Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Неделя кодексов

Понедельник, 20 Января 2003, 00:00

Единственную рабочую неделю парламента в этом году можно смело назвать «неделей кодексов». Депутаты внесли президентские поправки и ввели в действие Гражданский и Хозяйственный кодексы, а также изменили Уголовный. Зато еще один процессуальный документ, содержащий механизм реализации одной из конституционных норм, на седьмом году действия Конституции так и не был поддержан. Имеется в виду закон о спецпрокуроре и специальном следователе.

В Уголовном кодексе депутаты изменили статьи, касающиеся легализации грязных денег. Эти изменения были вызваны недавно принятым соответствующим законом, который, в свою очередь, диктовала Украине международная организация FATF. Отныне эта организация должна быть почти полностью удовлетворена выполнением Украиной ее требований, и Киев теперь уже может говорить о прекращении действия санкций, которые на него наложили за нерасторопность в противодействии легализации грязных денег. Мы говорим «почти», поскольку в минувший четверг не удалось нахрапом принять закон «О внесении изменений в некоторые законы по вопросам предотвращения использования банков и иных финансовых учреждений с целью легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем». Текст этого закона не намного больше названия и предусматривает лишь обязанность банков и финучреждений идентифицировать клиентов. Однако документ внесли на рассмотрение внепланово и предложили принять его «с голоса». Народные избранники обиделись и приняли его пока лишь за основу, предложив правительству самому ответствовать на февральской сессии FATF за то, что закон Кабмин так долго не вносил.

Зато изменения в Уголовный кодекс прошли на ура. Во-первых, детализируется само понятие легализации грязных денег, а некоторые действия, связанные с этим, отныне уголовно наказуемы. Итак, к легализации относятся действия по осуществлению финансовой операции или заключение договоров со средствами либо иным имуществом, полученными вследствие общественно опасного деяния, и принятые изменения как раз предусматривают, что это за деяния. В перечень деяний попадают: попытки сокрытия незаконного происхождения этих средств и другого имущества и владение ими; сокрытие прав на эти средства или имущество; источников их происхождения, местонахождения, перемещения, а также обретение права на владение или использование средств либо имущества, полученных в результате совершения общественно опасного деяния, которое предшествовало непосредственно легализации средств. Иными словами, на практике эти положения будут применяться не самостоятельно, а наряду с наказанием за другие преступления. Например: незаконный оборот наркотиков, торговля людьми, теневая торговля оружием и прочие — все эти операции изначально проходят вне банков. Теперь же будут карать и за сами преступления, и за отмывание денег, полученных в результате этих действий.

По требованию все той же FATF усилена статья 306, которая предусматривала ответственность за то, что средства, полученные нелегальным путем, используются на продолжение деятельности по распространению наркотиков. Отныне если деньги от торговли наркотиками (а также психотропными веществами, прекурсорами и т. п.) будут размещены в банках либо же пойдут на приобретение имущества во время приватизации для продолжения наркобизнеса, это повлечет за собой ответственность от 5 до 12 лет лишения свободы. Еще одно изменение в кодексе предусматривает, что повторное совершение преступления, в частности непредоставление соответствующей информации (или предоставление заведомо неправдивой информации о таких операциях), влечет за собой ответственность должностного лица. Это либо штраф от 2000 до 3000 необлагаемых налогом минимумов, либо лишение свободы до трех лет с запретом занимать соответствующие должности.

А вот закон о спецпрокуроре и специальном следователе депутаты провалили. Вернее, они не поддержали предложение Леонида Кучмы отклонить его, но и вето не преодолели. С критикой этой редакции документа, принятого откровенно наспех, соглашаются даже некоторые представители оппозиции, а ведь именно она его инициировала. Позицию Президента по этому закону в парламенте представлял министр юстиции Александр Лавринович. Он указал на целый ряд недоработок, но чтобы не влезать в тонкости конституционного права, стоит упомянуть лишь некоторые: забракованный закон предоставлял спецпрокурору и спецследователю полномочия обычных прокурора и следователя. Однако нынешний УК говорит об уголовном дело-
производстве лишь в отношении простых смертных, но никак не в отношении неприкосновенного главы государства. Да и Уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает участия в процессе «спецов». Из закона также непонятно, являются ли должности «спецов» постоянными или они назначаются лишь на период работы временной следственной комиссии. И, кроме того, неясно — кто же конкретно может быть специальными прокурором и следователем.

Лавринович предложил, а многие депутаты согласились с таким пожеланием: принять единый закон о специальных и временных следственных комиссиях ВР, в состав которых, в частности, «спецы» и должны входить. И уж в нем нужно будет четко выписать весь механизм процедуры импичмента. Оппозиция апеллирует к тому, что эта норма — одно из достижений демократии, однако плачевная судьба закона о комиссиях хорошо известна. Не будь эта тема столь заполитизированной, соответствующий закон уже давно могли бы принять.