Уставшие, но не сломленные. Как изменилось эмоциональное состояние украинцев за годы войны (социсследование)

Социологическая компания "Нью Имидж Маркетинг Груп" при поддержке "Деловой столицы" 6–12 октября провела очередной всеукраинский опрос. Опросили 1200 респондентов, погрешность не превышает 2,9%. Среди основных тем — физическое и психоэмоциональное состояние украинцев.

Усталость в числовом измерении

Предыдущий опрос с аналогичными вопросами проводился три с половиной года назад, в мае 2023 года. Мы все помним, какими высокими были тогда общественные ожидания: контрнаступление, кофе в Ялте и так далее. Сейчас все иначе: надежды на скорую победу давно рассеялись, общество осознает, что идет война на истощение. А в дополнение ко всему этому — многократно усилившийся российский ракетно-дроновый террор.

Разумеется, на пятом году полномасштабной войны украинцы испытывают очень сильную усталость. Но психологического надлома, на который рассчитывает Кремль, нет.

По сравнению с маем 2023 года доля респондентов, оценивающих свое физическое состояние на 4–5 баллов по пятибалльной шкале, снизилась с 39 до 24%, на 3 балла — выросла с 46 до 50%, на 1–2 балла — с 15 до 26%. Средний балл упал с 3,27 до 2,96.

Эмоционально-психологическое состояние украинцев хуже физического. По сравнению с маем 2023 года доля респондентов, оценивающих свое эмоционально-психологическое состояние на 4–5 баллов, снизилась с 29 до 22%, на 3 балла — выросла с 42 до 44%, на 1–2 балла — с 29 до 34%. Средний балл упал с 2,96 до 2,82.

Иными словами, за три с половиной года самоощущение несколько ухудшилось. Иначе и быть не могло после стольких лет войны на истощение. Но, если честно, можно было бы ожидать гораздо худших показателей.

Люди устали — но одновременно и привыкли, приспособились к войне. Да, это ужасное привыкание. Гибель жителей тыловых городов в результате вражеских обстрелов стала обыденностью. Но вместо паники включилось упрямство: мы выстоим. И еще, конечно, помогает естественная человеческая привычка надеяться на лучшее.

Оптимисты по-прежнему преобладают

Разобраться в этом нам помогут еще два вопроса: о текущих эмоциях (которые описывают настроение на протяжении последнего месяца) и об эмоциях и настроениях насчет будущего. Респонденты могли выбрать до пяти вариантов ответа. Мы сосредоточимся на двух поединках: между ожиданием улучшений и ожиданием ухудшений, а также между надеждой и безнадежностью.

Доля тех, кто отнес ожидание улучшений к числу своих основных текущих эмоций, по сравнению с маем 2023 года упала с 48 до 32%, в то время как ожидание ухудшений выросло с 12 до 24%. Аналогичным образом надежда снизилась с 44 до 31%, а безнадежность, напротив, выросла с 17 до 25%.

Но, как видим, оптимисты все еще преобладают над пессимистами, хотя разрыв между ними значительно сократился (с 27–36 до 6–8%).

Если же человек переключается с текущих эмоций на взгляд в будущее, картина оказывается более спокойной. Доля тех, кто отнес ожидание улучшений к числу своих основных эмоций и настроений насчет будущего, по сравнению с маем 2023 года сократилась с 58 до 50%, в то время как ожидание ухудшений выросло с 14 до 18%. Аналогичным образом надежда снизилась с 59 до 47%, а безнадежность увеличилась с 15 до 22%.

Однако теперь, когда респонденты смотрят не на прошедший месяц, а в будущее, преимущество оптимистов оказывается более убедительным и прочным. Хотя разрыв между ними и пессимистами сократился (с 44 до 25–32%), оптимисты все же по-прежнему более чем вдвое превосходят пессимистов по численности.

С одной стороны, это свидетельствует о значительном запасе психологической прочности украинцев. С другой — и это, пожалуй, главное, — о том, что подавляющее большинство украинцев воспринимают отпор российской агрессии как свою собственную войну. Если бы для них это была чужая война, общественные настроения были бы совершенно иными.

Страхи против проблем

Пожалуй, наиболее интересный материал для сравнительного анализа дают вопросы о проблемах и страхах. Проблема — это то, что мешает мне сейчас, а страх — это нечто иное, то, что создает для меня угрозу в будущем.

Отвечая на вопрос "Что беспокоит вас больше всего в настоящее время?", респонденты могли выбрать до двух вариантов ответа. На первом месте с большим отрывом оказались массированные ракетно-дроновые удары — 42%. На втором месте коррупция — 32%. Далее идут ситуация на фронте (25%), непрофессионализм и некомпетентность власти (24%), деятельность ТЦК (21%). А за ними — еще пять вариантов.

Кажется, украинцы получили полный комплект стимулов к капитуляции: вот вам бесконечные российские воздушные атаки, вот вам коррумпированная и дилетантская власть, вот вам незаконные методы ТЦК. Что вам еще нужно, чтобы вы сдались?

Но тут украинцы переключаются с текущих проблем на свои страхи насчет будущего. И выясняется, что именно капитуляция и есть самый большой страх. Более сильный, чем страх перед российскими ракетами и ненасытной властью.

Отвечая на вопрос "Что вызывает у вас наибольший страх?", респонденты могли выбрать только один вариант ответа. То есть один страх, который сильнее всех остальных.

Первые два места заняли поражение в полномасштабной войне (25%) и обстрелы (23%). Далее, с большим отставанием, идут "авторитаризм (установление диктатуры или ограничение прав и свобод в Украине)" и коррупция (по 12%), несправедливый мир (7%). А за ними — еще четыре варианта.

Итак, поражение в войне и несправедливый мир в сумме набрали 32%, авторитаризм и коррупция власти — 24%, российские обстрелы — 23%. Причем среди тех, кто назвал своим самым большим страхом авторитаризм и коррупцию, многие выбрали именно эти варианты потому, что считают авторитаризм и коррупцию власти одними из главных факторов, усиливающих угрозу поражения в войне и несправедливого мира.

В итоге мы видим стойкость украинцев. Стойкость вопреки яростным вражеским обстрелам и злоупотреблениям собственной власти.

Стабилизация негатива

Своеобразным проявлением этой стойкости стала определенная стабилизация негативных оценок.

Респондентов просили оценить направление развития событий в Украине. Аналогичный вопрос задавался год назад, в ноябре прошлого года.

Доля тех, кто считает, что события развиваются в неправильном направлении, немного сократилась — с 46,5 до 41,5%. А доля тех, кто дал противоположную оценку, немного выросла — с 35,5 до 37%.

Это не означает, что отношение к власти улучшилось или появились новые иллюзии. Просто украинцы видят, что страна уже пятый год полномасштабной войны, несмотря ни на что, выруливает и не собирается скатываться в пропасть. Но и вырваться из кружения вокруг пропасти пока тоже не может.

Поэтому оценки и разделились примерно поровну. Половина считает, что мы движемся в правильном направлении, поскольку не скатываемся в пропасть. Другая половина считает наше направление неправильным, поскольку мы не вырываемся из кружения вокруг пропасти. Обе половины по-своему правы.

Мы не можем заставить Россию прекратить войну. И сменить власть тоже не можем. Поэтому мы вынуждены сохранять стойкость и держаться.