответами.

    Реклама на dsnews.ua