• USD 26.4
  • EUR 30.7
  • GBP 36.4
Спецпроекты

Виктор Косаковский: Люди стали машиной для убийства и не заметили, как это произошло

В украинский прокат выходит шокирующий фильм Виктора Косаковского "Гунда"

Виктор Косаковский
Виктор Косаковский / Getty Images
Реклама на dsnews.ua

Виктор Косаковский — один из наиболее известных в мире постсоветских режиссеров-документалистов. Учился в Ленинградском институте киноинженеров, с 1979 года работал на Ленинградской студии документальных фильмов. В 1989 году закончил режиссёрскую мастерскую на Высших курсах сценаристов и режиссёров, ученик Бориса Галантера и Льва Николаева. Он дебютировал с фильмом "Лосев" о последних днях жизни русского философа Алексея Лосева. В 2016 году получил приглашение войти в состав Американской академии киноискусств. В 2018 году на 75 Венецианском кинофестивале представил "Акварель" — первый в истории фильм в формате 96 кадров в секунду. Среди других известных работ — "Беловы" (1993), "Среда 19.07.61" (1997), "Я любил тебя" (2000), "Тише!" (2002), "Свято" (2005), "Да здравствуют антиподы!" (2011).

Впрочем, настоящей международной сенсацией стала новая картина Косаковского – черно-белая "Гунда", снятая в копродукции Норвегии и США. Американскую сторону в качестве исполнительного продюсера представила голливудская кинозвезда, исполнитель роли Джокера в одноименном фильме Хоакин Феникс.

Феникс является вегетарианцем и ревностным зоозащитником, и для него поддержка "Гунды" была принципальной. Ведь единственные герои фильма — животные с фермы: коровы, куры и свиньи. Люди здесь вообще не появляются. Главная героиня — свиноматка Гунда в сопровождении стайки растущих на наших глазах поросят. Каждое животное, появляющееся на экране, предстает как уникальный индивид с индивидуальным характером, с собственным образом действий, с комичными, трогательными или драматическими чертами. Однако финал фильма неизбежно трагичен – ведь за поросятами должен приехать фургон, который отвезет их на бойню.

"ДС" поговорила с Виктором незадолго до украинской премьеры "Гунды".

"ДС" Виктор, вы всегда хотели быть кинематографистом?

В.К. Сначала думал, что пойду в Лесотехническую академию.

"ДС" Почему вдруг?

Реклама на dsnews.ua

В.К. Хотел защищать животных от охотников и лесорубов. С детства ходил в лес фотографировать сначала деревья, потом птиц, потом лягушек, потом змей, потом ондатр, потом белок, потом искал водопады, ходил по каким-то тропам. После 8 класса, в 15 лет, надо было решить: или ты продолжаешь учиться в школе, или уходишь в Лесотехнический и дальше по этому пути. У меня был друг Сергей Иванов. Мы с ним вместе, помню, стояли на проселочной дороге на велосипедах. Надо на следующее утро уже решить: мы продолжаем учебу или уходим из школы. И это была сильная борьба, и я помню этот момент, когда он сказал: "Нет, я все-таки пойду в Лесотехнический", а я сказал: "Я все-таки хочу быть кинооператором". И мы разошлись на этом. Мы и теперь дружим. Он – один из лучших фотографов-анималистов.

"ДС" Кстати, я заметил, что даже в ваших первых фильмах животные являются полноправными персонажами наравне с людьми. А "Гунда" — это фильм только о животных, людей там нет вообще.

В.К. Я считаю, что ошибка допущена уже на первых страницах Библии. Там написан ужас, который не позволяет мне перевернуть эту страницу и читать следующую. Мол, сначала Бог создал свет и тень, твердь, воздух, воду, воздух, растения, животных, а потом поставил человека всем этим управлять. И это меня оскорбляет. Почему мы должны управлять другими жизнями, почему мы имеем такое право? Мы только в прошлом году убили полтора миллиарда свиней. 66 миллиардов кур. Триллион рыб. Почти полмиллиарда коров. Не счесть сколько овец, кроликов, индюков, уток… Мы – машина убийства. Мы не заметили, как это произошло. Мы в прошлом веке убивали друг друга десятками миллионов по всем континентам. Парадокс заключается вот в чем: мы убиваем друг друга так много, что, видимо, как реакция на это наша популяция растет так быстро. Сто лет назад нас было вчетверо меньше. Сто лет назад только 10% жило в городах. Большинство людей в основном ели мясо раз в неделю. А теперь – каждый день. То есть произошли эти 3 незаметных события: резкое увеличение нашей популяции, полная урбанизация – теперь 57% живет в городах, — и все хотят есть мясо. Сейчас средний европеец ест 80-90 кг мяса в год, американец – 100-120. То есть мы должны миллиарды животных убить, заморозить, запаковать, перевезти. Распаковать, распилить, приготовить. Это полная катастрофа.

"ДС" Все настолько плохо?

В.К. Я снимал фильм про воду ("Акварель" — ДС), и у меня на рабочем столе лежали материалы и про воду, и про животных. Люди, которые занимаются водой, не знают статистику людей, которые занимаются животными. А у меня вдруг оказалось на столе и то, и другое. Я сопоставил данные – и ужаснулся. На Земле у миллиарда людей нет доступа к чистой воде. И в то же время есть миллиард коров. И каждая потребляет в минимум в 10 раз больше воды, чем человек. И чтобы ее накормить, мы вырубаем лес и делаем планету еще суше, поскольку лес создает облака. То есть маразм. Поэтому моя трансформация – постепенный уход от человека – с этим и связана.

"ДС" Но ведь искусство изначально ставило человека в центр. Это, если хотите, краеугольный камень.

В.К. Все защищают человека, мол, мы на вершине пирамиды, поэтому и едим мясо, природа так захотела и т. п. А природа тоже создала гриль, сковородки, газовые плиты? У вас нет ни клыков, ни когтей. Если столкнутся лев и буйвол, то буйвол может убить льва. А мы убиваем животных в нереальных количествах. И если люди хотят думать, что мы на вершине эволюции, то надо не забывать, что эволюция не кончилась, она продолжается. Завтра или послезавтра появится другое существо, умнее нас, и наверняка агрессивнее нас — и тогда оно съест нас. Подаст наших детей на праздничный стол. Если мы не одумаемся, так оно и кончится. Мы отличаемся от животных только тем, что мы не самые умные, а самые агрессивные. Изобретаем пытки, концлагеря, "Новичок" и "Бук". Вот чем отличаемся. А звери этого не делают.

"ДС" Вы сейчас живете в Берлине. По сути, вы уехали из России. С чем это связано?

В.К. Это имеет давние корни. Когда началась война в Чечне, я сказал себе: "Мне это напоминает футбольных болельщиков". Если живешь в Питере, то "Зенит" хороший, а "Спартак" плохой. А если живешь в Москве, то наоборот. Но это абсурд! Если бы я родился в Чечне, то непременно воевал бы против русских. То есть факт, что Россия воюет против чеченцев, для меня был ужасен, я просто этого не понимал.

У меня в школе был друг по фамилии Канаев. И все его пинали, обижали: "Канай отсюда". Я не был физически сильным и не мог противостоять этой агрессии, но говорил им: "Ну хорошо, вам повезло. У вас другое имя. Вы Петровы, Ивановы. Мне повезло, у меня аристократическое имя – Косаковский. Но вы же не решали, какую фамилию носить. Вы не знаете, почему родились в семье Петровых. Просто так случилось. Вы могли родиться в семье Канаевых с такой же вероятностью. И тогда бы вам говорили "канай отсюда"". Для меня это бред – когда люди не понимают такой простой вещи. Потому я пытался его защитить, и потом когда началась война, пытался сказать своим соотечественникам: "Что вы делаете?" Но это бесполезно. А теперь они решили поссориться с вами.

"ДС" Вы с такой позицией кажетесь в среде российских интеллектуалов белой вороной…

В.К. Это совсем катастрофа. Я еще могу понять, когда на них кто-то нападает… Для меня то, что случилось в 2014 году – самое тяжелое. Когда я спрашивал моих соотечественников: "Как вы все это терпите, как вы можете во всем этом участвовать?", один мне ответил: "Ну что, клетка просторная, цепь длинная". Раз это так, раз они признают это, согласны с таким устройством государства – то тогда и руководство будет таким, какое оно есть сейчас. Поэтому я прошу прощения у вас, что я недостаточно герой, революционер и не могу драться с моим правительством. А драться приходится даже с близкими друзьями. Когда Навальный голодал, я тоже голодал, когда Сенцов голодал, я тоже голодал. Мне человек, которого я считал другом, позвонил и сказал: "Ты чего за Навального заступаешься? О нем заботятся его американские хозяева". Вот в чем беда. Люди – хорошие люди – могут мне такое сказать, не понимая, что они сами себе придумывают глупейшую отговорку от того, чтобы просто быть людьми.

"ДС" Насчет ваших извинений за недостаточный героизм замечу, что бояться не стыдно.

В.К. Мне стыдно, потому что как мы могли поссориться с Украиной? Как это возможно? Какое более чудовищное преступление можно совершить? Я могу понять, если бы мы вновь поссорились с немцами. Но как мы могли сделать так, что теперь несколько поколений украинцев никогда не простят нас? Самое страшное, что можно совершить. Конечно, война в Чечне – тоже преступление, но война с Украиной – это просто невероятно. Я не смогу никогда это понять.

"ДС" Давайте вернемся к кино. Один из ваших ранних фильмов "Свято" появился в результате крайне любопытного эксперимента: вы не показывали своему новорожденному сыну зеркало в течение двух лет, занавесили все зеркала в доме. А потом показали – и сняли его знакомство со своим отражением. Получилось очень эмоционально. Вопрос такой: он уже во взрослом возрасте пересматривал этот фильм?

В.К. Да. И фильм сильно на него повлиял. И теперь я думаю, что сделал очень правильно, что не показывал ему зеркало 2 года. Теперь психологи пытаются изучать мой метод. Они начинают думать, что я прав, что инфантилизм, свойственный нам всем, особенно последнее время, как раз связан с тем, что мы настолько постепенно осознаем свою личность, что нам потом трудно понять, в чем наша особенность, что я это я, а не кто-то другой. Болезнь инфантилизма связана с потерей границ индивидуальности. Поэтому все больше и больше приглашают меня выступать на научных конференциях – недавно, например, приглашали в Португалию. А сначала меня ругали даже психологи. Я отбивался тем, что зеркало – это новая вещь, сотни тысяч лет люди жили без зеркала.

"ДС" Когда я смотрю "Свято", не могу отделаться от мысли, что сама случайность на вашей стороне. Потому что потрясающая история разворачивается прямо на моих глазах почти без монтажных склеек.

В.К. Я могу снимать фильмы каждый день, знаю это точно. Например, как я решил снимать "Да здравствуют антиподы!"? Был в Аргентине, привез свою ретроспективу. Люди смотрели мое кино, а я решил просто покататься вокруг Буэнос-Айреса по бездорожью. Взял машину и стал гонять кругами без какого-то плана. И вдруг набрел на некое место у воды. На обрыве стоит человек и ловит рыбу. И вижу: его леска идет вниз. И полное зеркальное отражение. И я вижу этот кадр и думаю: "Если продлить эту леску, что будет там, на той стороне?" Я приехал в город, пошел в книжный магазин. Нашел по атласу точные координаты, и оказалось, что это Шанхай. Я позвонил сыну в Питер: "Ты все время хотел в Шанхай поехать? (у него это мечта с детства) Поезжай. Ты должен найти именно это место". Он позвонил оттуда: "Ты мне не поверишь. Это шумная улица и на ней стоит женщина, рыбу продает". И я подумал: "Вот уже есть кино". Земля по большей части занята водой, суши только 20%, и угадать места, где суша здесь и здесь – сложно. Но я нашел. Во всей Европе, например, только Испания – и она припадает на Новую Зеландию. И то же с Африкой – огромный континент – но только Ботсвана падает на Гавайи, а во всей огромной России только район озера Байкал имеет антипод на мысе Горн. В Новую Зеландию я полетел без команды, с простой камерой. Поехал там по берегу вниз и увидел кита, выбросившегося на берег. Он еще был жив. Я его снял, потом звоню своему ассистенту в Германию: "Поезжай в Испанию, вот тебе координаты". Она мне пишет через 2 дня: "Ничего нет, какие-то камни валяются". Я сам прилетел туда. Смотрю: действительно, камень. Но похож на кита! В той же форме, в том же размере. И не заметить, что он похож, невозможно. Но она не заметила, а я — да. А когда я приехал в Африку, то нашел женщину, у которой внезапно дом построен в венецианском стиле, хотя вокруг африканская нищета. Я начал эту женщину снимать – и вдруг стадо слонов прошло мимо меня. Один подошел прямо к камере. Я вижу его кожу во весь кадр и думаю: "Зачем мне это надо?" Но когда перелетел вокруг Земли, то оказалось, что лава, застывшая на Гавайях, выглядит как кожа слона.

Вот это к вопросу о случайностях, которые ты не можешь прописать в сценарии, не можешь придумать. То есть случайности есть – но их не видят, а я, к счастью, вижу, имею такую способность.

"ДС" "Гунда" тоже появилась случайно?

В.К. По сути, да. В 1997 году на Берлинале мне дали за "Среду" приз ФИПРЕССИ. Была пресс-конференция и меня спросили: "Если бы у тебя были все деньги мира, что бы ты снял?" — "Фильм "Троица"". – "Религиозный?" — "Нет, не про мифологическую троицу, а про реальную, без которой большинство людей не может обходиться. Про свиней, коров и куриц". Тогда, конечно, надо мной посмеялись, никто не воспринял всерьез. Мне потребовалось 20 лет, чтобы найти деньги на эту картину. Я уже потерял надежду и начал снимать совсем другое кино, комедийный про детей в интереснейшей семье музыкантов. Все было хорошо, но потом у нас разладились отношения, и пришлось останавливать фильм. И мне следовало вернуть деньги, которые мне дали на разработку проекта. И я сказал своему продюсеру: "Нельзя ли заменить этот сценарий просто?". И рассказал ей про "Троицу". И она оказалась первой, кто мне сказал: "Я не понимаю, но если ты приедешь и мне покажешь, можем попробовать". На первой же ферме мы открыли дверь и увидели 20 свиноматок. И Гунда подошла ко мне сама. И я сказал продюсеру: "Смотри, как она смотрит. Мы нашли нашу Мерил Стрип!" Продюсер рассмеялась. Но дала зеленый свет.

"ДС" Как проходили съемки?

В.К. Когда я понял, что Гунда – мой человек, то решил, что снимаю о ней фильм. Она через месяц должна была рожать. Я спросил: "Где она будет рожать?" Мне показали ее сарай. Я задумал выстроить такой же сарай, но с возможностью, чтобы камера и люди были снаружи, а мой объектив — внутри, и чтобы объектив мог на 360 градусов двигаться. Продюсер рискнула и нашла людей, которые это построили для меня. И потом за неделею до родов Гунду переселили. Она там быстро освоилась, построила гнездо из сена.

"ДС" Хорошо, с вами у нее был контакт, но вы же с целой группой. И наверняка все еще усложнилось, когда появились поросята.

В.К. Главной задачей было приходить каждое утро до рассвета, чтобы когда она просыпалась, а я уже был там. И когда родились дети, мы тоже присутствовали. Вот они просыпаются, например, в 8 утра, а мы приходим в 4 и ждем. Чтобы они, проснувшись, сразу видели нас. Так что они уже воспринимали нас как привычную часть мира. Только когда они укладывались спать, мы уезжали в гостиницу. Конечно, "Гунда" для меня был счастливым фильмом.

"ДС" Почему?

В.К. Потому что люди менялись. Моя группа, когда вечером приезжали в гостиницу, замечаю – они один за другим смотрят в меню: "А нет ли у вас чего-то вегетарианского?" Удивительное превращение. Но, конечно, завораживало наблюдение над нашими персонажами. Как поросята способны шутить друг над другом, сострадать друг другу. Я снял очень мало. У меня с детства, когда было мало пленки, сложился такой рефлекс: если я запустил камеру, значит, это важно. В тех же "Беловых" не было много пленки, что означало, что любая съемка важна. "Гунда" длится полтора часа, а снял я всего 6 часов.

"ДС" С учетом того, что для среднего документального фильма снимают десятки, если не сотни часов материала, это удивительно мало.

В.К. Потому что у меня такая дисциплина. Я не мог дать все в кадр, потому что люди не смотрят длинные фильмы. Я бы мог и 6 часов сделать вполне. Без голоса, без пояснений. Никто не верил и в полтора часа, пока не произошел первый показ. Тем более черно-белый фильм – сложно убедить людей. Все боялись. Но я сделал для дистрибьюторов и продюсеров показ: разделил экран напополам. На одной стороне черно-белая картинка, на другой – те же кадры в цвете. И спросил: "На какую сторону вы смотрели?" — "О, ты прав, на черно-белую!" — "Знаете, почему? Потому что на цветной вы видите милых поросят. А на черно-белой у каждого из них вы видите глаза. Сразу. Вы видите, что каждый из них прекрасный и особенный". То есть если у нас есть душа, то точно нельзя не заметить, что и у них она есть.

"ДС" Фильм заканчивается для поросят трагически: их забирает мясник. А как сложилась судьба Гунды?

В.К. Когда про нее стали писать все газеты мира, журналисты стали прилетать и искать эту ферму – хозяйка фермы сказала: "Она такая знаменитая, ее нельзя убить!" Я регулярно ее навещаю. Могу даже пропустить фестиваль или премьеру, потому что у меня запланирована встреча с Гундой. Кстати, я же хотел назвать фильм "Мои извинения". Потому что понимал, что не могу изменить людей, и я извиняюсь перед животными.

"ДС" Люди горды… Уже вот и на Марс собрались.

В.К. Я желаю Илону Маску не брать и не привозить на Марс ничего, кроме одной вещи — эмпатии. Если мы полетим туда без эмпатии, без сочувствия к другим, то мы и Марс уничтожим, как уничтожаем Землю.

    Реклама на dsnews.ua