Экономика

"Шулявская республика"

Самодержавный режим в Российской империи, к сожалению, не стеснялся проливать кровь. В начале ХХ века это подтвердили многочисленные расстрелы народны

Самодержавный режим в Российской империи, к сожалению, не стеснялся проливать кровь. В начале ХХ века это подтвердили многочисленные расстрелы народных выступлений, из которых самым трагическим стало Кровавое воскресенье в Петербурге. В Киеве также не раз на улицах гремели выстрелы, гибли люди. Но акции запугивания приводили все к новым и новым протестам.

На революционной волне

17 октября 1905 года (даты приводятся по старому стилю), в разгар народных возмущений, царь Николай II был вынужден издать манифест о предоставлении гражданских свобод. На следующий день население Киева охватила волна радости; казалось, что начинается новая жизнь.

Революционные партии организовали в центре города митинг, заняли здание Городской думы. Их лидеры обращались к народу с зажигательными речами. Но вечером того же дня войска открыли огонь по митингующим, а потом начался жестокий еврейский погром.

Видя все это, рабочие кварталы Киева настраивались на дальнейшую борьбу за свои права. Особенную активность проявляла Шулявка. Совре­мен­ники характеризовали эту местность как "ряд грязных немощеных улиц, небольшие покосившиеся домики, грязные лавчонки, склады керосина, угля, извести и т. п.". Исключение составил монументальный комплекс Политехни­ческого института, который начали возводить на бывшем пустыре в 1898 году.

Но Шулявку окружали крупные предприятия — Главные мастерские железных дорог (будущий КВРЗ), заводы Гретера и Криванека ("Большевик"), Неедлы и Унгермана ("Красный экскаватор") и другие. Их рабочие в большинстве своем получали скудную плату и не располагали необходимой социальной помощью, однако уже имели значительный опыт забастовочного движения.

Надо еще отметить, что полицейский надзор на Шулявке был слабый, а часть ее с нечетной стороны Брест-Литовского шоссе (теперь проспект Победы) до 1914 года даже не входила в городскую черту. Все это делало местность "слабым звеном" режима и способствовало успеху революционных выступлений.

"Союз делегатов" — первый Совет

Бунтарские настроения рабочих поддерживало студенчество Политехнического института. Здесь еще в начале 1905-го волнения достигли такого размаха, что занятия были отменены до конца лета. Но и с приходом осени институт митинговал.

Именно здесь, в Большой физической аудитории и других помещениях, проходили бурные собрания, появлялись представители заводов, обсуждавшие планы забастовок. А в химическом корпусе студенты потихоньку готовили взрывчатку на случай уличных боев.

И вот 21 октября было решено созвать городской Совет рабочих депутатов с нормой представительства по одному от каждых ста трудящихся. С этой идеей выступил рабочий завода Гретера и Криванека, социал-демократ Федор Алексеев.

В течение нескольких дней велась подготовка. Своих представителей выдвинули девять крупных механических заводов.

Наконец 30 октября 1905 года в Большой физической аудитории состоялось первое пленарное заседание Совета (организаторы назвали его "Союзом рабочих делегатов"). Алексеев был избран его председателем; в качестве исполнительного органа создали временное бюро — один делегат от каждого завода.

В резолюции заседания отмечалось: "Союз делегатов ставит своей задачей борьбу против экономической эксплуатации рабочего класса и за его политические права". Дальнейшие собрания решили ряд тактических вопросов. Были избраны фабричные старосты и стачечный комитет, организована рабочая библиотека.

Постановления Совета затрагивали ряд общественных проблем. Так, был поставлен вопрос об отмене цензуры, свободном издании книг и газет на украинском языке. В одном из своих обращений Совет призвал западные страны не предоставлять займов правительству России, поскольку эти средства идут на подавление демократии в стране.

Важным моментом борьбы стало создание на Шулявке рабочих дружин. По сути, они нейтрализовали полицию. В ноябре 1905 года Шулявка практически стала маленькой самостоятельной "республикой" на окраине Киева.

Трудящиеся Шулявки удерживали свои позиции, несмотря даже на попытку властей ввести в Киеве военное положение. Когда в ноябре того же года царские войска подавили попытку вооруженного восстания под руководством Бориса Жадановского, сам он, раненный, укрылся на агроферме КПИ.

Помощь трудовой копейкой

Агитируя за систематическую забастовочную борьбу, Совет тем самым оставлял многие рабочие семьи без заработка. Далеко не у всех были свои садики и огороды, с которых можно было кормиться. Но для поддержки нуждающихся в пропитании принимались специальные меры.

При киевском Совете был организован фонд помощи забастовщикам. Сбор денег в этот фонд проводился в цехах предприятий по всему городу. Только на Южно-Русском машиностроительном заводе (теперь "Ленинская кузница") и на заводе Гретера и Криванека удалось собрать по две тысячи рублей — немалая сумма по тем временам.

Все средства поступали в распоряжение Совета, а он распределял их с учетом конкретных потребностей.

Киевляне не приносили еду для "Шулявской республики", как носят сейчас на Майдан. Однако агитаторы от рабочих сами посещали окрестные села. Они убеждали крестьян помочь своим городским собратьям продуктами — и, как правило, возвращались не с пустыми руками.

Благодаря созданию продуктового фонда на Шулявке была открыта рабочая столовая, которую посещали забастовщики. Там же, в столовой, они могли обсудить свои дальнейшие планы, получить нелегальную литературу для распространения в массах.

Провокаторам — смерть!

Понятие "титушки" появилось уже в нынешнее время, в начале XXI века. Но попытки властей прибегнуть к помощи "суррогатных правоохранителей" и уголовных элементов в борьбе с народными волнениями отмечались довольно давно, свыше ста лет назад.

Не имея поначалу возможности в 1905 году усмирить Шулявку силой, полиция пыталась разложить ее изнутри. С этой целью "подкармливали" всяких темных личностей, которые буквально терроризировали местных жителей хулиганскими акциями и грабежами.

Тем самым населению как бы давали понять: вот вы не хотите подчиняться законной власти — так и расхлебывайте сами то, что заварили...

Однако население "республики" не стало мириться с бандитами. Рабочие дружины перешли в наступление. Они установили регулярные дежурства и немедленно реагировали на бесчинства хулиганов. Виновных тут же ловили.

От них требовали дать клятву, что никогда больше не будут хулиганить и грабить, после чего приставляли их к каким-либо полезным работам. А с рецидивистами не церемонились. Наиболее злостный из них — некто Львов, не дававший житья семьям Шулявки, — был попросту расстрелян.

Такая же участь ожидала и шпионов-провокаторов, которых засылала в "Шулявскую республику" царская охранка. Дружинники не знали к ним жалости. Так, 27 ноября 1905 года рабочие завода Гретера и Криванека выявили четырех агентов Охранного отделения и расправились с ними. Двоих убили, один был ранен, лишь одному удалось бежать.

Рабочие отряды не боялись вступать в столкновения с властями. К примеру, когда надзиратель Лапоногов с группой городовых попытался арестовать члена киевского Совета Волошина, он потерпел фиаско.

Полицейские сами попали в руки дружинников, которые обезоружили их и выпроводили с Шулявки. В более опасных случаях для руководителей Совета находили надежные убежища на территории завода Гретера и Криванека или в других местах.

Таким образом, экстерриториальность "республики" была обеспечена рабочими пикетами. Киевский губернатор даже предписал полицейским чинам не показываться там без военного конвоя.

Конец "республики"

"Государство в государстве", которым стала Шулявка, не укладывалось ни в какие правила и законы империи. В конце концов, расправившись с очагами восстания в других местностях, Киевский, Подольский и Волынский генерал-губернатор Владимир Сухомлинов (он же командующий войсками Киевского военного округа) решился на крайние меры по отношению к "Шулявской республике", остававшейся эпицентром волнений и забастовок.

Со всего города были стянуты две тысячи полицейских. В помощь им выделили армейцев — восемь рот пехоты, казачьи и драгунские подразделения. В ночь с 16 на 17 декабря 1905 года эти силы провели на Шулявке грандиозную облаву. Окружив территорию "республики" с нескольких сторон, полиция и войска устроили повальные обыски.

Прочесывали дом за домом, цех за цехом, арестовывали тех, кто оказывал сопротивление. Было изъято множество оружия — револьверы, винтовки, кинжалы. Тогдашние средства связи не давали возможности мобилизовать других киевлян на помощь. Да, в общем-то, и некого было звать: "Шулявская республика" осталась последним киевским очагом сопротивления царской деспотии.

К пяти часам утра все было кончено. "Республика" перестала существовать. 78 человек оказались под стражей. Впрочем, "президент" Алексеев успел бежать. Уже впоследствии он был арестован в Саратове, отсидев свое, эмигрировал, однако в 1920-е годы вернулся в Киев…

Но первый киевский Совет для многих стал примером. По его образцу потом создавались многочисленные Советы депутатов — вплоть до Украинской Центральной Рады и нынешней Верховной Рады Украины.

Память в бронзе и граните

Создание Совета рабочих депутатов и "Шулявской республики" впоследствии было увековечено. В 1955 году на стене главного корпуса Киевского политехнического института, где заседал Совет, поместили мраморную мемориальную доску с соответствующим текстом.

А к 80-летию событий на территории КПИ возле главного корпуса был установлен памятный знак — бронзовая скульптурная композиция на гранитной стеле высотой 2,1 метра (скульптор Николай Рапай). Этот скромный монумент напоминает о том, как в начале прошлого столетия простые киевляне пытались избавиться от произвола и установить справедливые порядки хотя бы в небольшой части города.