Экономика

Кто подарил Украине швейцарский трубопровод

Российские власти начали изолировать Киев от ведущего источника импорта нефтепродуктов в нашу страну - Белоруссии

Андрей Старостин

Фото: profi-forex.org

Что делают швейцарцы в Украине

Российская государственная компания "Транснефть" 16 марта завила о закрытии сделки по продаже украино-белорусского магистрального нефтепродуктопровода Мозырь-Госграница-Ужгород, который российская пресса предпочитает называть "Самара-Западное направление". Покупателем украинского трубопроводного актива была объявлена швейцарская компания International Trading Partners (ITP) Ltd. "По сделке вопрос закрыт. Стоимость не оглашается, это вопрос коммерческой плоскости, там все корректно", - заявил российской прессе глава "Транснефти" Сергей Токарев.

Через день после заявления о сделке правительство РФ своим решением от 18 марта запретило на неопределенный срок все операции по экспорту нефтепродуктов в Белоруссию. Формально продажа и эмбарго не были связаны. Запрет на экспорт в соседнюю страну стал результатом подозрений, что белорусские трейдеры в погоне за прибылью перепродают нефтепродукты российского происхождения на рынки Европы. О введении эмбарго на поставки автомобильного топлива Белоруссии прессе заявил российский вице-премьер Аркадий Дворкович: "Правительство поручило Минэнерго, ФТС и Минфину доложить о причинах резкого увеличения поставок нефтепродуктов с дочерних предприятий "Газпрома" и "Татнефти" в Белоруссию. Представить копии документов и расчетов, связанных с уплатой таможенной пошлины при указанных поставках, и потерях бюджета РФ от таких поставок", - заявил он.

Бывший украино-белорусский, а ныне "швейцарский" трубопровод играет весомую роль в белорусском экспорте. Он ежегодно поставлял в Украину и Венгрию по 1,2-1,4 млн т дизтоплива и более. Весь экспорт нефтепродуктов Белоруссией в 2015 году превышал 10 млн тонн. Из них в Украину в 2014-2015 гг в цистернах и по трубопроводу поступило 2,4 и 2,2 млн тонн соответственно. Для сравнения: объем общего потребления нефтепродуктов в Украине в этот период составил 8,5 и 7,8 млн т соответственно. Более дешевые, по сравнению с цистернами, трубопроводные поставки из белорусского Мозырского НПЗ - один из ключевых факторов, определяющих нижний уровень оптовых цен украинского рынка. Если труба Мозырь-Ужгород работает, нижний уровень цен опускается. Если трубопровод не работает, нижний предел цен растет.

Кроме продуктопровода Мозырь-Ужгород  Украина не имеет других трубопроводных соединений с зарубежными НПЗ. Чисто теоретически возможны прямые контракты импорта по этому трубопроводу с Рязанского и Самарского НПЗ. Но такие отдаленные российские прямые поставки абсолютно проигрывают в рентабельности импорту из Белоруссии. Поэтому оперирующие в Украине нефтекомпании РФ продают белорусам свои нефтепродукты, и завозят в Украину белорусские. Либо поставляют белорусским НПЗ сырую нефть и выпускают их готовую продукцию на украинский рынок. Но белорусские заводы и трейдеры предпочитают закупать нефть самостоятельно или получать ее от белорусского государства, поскольку то обеспечивает около 27% всего транзита российской сырой нефти в страны ЕС, и поэтому имеет льготы при закупке сырья.

В минувшем феврале белорусские власти решили поднять транзитный тариф для экспорта российской сырой нефти. На фоне снижения мировых цен и падения доходов нефтекомпаний это повышение выглядело болезненным, но незначительным, поскольку рублевый рост тарифов составил всего около 10% и выглядел очень щадящей инфляционной индексацией. Как ни крути, это осложнило отношения меду Москвой и Минском. Но ныне объявленное РФ бензино-дизельное эмбарго вряд ли следует рассматривать как очередные и уже привычные белорусско-российские транзитные трения. Более вероятна другая причина. Например, эмбарго может быть сигналом из Кремля в Минск: до тех пор, пока купившая у "Транснефти" швейцарская ITP Ltd. не сможет закрепиться в Киеве в роли нового признанного собственника магистрального нефтепродуктопровода Мозырь-Ужгород, никакого экспорта нефтепродуктов в Белоруссию из РФ быть не может. 

Фото: oilngases.ru

До очередного эмбарго на поставку Белоруссии сырой нефти еще не дошло.  Российская блокада пока касается только готового топлива. То есть белорусские и иные работающие в этой стране трейдеры все еще могут экспортировать свою готовую продукцию, в том числе, в Украину и Венгрию через продуктопровод Мозырь-Ужгород.  Но что будет дальше, сказать сложно. Закрепить права на украино-белорусский трубопровод неизвестной рынку ITP Ltd. Будет очень сложно. Так что российское бензино-дизельное эмбарго рано или поздно имеет шансы расшириться и на сырую нефть. Это станет тем более вероятным, если в ближайшие месяцы авантюра "Транснефти" с продажей работающего в Украине трубопровода лопнет. Тогда эту магистраль без участия россиян могут заполнить белорусские нефтепродукты.

К чему приведет однобокость реформ

Чтобы трейдеры Белоруссии смогли увеличить свою самостоятельную долю в заполнении "швейцарского" трубопровода, им нужно продемонстрировать независимые от российских компаний поставки сырой нефти из РФ или из других стран через порты Балтии или Украины.

Чтобы предложить Белоруссии транзитные услуги украинских портов и реверсного нефтепровода Одесса-Броды-Мозырь, Украине еще в прошлые годы надо было приложить минимальные усилия. Во-первых, выиграв судебный спор за проходящий по стране магистральный трубопровод, правительство Арсения Яценюка должно было тут же, не ожидая апелляционных и прочих усилий РФ, поручить Минтопэнерго представить стратегию развития государственного трубопроводного транспорта нефти и нефтепродуктов и отразить в ней все возможные варианты интеграции Украины на этом поприще. В том числе, и интеграции украино-белорусской. Во-вторых, чтобы сделать невозможным превращение Мозырь-Ужгород в "швейцарский трубопровод", правительству следовало бы категорически не допускать политических склок за назначение менеджмента нефтетранспортных госпредприятий, "Укртранснафта",  "Предприятие по обеспечению нефтепродуктами ПОНП", и "Укртранснефтепродукт УТНП". И, в-третьих, ради развития отрасли и восстановления полноценной работы возвращенного Украине трубопровода, властям надо было  добиться компромисса между всеми крупными украинскими компаниями-нефтетрейдерами. Это дало бы возможность выработать общую стратегию, ориентиры и правила развития отрасли независимости от того, в какой форме, какую партию или министра каждый из этих трейдеров поддерживает.

Вместо этого акцент проводящихся в Украине нефтегазовых реформ был поставлен исключительно на газовом секторе -  реформировании ГТС, структуры НАК "Нафтогаз Украины", и привлечению в эту отрасль новых крупных зарубежных инвесторов, таких как американская Riverstone.

В тени реформ газового сектора осталась не менее важная отрасль переработки нефти, транспорта нефти и нефтепродуктов. С оглядкой на потребности обороны, она выглядит намного важнее газовой промышленности.

Например, боевую технику, военный транспорт  авиацию газом не заправишь. Также как не заставишь ни одного частного инвестора рискнуть деньгами и загрузить нефеперерабатывающие заводы  сырьем в условиях военных действий или приграничной эскалации конфликта. Накопление резервов, определение защищенных каналов импорта и снабжение страны моторным топливом в таких условиях - это исключительная забота государственных структур.

Несмотря на эти немаловажные нюансы,  ни одна из перечисленных выше мер реагирования Кабинета Министров на незавершенный до конца спор с "Транснефтью" за украино-белорусский трубопровод Мозырь-Ужгород не была выполнена. В условиях такой инертности нефтяной политики украинских властей, большинство санкций  США и ЕС в отношении Белоруссии к концу 2015 года оказались снятыми или смягченными. При этом позиция Украины в нефтяной сфере интеграции двух стран не претерпела никаких заметных качественных изменений.