Рок для народа. Почему Nazareth любили меломаны, но недооценивали критики

Хотя на родине рок-н-ролла, в Штатах, в начале шестидесятых эта музыка считалась уже практически вчерашним днем, британские подростки все еще бредили хитами, которые записывали не так давно Элвис Пресли, Литтл Ричард и Чак Берри. Одним их таких тинейджеров был юноша из шотландского города Данфермлин по имени Пит Эгнью — ему было 15 лет, он увлекся игрой на бас-гитаре и собрал коллектив под названием "The Shadettes". Как и большинство аматорских групп в то время, ребята исполняли каверы заокеанских песен и делали это успешно ровно настолько, чтобы не разбежаться через неделю репетиций. Через несколько лет к группе присоединился барабанщик Дэррел Свит, а чуть позже — тот самый 19-тилетний Дэн Маккаферти, который уже тогда обладал характерным пронзительным и в то же время хриповатым голосом.  

С приходом этих двух парней дела у "The Shadettes" пошли еще лучше, ребята регулярно выступали в клубах Данфермлина, и чаще всего — в зале местной гостинницы. Это была хорошая школа, поскольку менеджеры заведений настаивали на том, чтобы группа регулярно, каждую неделю, разучивала новые хиты, которые появлялись в лучшей тридцатке британского хит-парада середины шестидесятых — и исполняла именно их. Парни были не против — в конце концов, им неплохо платили, да и песни были, как правило, отличные и играла их группа не без удовольствия. Кстати, любовь к каверам гораздо позже сослужила музыкантам хорошую службу — уже в середине семидесятых их самым популярным хитом оказалась версия песни "Love Hurts", которую когда-то исполняли пионеры рок-н-ролла, "The Everly Brothers" и Рой Орбисон.

Ну а пока к группе присоедился изобретательный и амбициозный гитарист Мэнни Чарлтон — звучание коллектива преобразилось, саунд стал по-настоящему взрослым. В самом конце 1968-года группа взяла себе новое название — "Назарет", вдохновившись первой строкой классической песни канадской группы The Band "The Weight", а вовсе не чтением Библии. Если "Назарет" хотели славы и популярности национального масштаба (уже не говоря о всемирной известности) — пора было собирать веши и переезжать в Лондон, как это делали все провинциальные коллективы, начиная с "Битлз".

Жесткая конкуренция

В конце шестидесятых и начале семидесятых Лондон все еще был музыкальным центром мира — конуренция среди множества новичков, стремившихся добиться славы планетарного масштаба, была слишком велика. К тому же, особенная магия времени и места все еще работала — среди групп, делающих первые шаги на столичной сцене и вправду было предостаточно настоящих талантов, если не музыкальных гениев. 

Например, свою дебютную пластинку, одноименный альбом "Nazareth", группа записывала в лондонской студии "Trident" — совсем скоро в том же помещении над своим дебютом будут работать еще никому не известные "Queen", а Дэвид Боуи закончит альбом "The Rise and Fall of Ziggy Stardust", который сделает из него икону глэм-рока и суперзвезду.

В первой половине десятилетия "Назарет" повезло меньше, чем упомянутым "Куин" и Боуи — их первые два альбома не стали явлением и, по большому счету, не были замечены аудиторией. Не смотря на то, что второй из этих релизов, альбом "Exercises", продюсировал тот самый Рой Томас Бейкер, под руководством которого через несколько лет "Куин" запишут свой шедевр "A Night at The Opera", творение "Назарет" все еще не пользовалось спросом у британских рок-фанов (чуть лучше дела обстояли в странах континентальной Европы) — хотя концерты группа собирали все больше народу.

Дело в том, что шотландцам все еще не удавалось найти свой стиль и язык в студии. Во времена, когда музыка становилась все более "форматированной", песни и аранжировки "Nazareth" звучали слишком "тяжело", чтобы быть поп-роком, слишком легковесно, чтобы считать музыкантов последователями "Led Zeppelin", "Black Sabbath" или "Deep Purple" — и при всей ощутимой "народности", группа не исполняла искусный фолк-рок уровня "Fairport Convention" или "Steeleye Span".

И при этом "Назарет" успешно гастролировали с упомянутыми "Deep Purple", которые находились на пике своей популярности в Британии и Штатах после выхода альбомов "Machine Head" и "Made in Japan". Естественно, молодые шотландцы выступали на разогреве у "Дип Перпл", но не спешили в гостиничные номера, отыграв свою часть программы — они тесно обшались с хедлайнерами турне, особенно крепко подружившись с басистом "Перпл" Роджером Гловером. При всем внешнем благополучии группы, дела внутри "Deep Purple" на самом деле шли далеко не самым лучшим образом — гитарист Ричи Блэкмор и вокалист Иэн Гиллан уже практически не общались другом, а Гловер, как близкий друг Гиллана, тоже начал ощущать себя изгоем в коллективе, к которому вместе с Иэном присоединился в 1969-м.

Как раз в то время Роджер Гловер всерьез задумался о собственном будущем — и решил попробовать себя в новой сфере, а именно заняться продюсированием других музыкантов. Гловер стал саундпродюсером третьего альбома "Nazareth" — судьбоносной для группы пластинки под названием "Raxamanaz", повившейся на прилавках музыкальных магазинов весной 1973-го года. По совету Гловера, группа сфокусировалась на жестком хард-роковом звучании, не забыв добавить нотки все еще дико популярного глэма. Музыка была простой, легкодоступной, но не примитивной. Гитарные риффы Мэнни Чарлтона били наотмашь, ритм-секция Дэррела Свита и Пита Эгнью звучала мощно, соответсвуя хард-роковым стандартам семидесятых, ну а фирменный специфический вокал Дэна Маккаферти, который к тому же обладал пышной кучерявой шевелюрой и выходил на сцену с шотландской волынкой, и вовсе стал "козырем" группы.

Пластинку "Razamanaz" хорошо покупали, в хит-параде Соединенного Королевства она заняла рекордное для группы одинадцатое место, а следующими релизами "Loud N’Proud" и "Rampant" группа закрепила успех. Однако лишь в 1975-м "Назарет" записали альбом, который до сих пор, полвека спустя, среди поклонников группы считается их истинным шедевром — речь идет о пластинке "Hair of the Dog". Еще никогда группа не звучала так уверенно и с таким невозмутимым хард-роковым напором — чтобы смягчить краски, в американское издание платинки был добавлен упомянутый кавер "Love Hurts". "Назарет" превратили этот трогательный старый номер в мощную и задушевную пауэр-балладу — сингл попал в первую десятку хит-парада США, что было для группы невероятным успехом.

Нелюбовь критиков 

Тем временем, высоколобые критики продолжали считать музыку группы чем-то вроде "пролетарского рока" — "Назарет" упрекали во вторичности и остутствии оригинальности. В тот же период группа стала неслыханно популярна за "железным занавесом" — и очень скоро эта популярность стала более масштабной, чем на Западе. 

Так, в глазах многих украинских меломанов, которым с огромным трудом и за большие деньги удавалось достать на "черном рынке" винил "Nazareth", пластинка "Hair of the Dog" обладала таким же культовым статусом, как, скажем эпохальный релиз "Led Zeppelin" того же года, альбом "Physical Graffiti", или релиз "Black Sabbath" 1975-го под названием "Sabotage". В Британии и Штатах "Назарет" никогда, даже на вершине их популярности, не воспринимали как нечто равноценное "Лед Зеппелин" и "Блэк Саббат" — и уж тем более Дэн Маккаферти не являлся настолько культовым фронтменом, каковыми были Роберт Плант и Оззи Осборн.

Совсем наоборот, на наших просторах "Hair of the Dog" (кстати, изначально "Назарет" планировали назвать альбом "Son of a Bitch") пользовался таким же уважением, как альбомы тех, кто считался "рок-элитой" на Западе. Более того, пластинка "Nazareth" пользовалась гораздо большей популярностью (винил множество раз переписывали на бобинные магнитофоны, а пленку, как правило производства шосткинской "Свемы", буквально заигрывали до дыр) чем альбомы, которые становились сенсацией на Западе в 1975-м году. Будь то "Young Americans" Дэвида Боуи и уж тем более "Blood on the Tracks" Боба Дилана, "Horses" Патти Смит или "Born to Run" Брюса Спрингстина — им было очень далеко до популярности "Назарет" по эту сторону "железного занавеса".

К слову, "Назарет" были далеко не единственными фаворитами отечественных меломанов, которые пользовались не настолько искренней народной любовью и обожанием на Западе. Еще одним примером была английская группа "Uriah Heep", особенно их пластинки семидесятых, когда вокалистами группы были сначала Дэвид Байрон, а затем Джон Лоутон (материал сочинял в основном клавишник Кен Хенсли). 

Такие альбомы "Хип" как "Look at Yourself", "Demons and Wizzards" или "The Magician’s Birthday" тоже считались у наших "подпольных" рок-фанов непререкаемой классикой — в то время как на Западе к ним оносились с гораздо меньшим пиететом. Как и для "Назарет", для "Uriah Heep" характерными были отсутствие ощутимых блюзовых корней ( чего не скажешь о "Лед Зеппелин") — что только приветствовалось, поскольку корневой блюз казался слишком непривычным и чуждым для славянского уха. С другой стороны, вполне европейская мелодика "Назарет" и "Хип" звучала душевно и распевно — и идеально совпадала со вкусами наших меломанов, сочетаясь с хард-роковой мощью.

Состав "Назарет" ( в отличие от "Uriah Heep") многие годы оставался более-менее стабильным. К чести музыкантов, они немного поэкспериментировали с жанрами и звуком на альбоме 1976-го года "Close Enough for Rock’n’Roll", в первой половине восьмидесятых заметно модернизировали саунд (пластинка "2ХS" могла похвастасться еще одной популярной балладой под названием "Dream On") — но затем с каждым годом становилось все яснее, что свои лучшие песни группа записала в семидесятых. "Назарет" были одними из первых западных рок-звезд, выступивших в Украине — в начале 1991-го года, затем группа еще неоднократно посещала нашу страну с концертами.  

Дэн Маккаферти, у которого начались серьезные проблемы со здоровьем, прекратил гастролировать с группой в 2013-м — но еще принимал участие в записи альбома "Rock’n’Roll Telephone", который вышел год спустя. Маккаферти умер в ноябре 2022-го года — но "Назарет" продолжают выступать с новым вокалистом Джанни Понтилло. Из оригинального состава остался только тот самый Пит Эгнью (80 лет), который когда-то, на заре шестидесятых и собрал подростковый коллектив, превратившийся в "Nazareth".