Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Ядерная дубина в Беларуси. Почему Путин все больше смахивает на Ким Чен Ына

Среда, 20 Сентября 2017, 18:00
Трудно не увидеть сходства в образе действий Москвы и Пхеньяна: стремительное сокращение базы аргументов делает и РФ, и КНДР слишком зависимыми от ракетно-ядерных козырей

Фото: pravda-tv.ru

Вооруженные силы Вейшнории начали операцию по освобождению Ингрии, оккупированной и аннексированной Советской Россией в 1920-м и семь лет спустя влитой в состав Ленинградской области. Что примечательно, операция вполне соответствует принципам гибридной войны, сочетая в себе ограниченные боевые операции с привлечением минимально необходимых людских и технических ресурсов, масштабные информационные кампании и мифоконструкционные практики.

Так вот, вейшнорийский агент, внедренный в ряды российской армейской авиации, нанес ракетно-штурмовой удар по расположившимся на полигоне Лужский силам агрессора — группе военных чинов, сотрудников органов пропаганды и представителям ВПК РФ. Пилотируя боевой вертолет Ка-52, агент выпустил три ракеты, в результате чего были ранены несколько человек и повреждена машина управления беспилотником — постановщиком помех GSM, автомобиль связи ФСО). Ранее агенты Вейшнории подстроили катастрофы с дальним бомбардировщиком Ту-22М3, полностью разрушившемся при посадке вследствие подпиленной стойки шасси, и учебно-боевым самолетом Як-130, у которого был выведен из строя двигатель.

Силы специальных операций республики между тем провели рейд, результатом которого стала автомобильная "авария", унесшая жизнь главкома ВДВ ВС РФ генерал-полковника Андрея Сердюкова, который руководил аннексией Крыма. Вместе с ним погиб его зам. И это далеко не полный список потерь.

Российские войска оказывают ожесточенное сопротивление превосходящим силам врага, но их шансы на успешную оборону захваченных территорий невелики, тем более что союзники Вейшнории — Лубения и Вийзбария — еще только готовятся к вступлению в конфликт. Так что шансы на то, что Кремль прибегнет к "последнему доводу королей" — ядерному оружию, стремительно возрастают.

Можно, конечно, смеяться, но подобное развитие событий, хоть и не предусмотрено, насколько это известно, сценарием учений "Запад-2017", предусмотрено российской военной доктриной. Более того, ее формулировки вполне допускают использование ЯО не только для приемлемого, с точки зрения Кремля, завершения его неудачных военных авантюр, но и для их начала.

На это, собственно, и указал министр обороны Польши Антони Мацеревич, заявивший, что после официального завершения "Запада-2017" 20 сентября военные игрища на белорусской территории продолжатся. Здесь, однако, стоит отметить, что ряд СМИ превратно истолковал его слова о том, что россияне будут отрабатывать применение ядерного оружия. Разумеется, об использовании реальных боеприпасов речь не идет по множеству вполне очевидных причин, так что повторения учений на Тоцком полигоне в 1954 г. не предвидится. Что, однако, не мешает войскам действовать так, как будто ядерное оружие действительно применялось. В годы холодной войны подобные игры довольно часто устраивали по обе стороны железного занавеса, и ничего необычного в этом нет.

В то же время подобный сюжет — если он действительно будет отрабатываться — можно трактовать как очередной элемент стратегии доминирования через эскалацию. Стратегии, которой Россия в последние годы увлеклась чрезмерно. На примере межчеловеческих отношений ее иллюстрацией может выглядеть изнасилование с ножом у горла жертвы или угроза им. Очевидно, что "у той стороны" выбор невелик: либо смириться, либо сильно рискнуть, оказывая сопротивление.

Здесь стоит вспомнить о дискуссии, которую с 2014 г. навязывают миру российское экспертное сообщество и СМИ: отважится ли НАТО применить пятую статью договора о коллективной обороне в случае ограниченного российского вторжения в страны Балтии? Ради этой цели был даже перефразирован вопрос Марселя Деа "зачем умирать за Данциг?", заданный накануне нападения Германии на Польшу в 1939 г. Теперь этот вопрос звучит "зачем умирать за Нарву?", причем заведомо предполагает, что Запад не отважится доводить дело до ядерного апокалипсиса, если Кремль устроит еще один "освободительный поход" под предлогом помощи зарубежным соотечественникам или защиты государственных интересов РФ.

И пускай из публичной плоскости этот тезис практически ушел, действия России вполне отчетливо демонстрируют, что с повестки дня он отнюдь не снят. Учения "Запад-2017" являются не только крупнейшими, но и самыми агрессивными и многофункциональными из всех учений России за последние 30 лет. И литовский президент Даля Грибаускайте имела все основания заявить на Генассамблее ООН, что они являются отработкой Россией сценария нападения на своих соседей.

Но дело не только в "Западе". Дело в тенденции. В октябре прошлого года в сотне километров от эстонских границ ВС РФ практиковались в стрельбе с использованием комплексов "Искандер", ракеты которых могут быть оснащены ядерными боеголовками. Годом ранее состоялись стратегические общевойсковые учения "Центр-2015" с упором на работу батальонно-тактических групп и отработку нетрадиционных способов их применения. В 2014-м состоялись крупнейшие учения российских ядерных сил, в ходе которых были задействованы все части триады: РВСН, бомбардировочная авиация и флот. Еще годом ранее, в ходе учений "Запад-2013", отрабатывались ядерные удары по странам — членам НАТО.

Так что опасения Мацеревича имеют под собой вполне реальные основания. При этом трудно не увидеть сходства в образе действий Москвы и Пхеньяна: стремительное сокращение базы аргументов делает и РФ, и КНДР слишком зависимыми от ракетно-ядерных козырей, что неизбежно понижает порог их применения не только в качестве инструмента блефа, но и по прямому назначению. В общем, "на каждый ход ответим матом", как шутили советские шахматисты. Вот только в нынешних обстоятельствах от этой шутки веет черным юмором.

Больше новостей о событиях за рубежом читайте в рубрике Мир