Только для китайцев. Спасут ли "национальные" вакцины от смертельных эпидемий

Ставка разработчиков на эффективность вакцин в ущерб широте спектра действия может быть удачным коммерческим ходом, но грозит нежелательными последствиями
Фото: УНИАН

Китайская эпидемия коронавируса вызвала всплеск интереса к теме вакцинации в целом. Мир замер в ожидании вакцины от нового вируса. Даже антипрививочники как-то стихли.

Регионализация прививок - почему это может быть опасным

В потоке публикаций на тему вакцин в британской  The Daily Mail появилась статья, хотя и не имеющая прямого отношения к китайской эпидемии, но, тем не менее, принципиально важная. Автор, ссылаясь на мнение ряда ученых, пишет о возможности существенно снизить опасность бактериальных инфекций (напомню, что в Китае инфекция вирусная) путем разработки "персонализированных вакцин". На фоне господствовавшего многие десятилетия стремления к созданию вакцин универсальных, со спектром действия, охватывающим сразу несколько заболеваний, и применимых по всему миру это выглядит как разворот против течения, притом весьма многообещающий.

В качестве аргументов в пользу регионализации специалисты, процитированные автором, ссылаются на то, что бактерии, возбуждающие конкретную болезнь, в массе не вполне однородны. Их сообщество включает множество подвидов (штаммов), иной раз и сотни, причем их процентная численность варьирует по регионам. Хорошая вакцина подготавливает организм к противодействию наибольшему числу штаммов, невзирая на их различия. Охватить всю вариабельность, как правило, не удается, но здесь вступает в действие вопрос о вирулентности данной инфекции, в частности, о том, какое число бактерий, против которых у вас нет иммунитета, должно попасть к вам в организм, чтобы вы заболели. Если вакцина хороша, то их число, за вычетом тех, на кого действуют антитела, вырабатываемые после прививания, оказывается недостаточным для заболевания. С этим небольшим числом бактерий, не подпавшим под действие вакцины, справляется природный иммунитет - в нашем организме имеется несколько барьеров защиты. Бывают, правда, и такие инфекции, когда достаточно одной бактерии. Тут, если уж вам попался неудачный для вас штамм, остается надеяться только на лекарства, если таковые есть.

В действительности все обстоит несколько сложнее, и это изложение запредельно упрощено. Но некоторое представление о ситуации оно дает.

Итак, вакцина, как правило, не создаст абсолютного барьера, какие-то штаммы окажутся для нее неуязвимы. Бактерий, против которых был создан барьер, в следующем поколении будет меньше, то есть мы столкнемся с искусственным отбором, который начнет работать благодаря вакцинации. Выжившие после массовой вакцинации штаммы, размножаясь в более благоприятных условиях, займут нишу, имеющую конечный размер, оставив в ней меньше места попавшим под действие вакцины подвидам. Они могут быть менее вирулентны, и тогда это успех. Но могут быть просто относительно малочисленны изначально, и тогда через некоторое время мы обнаружим, что старая, проверенная вакцина уже не работает, а болезнь вернулась. Отвлекаясь чуть в сторону, замечу, что с лекарствами все обстоит примерно так же. По сути, вакцинация и есть способ заставить организм производить лекарство самостоятельно, на клеточном уровне. О том, как работают вакцины и какого рода лекарства вырабатывает организм с их помощью, мы сейчас говорить не будем, это сложная и отдельная тема. Замечу лишь, что возможны и варианты лечения, когда готовое лекарство, выработанное другим организмом, имеющим иммунитет, вводится в плазме крови.

В качестве примера, демонстрирующего преимущества регионализации, в статье рассматривается бактерия Streptococcus pneumoniae, от которой в мире ежегодно гибнет порядка 30 тыс. человек, что, к слову, в масштабах человечества совсем немного. Обычно она мирно живет в носовой полости, но иногда мигрирует в другие части тела, вызывая пневмонию, сепсис и менингит, причем младенцы и пожилые люди подвергаются наибольшему риску. Ее существует около 100 штаммов, а наиболее комплексная вакцина действует на 13 из них. Но в разных регионах набор и численность штаммов разный. Что вызывает соблазн разработать (или модифицировать из начального образца) региональные варианты вакцин, во-первых, наиболее эффективных "здесь и сейчас", а во-вторых, поставив задачу изменить все бактериальное сообщество данного вида в масштабе всего мира.

Идея, на первый взгляд, соблазнительная.  На второй взгляд - еще более соблазнительная, и в первую очередь в коммерческом плане. Она открывает огромный новый сектор для фармакологических компаний. Если же вспомнить о том, что разные штаммы по-разному взаимодействуют с организмом разных людей, в зависимости от возраста, расы, климата, режима питания и сопутствующих заболеваний, то рынок узкоспециализированных вакцин потенциально разрастается до фантастических размеров и ограничен только платежеспособным спросом. А для стимуляции спроса можно запустить страшилку о том, что разработка узкоспециализированных вакцин способна помочь в борьбе с угрозой устойчивости к антибиотикам, которая, по мнению ВОЗ, является одной из самых серьезных угроз, стоящих перед человечеством. Эта тема тоже затронута в статье, хотя и очень аккуратно - мол, персонализированный подход к вакцинам станет эффективным способом предотвращения инфекций и, следовательно, снизит необходимость применения антибиотиков. А устойчивость к антибиотикам, при которой обычные инфекции больше не реагируют на эти, когда-то эффективные лекарственные препараты, вызывается чрезмерным назначением их врачами общей практики. И хотя такая цепочка рассуждений довольно зыбкая и опосредованная, раскачать, отталкиваясь от нее, всеобщий психоз, подобный тому, как это удалось сделать с утверждением о существенном влиянии на климат Земли антропогенных парниковых газов, вполне реально.

Словом, с коммерческой точки зрения идея выглядит интересно. Особенно если провозгласить сверхзадачу: прицельно уничтожить наиболее вирулентные штаммы опасных инфекций по всему миру.

Почему это не сработает

Во-первых, разработка вакцины даже с учетом существенного удешевления и ускорения этого процесса в связи с совершенствованием методов биоинженерии - процесс дорогой и длительный. Инфекции же изменяются и без преднамеренного вмешательства человека, по очень многим причинам, в том числе и антропогенного характера. Этих причин настолько много и они столь разнообразны, что бороться с ними едва ли возможно. Все в конечном итоге упрется в запредельно большое для земной биосферы население Земли, о чем я уже не раз писал.  

Иными словами, разработка узкоспециализированной вакцины всегда рискует просто опоздать. Зато широкий спектр действия обуславливает относительно длительную применимость таких разработок.

Как следствие, такие узкоспециализированные вакцины, разработанные специально, по спецзаказу и имеющие заведомо более короткий срок применения, будут не по карману небогатым странам.  Повторится ситуация с "зеленой энергетикой": с одной стороны, на волне поднятого фармацевтическим лобби массового психоза разработку таких вакцин будут дотировать, это до некоторой степени будет работать на общее развитие биотехнологий в высокоразвитых странах, с другой - менее развитые страны не смогут ни разработать эти "высокоточные" вакцины за свой счет, ни заказать их на стороне и будут заказывать вакцины старого образца, с широким спектром действия. В отдельных случаях на волне особо опасных эпидемических угроз - реальных или выдуманных, высокоточные специализированные вакцины могут быть разработаны специально для них за счет развитых стран - опять же под давлением фармакологического лобби, но едва ли таких случаев будет много.

Но и с ранее разработанными вакцинами широкого спектра действия все будет непросто, поскольку они неизбежно будут устаревать. А разработку новых универсальных вакцин, пригодных в изменившихся условиях, слаборазвитые страны тоже едва ли оплатят. До сих пор они пользовались разработками для развитых стран, но при переходе на высокоточные вакцины такие разработки окажутся для них неподходящими.

Иными словами, слаборазвитые страны рискуют остаться вообще без вакцин. О том же, к какому типу стран относится Украина, я предоставлю поразмышлять на досуге самим читателям.

А что там с вирусами?

Помимо бактериальных, есть еще и вирусные инфекции, которые в силу специфики вирусов как формы жизни еще более изменчивы, причем изменчивы неожиданно. Откуда берутся новые вирусы? Это химеры, возникшие при заражении клетки, необходимой вирусам для размножения, двумя видами вирусов сразу. Или как вариант более чем двумя - чем больше число, тем больших сюрпризов можно ждать, впрочем, вероятность таких случаев существенно меньше. К примеру, современный китайский коронавирус - химера вируса, поражающего летучих мышей, и еще одного, происхождение которого пока не вполне понятно. Невыясненное происхождение с приличной долей вероятности означает, что этот вирус в чистом виде, возможно, вообще не вызывал заболеваний и был естественным спутником человека.

Прогноз на появление вакцины от уханьского вируса - примерно через год. С лекарством вообще ничего пока не понятно, ясно только, что оно появится нескоро. Для сравнения: во время вспышки атипичной пневмонии в 2002-2003 гг., вирус которой по строению близок к уханьскому, потребовалось около 20 месяцев, прежде чем удалось начать тестирование вакцины на людях. К тому времени распространение болезни уже удалось сдержать с помощью карантина. Но в этот раз нас ждет еще один сюрприз: при относительно умеренной летальности в 1-2% люди, переболевшие коронавирусом 2019 г., не получают устойчивого иммунитета и легко заражаются вторично. Что, как нетрудно понять, усложняет и карантинные мероприятия, и разработку вакцины. И еще: вирус продолжает изменяться. Его способность к передаче от человека к человеку возрастает.

А теперь самая неприятная новость: и лекарство, и вакцина, даже появившись, по понятным причинам будут заточены под китайцев. Именно на них сейчас тестируют всевозможные методы лечения. А жители Китая ханьской национальности, коих среди заболевших большинство, генетически довольно однообразны, с очень небольшой вариабельностью. Но при этом они существенно отличаются от жителей соседних стран. Это означает, что и лекарство, и вакцина, пригодные для большинства китайцев, могут быть бесполезны или почти бесполезны для остальной части мира. Вот вам и пример разработки узкоспециализированной вакцины, хотя в нашем случае эта специализация и возникает непреднамеренно.

И эксперты - не те, которых цитировала The Daily Mail, а другие, в статье в The New York Times прямо говорят, что нужно разрабатывать вакцины, нацеленные на целые типы вирусов самого широкого спектра действия и апробированные на максимально большом числе людей, проживающих в различных странах и принадлежащих к разным расам. В частности, в связи с учащением случаев появления болезнетворных коронавирусов следует озаботиться разработкой универсальной коронавирусной вакцины, которая будет работать против всех вирусов в этом семействе, включая и те, о которых мы еще не знаем, и будет эффективна для всех групп населения.

Опыт таких разработок уже есть. Отслеживая типы вирусов текущего сезона и прогнозируя динамику их изменений, удается разрабатывать ежегодный набор противогриппозных вакцин. При этом универсальность таких вакцин год от года растет, и сейчас на повестке дня разработка единой вакцины против всех типов гриппа, которая будет оставаться актуальной долгое время. В какой степени такие вакцины сейчас доходят до потребителей - вопрос другой, но, по крайней мере, они есть и они относительно эффективны. И хотя неспецифическая вакцина в принципе оказывает меньшее действие, уже сегодня даже в том случае, если вы привиты от одного типа гриппа, а заболели другим, болезнь будет протекать в значительно более легкой форме.

Но соблазн продавать вакцины "под региональный заказ" с коммерческой точки зрения достаточно велик. А значит, велик и риск изменения политики фармацевтических компаний и появления стран, для которых есть специализированные вакцины, и стран, для которых вакцин нет вообще никаких.