Государство

Юрий Воропаев: Доверенное лицо

Меланхолия и уныние, воцарившиеся во многих кабинетах чиновников и политиков из Партии регионов после переформатирования центральной власти, не коснул

За народным депутатом Юрием Воропаевым в парламенте закрепился имидж выразителя интересов самого богатого украинца — Рината Ахметова. Их связывают деловые отношения: группа СКМ — основной клиент юридической компании "Воропаев и партнеры", обеспечивающий около 70% ее доходов. А сам Юрий Воропаев инициирует в парламенте законопроекты, выгодные крупному бизнесу и владельцу СКМ в частности. О том, как строятся их отношения, говорит такая деталь: Ринат Ахметов до сих пор обращается к Юрию Воропаеву по отчеству.

Меланхолия и уныние, воцарившиеся во многих кабинетах чиновников и политиков из Партии регионов после переформатирования центральной власти, не коснулись Юрия Воропаева. Несмотря на стремительное изменение большинства в Верховной Раде, народный депутат продолжает шутить и улыбаться.

Сам он в последнее время пребывает в возбужденном, но не подавленном состоянии. Политик, остающийся в рядах Партии регионов, сохранил дружеские отношения с коллегами из многих фракций. В частности — из "Батькивщины".

При этом группу народных депутатов, которой в парламенте руководит Юрий Воропаев, не постигло массовое бегство из фракции. Вместе с другими остатками фракции она фактически перешла в оппозицию. В эту группу входят многие бывшие сотрудники структур Рината Ахметова или его бизнес-партнеры — Евгений Геллер, Владимир Бойко, Владимир Мальцев, Владимир Малышев и другие.

Несколько лет Юрий Воропаев и сам трудился в СКМ, где возглавлял юридический департамент. Впрочем, приглашал его на эту должность не Ринат Ахметов, а Игорь Прасолов, тогдашний гендиректор СКМ, до недавнего времени руководивший Министерством экономического развития и торговли. Знакомство же нашего собеседника с Ринатом Ахметовым состоялось в 2003 г.

"Шла борьба за предприятие, и у меня были предложения, как его сохранить", — коротко поясняет народный депутат. В то время он возглавлял юридическое управление Первого Украинского Международного банка.

Вас относят к группе депутатов, которая в Партии регионов ориентируется на Рината Ахметова. По голосованиям этой группы можно определить позицию владельца СКМ, не так ли?

— Во-первых, мне не нравится название "группа Ахметова", во-вторых, партийные дела для меня второстепенны. Я вынужден этим заниматься, потому что я член партии и фракции, но стараюсь этого избегать. Мое хобби, моя работа — это законопроекты с технической точки зрения, подготовка и продвижение законопроектов, направленных на улучшение условий ведения бизнеса в Украине.

Что касается депутатских групп. На этот счет есть много домыслов. Во фракции Партии регионов было 206 человек. Сколько там осталось, сложно сказать. По списку — около 100 человек, по голосованию — 40-50, сейчас эта цифра уточняется. Так вот, фракция была разбита на семь групп для организации коммуникации между людьми.

Это нормальная практика, которую применяют и другие большие фракции для быстрого формирования позиции по тем или иным вопросам. Например, в нашей группе было 40 человек. Я поручил своей помощнице, чтобы она передавала документы и сообщения депутатам, входящим в эту группу. Вот такие у нас были группы.

Сказать, что они являются близкими к одному олигарху или к другому, нельзя. По принципу преданности тому или иному лицу группы не формировалась, и никто сверху не давал команд относительно их списков — инициатива шла снизу. Каждый депутат самостоятельно решал, в какую группу войдет, и письменно подавал об этом заявление. Хотя были и интересные случаи. Подошел ко мне как-то один депутат и говорит: "Я хочу перейти к тебе в группу".

Я отвечаю: "Переходи, пожалуйста. Напиши заявление во фракцию и переходи к нам". "А что мне за это будет?" Я говорю: "Ничего не будет". "Тогда я не пойду". "Ну и не ходи". В итоге в нашей группе собрались депутаты, которые понимают проблемы ведения бизнеса в Украине и заинтересованы в их решении.

Как вы сейчас голосуете? Группа, которую вы возглавляете, вырабатывает общее видение по ключевым кадровым назначениям и отставкам, другим политическим решениям, принятым в последнее время?

— Фракция пыталась ежедневно собираться утром и обсуждать повестку дня. Но мешают две вещи. Первая — новая власть, бывшая оппозиция, поступает по отношению к новой оппозиции еще жестче, чем поступали мы по отношению к ним. Повестку дня раздают за 10-15 минут до начала заседания, а в ходе заседания меняют. Законопроекты за редким исключением перед голосованием не раздают, голосуют с голоса.

Вторая проблема — люди, которые стоят вокруг Верховной Рады с автоматами (митинги под Верховной Радой прекратились вскоре после переформатирования парламента — прим. "ВД"). Как только большинство видит, что у них не хватает голосов, к депутатам из нашей фракции подходят депутаты из других фракций и говорят: "Если вы не проголосуете, вы отсюда не выйдете. На Раду уже идут люди с автоматами".

Депутаты все разные, у кого-то есть стержень внутри, у кого-то его нет, у кого-то есть сила духа, кто-то слаб. Некоторые под влиянием таких слов голосуют. Поэтому, последние дни, начиная с воскресенья 23 февраля, голосование шло по принципу "каждый сам за себя".

На решения фракции депутаты в основном внимания не обращали. Когда Ефремову приносили текст за три минуты до голосования, мы его быстро обсуждали, я голосовал так, как решала фракция.

К новой власти уже огромное количество вопросов — и у журналистов, и у людей на Майдане. Но вы-то понимаете, что Майдан — очень разношерстный, что он стоял не за конкретные имена и требует от новой власти того же, что и от предыдущей?

— Вы правильно сказали — разношерстный. Я не знаю вообще, за что стоит Майдан! Политики, которые раньше пытались аккумулировать мнения этих людей и донести их до власти, сейчас потеряли к этим людям интерес и занимаются своими делами. Майдан им нужен для запугивания нынешней оппозиции, а мнение этих людей им не интересно. Людей сначала мобилизовали, а потом бросили, а они разные. Хочу привести маленький пример.

Приходит ко мне моя помощница и говорит: "Юрий Николаевич, боюсь приезжать в Киев". Спрашиваю, почему? Она ответила, что когда улетала из Киева, ее обыскал мужчина с топором на въезде в Жуляны. Заставил показать паспорт, открыть багажник машины.

А сколько за последнее время случаев откровенного разбоя, грабежа и шантажа! Группы людей, которые это делают, причисляют себя к политическому движению Майдана, но кто они на самом деле, никто сказать не может. Вы уверены, что к вам сейчас не придут и не взорвут по ошибке?

Сейчас в этом никто не уверен. Но люди стояли 2,5 месяца мирно и ни к кому не ездили. У радикальной акции на Банковой 1 декабря не было никакой поддержки, даже через полтора месяца после нее, 19 января, события на Грушевского были восприняты многими как провокация. У власти было достаточно времени, чтобы выполнить наиболее объективные требования протестующих — наказать виновных за силовой разгон законного митинга 30 ноября, начать реформу правоохранительных органов и принять меры по борьбе с коррупцией, провести Конституционную реформу, но вместо этого только закручивались гайки, что и привело к такому социальному взрыву…

— Озвучу мое отношение к прежней власти и к тому, что произошло на Майдане. Оно выразилось во время голосования по временному введению юрисдикции Гаагского суда для конкретных людей.

Я объяснял представителям "Батькивщины": вы сейчас временно, для каких-то конкретных людей вводите юрисдикцию этого уголовного суда. По-моему, это неправильно. Они виноваты, вину каждого должен определить суд, в первую очередь тех, кто давал команды (ведь рядовой солдат обязан исполнять приказ).

Я целиком согласен с тем, что виновные должны понести ответственность. Будь то президент, глава администрации, министр. Должны всех наказать за то, что довели людей до Майдана и провели к смертям. Но если новая власть будет так же, как и старая, избирательно подходить к тому, кого наказывать, то чем она лучше?

Мы предложили ратифицировать Римский устав этого международного уголовного суда. И тем самым распространить его на эти события и на возможные будущие. Чтобы у новой власти тоже был какой-то тормоз. Чтобы она помнила, что и к ней придут с международным судом, если она повторит эти же ошибки.

Турчинов что сказал? Может быть, когда-нибудь. Что суд Гаагский сказал? Без ратификации этот закон работать не будет. Поэтому моей ближайшей законодательной инициативой будет законопроект по ратификации Римского устава.

Почему ваша депутатская группа, голосования которой воспринимают и как позицию Рината Ахметова, не настояла на принятии изменений к Конституции до того, как пролилась кровь? К тому времени Майдан уже не готов был ждать…

— Он и сейчас не готов ждать решения других вопросов. По тому же Гаагскому суду он говорит: сейчас, немедленно. Почему новая власть допускает эти ошибки? К чему это приведет, я пока не знаю. И вы не знаете. Мы все увидим это потом.

До этих кровавых событий вопрос относительно Конституции поднимался, у нас была встреча. Мы обсуждали во фракции, голосовать или нет. И тогда возникли те же вопросы, которые возникают сейчас. Потому что с точки зрения техники, это неправильно.

Есть процедура, и ее надо соблюсти. Все 100% депутатов фракции Партии регионов выступали за возврат к парламентско-президентской форме правления. Тут не было спора, и не было ни одного человека, который бы сказал: "Нет, я настаиваю на сохранении президентско-парламентской формы правления". Дискуссия была относительно способа принятия Конституции.

Вы не голосовали за отставку Захарченко. Не считаете, что на нем есть вина за произошедшее?

— Я не помню этого голосования. Возможно, меня не было в зале. Я считаю, что Захарченко виноват в первую очередь. В этом нет сомнений, степень ответственности определит суд. За отставку Захарченко я с удовольствием проголосую. Но это, скорее всего, происходило тогда, когда у нас была встреча с Кэтрин Эштон.

Ринат Ахметов выступил за мирное урегулирование вопроса, но группа депутатов, которую связывают с его именем, даже не приехала в Раду 20 февраля, когда она впервые с трудом собралась после начала снайперской стрельбы и голосовала за прекращение огня. Почему вас там не было?

— А до Верховной Рады можно было спокойно доехать? Один народный депутат из нашей группы, которому 70 с лишним лет, сейчас лежит в больнице после того, как в аэропорту "Жуляны" люди с дубинками остановили его, привезли в парламент и сказали: "Голосуй, как мы скажем". Или другой депутат — Грушевский. Как его вели через толпу. Помните?

Этот депутат на сцене Майдана выразил поддержку протестующим, а потом вел себя противоположным образом. Но другие ваши коллеги сумели нормально добраться…

— То что было 21 февраля, нельзя назвать нормальной работой депутата. Когда депутаты Партии регионов просто боялись голосовать иначе, чем оппозиция под угрозой расправы над ними — это не работа. Многие из-за этого вышли из фракции ПР. И вы предлагаете мне в тех условиях вернуться в парламент?

Мне скоро 60 будет, зачем мне на старости лет такой позор? За что? Я не собирался уезжать, я собирался остаться и работать. Я и вернулся на другой день. Когда люди побежали из фракции, я решил, что так делать не буду.

Чем лучше "тушка" от ПР "тушки" из БЮТа? Ничем. Если раньше мне звонили мои родственники, друзья, знакомые из Донецка, Макеевки, Николаева и говорили: "Мы за вашу партию больше голосовать не будем", то сейчас они совсем другое говорят.

Кого вы считаете достойной кандидатурой на место лидера Партии регионов?

— Большинство населения Юго-Восточной Украины не поддерживало ни "Батькивщину", ни УДАР, ни "Свободу" — оно поддерживало Партию регионов. В силу культурных ценностей, семейных связей с Россией. И после всех этих событий они стали поддерживать Партию регионов еще больше.

Но у них есть большое разочарование относительно прежней элиты ПР. Потому что они увидели, что ПР, пройдя с их помощью во власть, не сделала того, что обещала, в полном объеме. Поэтому сейчас нужен такой человек, которому бы доверяла не элита, а обычные люди. Чтобы простые люди понимали, что за этим человеком можно идти, этому человеку можно доверять.

Кто это будет — мне трудно сказать, я не буду называть. Это партийное дело, мы проведем съезд и решим этот вопрос. А лидером должен быть тот, кому доверяло бы население страны, а не партийная элита, будем смотреть рейтинги.

Вопрос по Ассоциации и Зоне свободной торговли с ЕС, с которого все началось, будет подниматься в ближайшее время. И все болезненные для бизнеса последствия — ответные действия российской стороны, переход на технические стандарты ЕС — снова будут актуальны. Возможен ли консенсус деловых кругов, представленных в парламенте, в вопросе поддержки Зоны свободной торговли с ЕС? На каких условиях?

— Помню, когда президент призывал Партию регионов поддержать соглашение с ЕС, тогда это прозвучало не очень однозначно. Примерно в то же время в парламенте проходило заседание нашего комитета (по вопросам промышленной и инвестиционной политики — прим. "ВД"), мы принимали решение, поддержать или нет.

Решено было поддержать, однако те переходные сроки, которые давались по этому соглашению, необходимо увеличить. Мы написали письмо в Кабинет министров с просьбой продлить эти сроки, чтобы это было не так болезненно для промышленности Украины.

И Вячеслав Богуслаев (владелец компании "Мотор Сич", заявивший, что поспешное подписание Ассоциации с ЕС — это моментальная гибель для наукоемких предприятий — прим. "ВД") был там как член комитета, и поддержал это, а потом еще ходил с этим письмом к Азарову.

С тех пор у меня точка зрения не изменилась. Украине остро необходимо подписать данное Соглашение. И даже не потому, что это было поводом для поднятия Майдана (это не было главной причиной — причиной была коррупция). Это Соглашение необходимо нам, чтобы приблизить экономику страны к уровню ЕС.

Посмотрите на Россию — богатая страна, нефтеденьги, газовые деньги, а машиностроение, наука находятся в очень плачевном состоянии. По одной простой причине — у них нет конкуренции.

Поэтому Соглашение остро необходимо Украине. На каких условиях — это уже другой, технический, вопрос. Но так же остро необходимо и подписание двусторонних соглашений между Украиной и Россией. Когда политики в Европе и России заявляют "либо одно, либо другое" — это неправильный подход.

Сейчас они уже так не говорят. И еще, по-моему, те министры, которые отвечали за подготовку этого Соглашения, толком даже не просчитали последствия подписания этого документа. Они сами это Соглашение не прочитали. Я пытался его прочитать от начала и до конца, Но тот огромный массив документов, который был в приложениях, до конца не изучил.

Юридический аутсорсинг

Ключевой актив Юрия Воропаева — юридическая фирма "Воропаев и партнеры". Бывший главный юрист СКМ создал ее вместе с партнерами в 2005 г. С тех пор он оказывает юридические услуги СКМ на аутсорсинге.

Бизнес-группа Рината Ахметова — до сих пор крупнейший клиент компании Юрия Воропаева.

Партнеры нашего собеседника по юридическому бизнесу одновременно являются членами наблюдательных советов ключевых предприятий СКМ — ДТЭК, "Метинвест", ПУМБ. Через них заказы правового характера поступают в компанию Юрия Воропаева.

Среди клиентов этой юрфир­мы есть и зарубежные структуры — Global International, Cargill, и бизнес политических сора­т­ников Юрия Воропаева — Бориса Колесникова, Евгения Моро­зенко, Ефима Звягильского.

И, вполне вероятно, что после смены власти работы и клиентуры у юридической фирмы прибавится. В первую очередь за счет обращений коллег по парламенту, бизнес которых окажется под давлением в результате смены власти.

В связи с последними событиями у компании "Воропаев и партнеры" выросло количество клиентов?

— Насколько я знаю, не выросло и не уменьшилось. Оно не изменилось. Клиентов много — это и физлица, и юрлица. Основной костяк — это, конечно, компании, которые входят в группу СКМ, они приносят порядка 65-70% доходов.

Бизнес, близкий к Партии регионов, сейчас — перед перспективой смены собственников, прессинга контролирующих органов. К вам обращаются как к владельцу адвокатской компании за возможной защитой?

— Бизнес членов Партии регионов был под пристальным вниманием и давлением и в период, когда Партия регионов была у власти. Всегда сложно отстаивать свою точку зрения, которая не совпадает с позицией власти.

Для примера. Фирма "Воропаев и партнеры", начиная с июня 2013 года, ежемесячно подвергалась налоговым проверкам. Каждый месяц, включая декабрь. По январю не знаю — не спрашивал у ребят. Точно так же у многих других. Ко мне обратился народный депутат Морозенко (Евгений Морозенко, совладелец Днепропетровского агрегатного завода — прим. "ВД").

На них налоговая еще, по-моему, в декабре составила акт, насчитала недоимку, абсолютно вымышленную. Поэтому сказать, что сейчас есть наезд, а тогда его не было, — будет неправдой. И во многом бегство из Партии регионов — это, с одной стороны, результат давления на депутатов и их семьи, а с другой — накопившегося недовольства прошлой властью.

Руководит фирмой "Воропаев и партнеры" ваша супруга. Она консультируется с вами по кадровым решениям и конкретным юридическим задачам, которые стоят перед компанией?

— У моей супруги адвокатский стаж 33 года, у меня более скромный адвокатский стаж. Она была членом президиума коллегии адвокатов еще в советское время, она опытный и сильный адвокат. Так что я уверен, что моя супруга все делает грамотно.

Иногда, конечно, приходит, спрашивает, советуется. У нас дома в основном разговоры о работе. Но что касается кадровых вопросов, то у нас текучки практически нет, за последние три года всего два человека пришли, причем супруга к их подбору никого отношения не имела. Каждый партнер сам подбирает людей, с которыми он мог бы работать и закрывать тот участок работы, за который он отвечает.

Среди ваших партнеров был Игорь Прасолов, через супругу Наталью. Правда, что она вышла из бизнеса в связи со сближением Игоря Прасолова с Александром Януковичем?

— Я ее знаю. Она действительно вышла из состава учредителей. Это их общее решение с Игорем Николаевичем, он мне его озвучил, и это его право.

Чем это решение аргументировалось?

— У меня есть такой жизненный принцип: разговаривая с человеком, не задавай вопросы. Если собеседник хочет дать тебе информацию, он это сделает. Если бы он хотел сказать, он бы сказал.

Сколько сейчас партнеров в компании?

— Два в Донецке и два в Киеве, плюс моя жена. Получается, пять человек — это партнеры, а я — собственник, который не является партнером, но является совладельцем компании. У меня в компании "Воропаев и партнеры" миноритарная доля — 26%, больше нигде долей нет.

Сложно представить, что вы до сих пор не инвестировали ни в какие другие направления…

— Я не умею это делать. Я однажды попытался. Ко мне пришел друг, которого я очень уважаю, я проработал с ним в советское время лет 15. Он сказал: у него есть знакомые, которые могут организовать покупку и продажу драгоценных камней из Южной Африки. И предложил заняться этим (самый известный проект украинцев по добыче алмазов в Африке принадлежит Эдуарду Прутнику и супруге Виталия Гайдука — прим. "ВД").

Я ответил: "Володя, я не умею это делать, у меня есть свободные $5-10 тыс., я тебе их дам, а ты этим занимайся". Он их взял, но бизнес у него не получился, и он прогорел. Вот понимаете, если я умею заниматься адвокатской и законотворческой деятельностью, то бизнесом я заниматься не умею.

Подготовка к эмиграции

Самый громкий скандал, в центре которого оказался Юрий Воропаев, связан с подготовкой супругой Рината Ахметова документов для получения британского гражданства.

В мае 2012 г. журналисты заметили в руках Юрия Воропаева распечатку электронного письма, адресованного Лилии Ахметовой. Политик изучал документ в ходе пленарного заседания парламента.

"Уважаемая Лилия Николаевна! Вы должны провести за пределами Великобритании не более 450 дней за полные пять лет до подачи заявления на получение гражданства (т. е. 450 дней начинают учитываться с сентября 2009 г., если подача документов на получение гражданства будет в сентябре 2014 г.)", — так начиналось послание.

Его автор — Наталья Муктан — юрист компании "Воропаев и партнеры". Она продублировала письмо Юрию Воропаеву перед тем, как отправлять непосредственному адресату.

С одной стороны, это позволило журналистам сделать вывод о том, что родственники Рината Ахметова готовятся к эмиграции.

С другой, предположить, что народный депутат Юрий Воропаев участвует в управлении созданной им компании.

Правильно ли мы понимаем, что сейчас может выясниться, что у многих высокопоставленных лиц Партии регионов есть вторые паспорта?

— Не знаю, так ли это. Я знаю, что во многих странах нет ограничений на наличие нескольких паспортов, но сам эту тему не исследовал. Я по своей натуре, по характеру, по убеждениям и воспитанию — интернационалист.

Для меня не важно, украинец ты, русский, немец или англичанин, мне принципиально не важно, гражданство какой страны человек хочет иметь. Мне важно, чтобы люди нормально жили, чтобы была работа, платили налоги, чтобы были комфорт, спокойствие и удобства для жизни. Человек во главе угла, а не государство.

Журналисты в свое время сфотографировали письмо, адресованное супруге Рината Ахметова, распечатка которого находилась у вас. Правда ли, что она претендовала на британское гражданство?

— Сфотографировали письмо одного из адвокатов фирмы "Воропаев и партнеры". Зовут ее Наташа Муктан. Я знаю ее с детства. Ее мама — подруга моей жены, адвокат со стажем. И Наташа по жизни работала со мною — в банке, в СКМ, потом перешла в фирму "Воропаев и партнеры". Иногда она советуется со мной. То, чем занимаются адвокаты фирмы, является адвокатской тайной, тем более не моей, и это обсуждать с кем- либо я не намерен, да и не имею права.

Закон не запрещает народным депутатам владеть бизнесом, но запрещает им руководить. Как трактовать то, что вы читали это письмо?

— Вы меня не услышали, я вам еще раз говорю: девочку, которая прислала мне это письмо, я знаю с 1984 года, когда она еще в школу ходила. Это был совет человеку, которого по жизни знаешь. Это что адвокатская деятельность? Не ищите черную кошку в темной комнате, тем более что там ее нет.

На сайте компании "Воропаев и партнеры" сказано, что она оказывает услуги по разработке законопроектов и содействует в организации их рассмотрения Верховной Радой Украины. Не кажется ли вам, что здесь есть конфликт интересов, ведь вы одновременно и совладелец этой компании, и народный депутат?

— Этим направлением работы компания занималась еще до того, как я стал народным депутатом. Я расскажу, как это делается на практике, а вы сами сможете сделать оценку того, если тут корыстный мотив или нарушение законодательства.

Клиенты фирмы "Воропаев и партнеры" — заводы, строительные и энергетические компании — обращаются в фирму "Воропаев и партнеры" с предложением подготовить изменения в законодательство, которые способствовали бы ведению бизнеса и убирали препятствия. Юристы готовят проекты, а подписывают их те народные депутаты, которые считают необходимым подписать.

Это решается без меня. Я же свои законопроекты готовлю в другой последовательности: вижу проблему, консультируюсь с представителями бизнеса и готовлю проекты. Невозможно работать с законом в Верховной Раде, защищать его, не зная детали документа, не "переболев" им. Ты не сможешь его отстоять, с убеждением о нем говорить, если ты им не занимался.

От "5 канала" до российского ТВ

Любимый досуг Юрия Воропаева — книги. Впрочем, как и большин­ство украинцев, в последнее время он пристально следит за телевизионными новостями. Если раньше политик включал телевизор, просто чтобы отвлечься от работы, то теперь — чтобы быть в курсе мгновенно меняющейся политической обстановки в стране. Народный де­путат признался "ВД", что пока на Майдане проходили массовые митинги, он регулярно смотрел "оппозиционный" "5 канал" Петра Порошенко. Но в последнее время предпочитает новости ТРК "Украина" Рината Ахметова и российских телеканалов.

Часто включали телевизор в последнее время?

— Телевизор — это какой-то ужас. Из-за работы приходится в основном смотреть новостные программы, иногда смотрю фильмы.

Новости каких каналов предпочитали смотреть?

— Раньше смотрел "5 канал", он показывал в реальном режиме Майдан, а это было важно видеть, чтобы понимать, что происходит. Поэтому он был интересен. Сейчас он как оскомина. Прекратил смотреть его после 20 февраля. Сейчас стараюсь смотреть "1+1", "ТРК Украина" и российские каналы.

Многие члены команды, еще недавно работавшей во власти, в последнее время находились в крайне подавленном состоянии. Как бы вы охарактеризовали свое эмоциональное состояние в эти дни?

— Люди по-разному к этому относятся и по-разному это переживают. На таких людей, как я, это действует не угнетающе, а возбуждающе. Я становлюсь еще большим борцом, чем раньше. Если раньше я никогда не вмешивался в политическую деятельность, то сейчас меня аж распирает — так хочется высказаться.

Угрозы поступают каждый день, это не только сообщения, которые приходят на мой мобильный и стационарный телефон, но и попытки людей отловить меня в городе. Меня это только заводит. Такой у меня характер. Все зависит от характера человека. Ничего плохого нет в том, что некоторые люди боятся или теряются в таких ситуациях.

У вас есть любимый способ быстро переключить внимание, чтобы отвлечься от работы?

— Когда-то я любил включить на компьютере какую-то игрушку, чтобы ни о чем не думать. Пасьянсы, например. Но это было лет десять назад. Потом я стал просто включать телевизор, смотреть передачи. А сейчас у меня другой способ переключиться — я беру фотографии детей и внуков, достаю телефон и разговариваю с ними, это меня возвращает в нормальное эмоциональное состояние.

Перспективы

Переход в оппозицию усложнит процедуру прохождения законопроектов Юрия Воропаева в парламенте. Особенно тех, за которыми нынешнее большинство усмотрит интересы Рината Ахметова. Впрочем, вряд ли оппозиционный статус сделает их принятие невозможным в принципе — у политика хорошие контакты в разных фракциях.

Между тем, юридический бизнес нашего героя, скорее всего, столкнется с наплывом клиентов из числа Партии регионов. Пока новая команда занята распределением должностей и урегулированием конфликта с Россией, но через пару месяцев новоназначенные чиновники смогут пристальнее присмотреться к работе бизнес-структур, близких к предыдущей власти.

И услуги фирмы "Воропаев и партнеры" могут оказаться как нельзя кстати.