• USD 28.4
  • EUR 33.3
  • GBP 36.8
Спецпроекты

Наблюдение без наблюдателей. Почему новое перемирие не увидит никто

По данным источников "ДС" в ОРЛО, уже в ближайшее время офис СММ ОБСЕ в оккупированном Луганске де-факто прекратит свое существование, а его сотрудники переедут в Северодонецк

Фото: УНИАН
Фото: УНИАН
Реклама на dsnews.ua

В обзоре "ДС" — главные события за последние семь дней, произошедшие на территории оккупированных районов Донбасса

Подозрительный ТКГ- успех

Центральное событие недели, а то и последних месяцев, связанное с оккупированными территориями Донетчины и Луганщины, произошло поздно вечером 22 июля во время очередного заседания Трехсторонней контактной группы в режиме видеоконференции. Офис президента Владимира Зеленского, распространив на своем сайте краткую информацию о результатах переговоров, был вообще особо оптимистичен, что отразилось даже в самом заголовке официального сообщения — «Прорыв в Минском процессе: в ТКГ достигли соглашения о полном и всеобъемлющем прекращении огня на линии разграничения с 27 июля».

Правда, широкую украинскую общественность изначально насторожила фраза из вышеупомянутого пресс-релиза Банковой о том, что «стороны при посредничестве ОБСЕ договорились о применении мер по усилению режима прекращения огня до полного урегулирования международного вооруженного конфликта на территории украинского Донбасса». Ну а заявление Зеленского относительно его ожиданий подписания соглашения о прекращении огня лидерами стран «нормандской четверки» не прояснило, а скорее лишь запутало реальную ситуацию с грядущим перемирием.

Когда же спецпредставитель действующего председателя ОБСЕ в Украине и в ТКГ Хайди Грау уточнила, что именно подразумевается под «дополнительными мерами по усилению режима прекращения огня», достигнутая в минском формате прорывная перемога стала все больше смахивать на банальную зраду. Ведь речь идет и о запрете на применение любого огня, который можно открывать только после соответствующего разрешения высшего командования. И о запрещении наступательных и разведывательно-диверсионных действий, включая использование любых видов летательных аппаратов. Ну и, наконец, в «дополнительных мерах» черным по белому записано «эффективное применение дисциплинарных мер за нарушения режима прекращения огня», что многими трактуется не иначе как одностороннее «связывание рук» украинских армейцев в зоне ООС.

«Прорывные» споры

Спасать реноме официального Киева в глазах внутриукраинской аудитории пришлось не абы кому, а лично Верховному представителю Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозепу Боррелю, который 23 июля сделал по этому поводу специальное заявление. В нем он, во-первых, «приветствовал последние решения, принятые во время встречи Трехсторонней контактной группы относительно дополнительных мер по прекращению огня с 27 июля». Во-вторых, «подчеркнул необходимость прогресса в выполнении мероприятий, согласованных в Нормандском формате во время саммита в Париже в декабре 2019 года». А, в-третьих, «подтвердил ожидания ЕС относительно взаимности со стороны России в поддержке усилий Украины в полном выполнении Минских договоренностей, а также на то, что Россия использует собственное влияние на вооруженные формирования, которые поддерживает». Проще говоря, ни о каком «прорыве в Минском процессе» глава европейской дипломатии упоминать не стал, и вся риторика Брюсселя, в принципе, сохранила те же фигуры речи, что и прежде.

Реклама на dsnews.ua

Впрочем, если спуститься с абстрактных дипломатических вершин к практической фронтовой реальности на Донбассе, то следует констатировать один неприглядный факт. А именно: за последние шесть лет российско-украинской войны формулировка «минская договоренность о всеобъемлющем перемирии» откровенно приелась и уже давно практически всеми рассматривается максимум как надежда на некое снижение интенсивности боевых действий, причем в весьма непродолжительный период времени, а не в качестве какого-то «прорыва».

Кстати, у команды нынешней украинской власти уже был соответствующий опыт «прорывных» разочарований. Год назад на заседании ТКГ было договорено о так называемом «хлебном» перемирии с 00:01 21 июля, ставшем 21-м по счету за все время войны. И в какой-то мере соблюдалось это «полное прекращение огня» только считанные сутки. Зато к осени (то есть через месяц с небольшим после наступления «хлебного» перемирия) сугубо военная эскалация в зоне ООС вообще достигла пика за полгода.

Наблюдение без наблюдателей

И тут мы подходим к одному ключевому вопросу: так кто же будет следить за круглосуточным соблюдением «режима тишины» на Донбассе? Казалось бы, ответ очевиден и прост – Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ, международные наблюдатели которой вот уже более шести лет днюют и ночуют по обе стороны линии разграничения. Чтобы, как сказано на официальном сайте ОБСЕ о задании СММ, «беспристрастно и объективно наблюдать и отчитываться о ситуации в Украине, а также способствовать диалогу между всеми сторонами конфликта».

В марте этого года мандат «глаз и ушей мирового сообщества на Донбассе», как часто называют СММ ОБСЕ в Украине, был продлен до 31 марта 2021-го, а бюджет миссии даже увеличили на 10% — до порядка 110 млн евро. Правда, дополнительные 10 млн евро пойдут не столько на набор новых наблюдателей (до следующей весны в СММ добавят еще 34 сотрудника, доведя общую численность миссии до 825), сколько на увеличение сегмента наблюдений за счет современных технологий – беспилотников и видеокамер. То есть еще на старте карантинных ограничений в связи с коронавирусной пандемией в ОБСЕ решили переходить к формату «наблюдения без наблюдателей», беспокоясь о здоровье своих подопечных на фоне непонятных никому масштабов COVID-19 на оккупированной части Донбасса.

Между прочим, именно коронавирус стал поводом для российских оккупационных администраций как в ОРДО, так и в ОРЛО максимально ограничить передвижение наблюдателей ОБСЕ через линию соприкосновения и даже между квазиреспубликами, требуя от них в противном случае «соблюдать двухнедельную самоизоляцию». В итоге те патрули, которые заворачивались оккупантами на блокпостах боевиков, вынуждены были возвращаться на свои базы в Краматорске и Северодонецке. А донецкий и луганский офисы СММ оказались, по сути, отрезанными от внешнего мира.

Так что рано или поздно нужно было что-то решать, и решение, судя по всему, таки принято. По данным источников «ДС» в ОРЛО, уже в ближайшее время база ОБСЕ в Луганске де-факто прекратит свое существование, а ее сотрудники попросту переедут в Северодонецк. Есть все основания предполагать, что такие же чемоданные настроения в связи с грядущим переездом в Краматорск сейчас царят и в офисе СММ в Донецке.

Таким образом следить за действиями «ихтамнетов» в оккупированных районах Донетчины и Луганщины вскоре, возможно, будут разве что с помощью ранее расставленных наблюдателями ОБСЕ камер наблюдения, которые в любой момент можно обесточить, а то и вообще разбить. Запущенные же с контролируемой Украиной территории БПЛА международных наблюдателей оккупанты, вероятно, будут нещадно сбивать, «спутав» якобы с беспилотниками ВСУ, запрет на что четко прописан в «дополнительных мерах по усилению режима прекращения огня».

    Реклама на dsnews.ua