• USD 27.6
  • EUR 33.5
  • GBP 38.9
Спецпроекты

Размер не помеха

Реклама на dsnews.ua
Пока ведутся дискуссии о том, сколько банков должно быть в Украине и нужны ли малые финучреждения, количество последних растет. Так будет до тех пор,

Пока ведутся дискуссии о том, сколько банков должно быть в Украине и нужны ли малые финучреждения, количество последних растет. Так будет до тех пор, пока не изменятся условия ведения бизнеса в стране.

Когда Николай Толмачев, генеральный директор компании «ТММ» в середине 1990-х стал наращивать мощь своей строительной империи, одним из первых его шагов стало… приобретение банка. В 1997-м он купил маленький Нэвикон-Банк, впоследствии переименованный в ТММ-Банк.

В 1998-м, когда грянул финансовый кризис, бизнесмен сполна оценил стратегическую ценность своего приобретения. В отличие от многих других компаний, деньги его бизнеса в банках не «зависли», а сама компания не стала объектом активности рейдеров. Спустя 13 лет Николай Толмачев по-прежнему большинство расчетно-кассовых операций проводит через свой банк.

«При попытке недружественного поглощения действия обслуживающего банка для любой компании — это проблема. В такой ситуации безопасность может гарантировать только собственный банк. Это всегда защита», — считает Николай Толмачев, генеральный директор компании «ТММ» и собственник малого ТММ-Банка. Схожих взглядов придерживаются многие владельцы крупного бизнеса.

Средство личной обороны
Малые банки присутствуют во многих развитых экономиках мира. Но там они, в отличие от Украины, работают в сегменте private banking, т. е. обслуживают узкий круг частных лиц, владельцев крупных капиталов либо оказывают услуги исключительно на региональном уровне (так называемые местные или городские банки).

Большинство из 115 украинских банков, официально именуемых малыми (относящихся по классификации НБУ к IV группе), описанным критериям не соответствуют. Львиная доля их позиционируют себя как «универсальные», т. е. оказывающие широкий спектр банковских услуг по всей стране. Многие из них создавались еще при УССР как кооперативные банки, «дочки» комсомольских организаций или филиалы банков с российским капиталом. Активный рост и расширение присутствия на рынке банковских услуг в планы этих финучреждений не входило: спустя десятилетия большинство из них по-прежнему невелики.

Реклама на dsnews.ua

Что, впрочем, нисколько не смущает их владельцев. Ведь банки они создавали с вполне понятной целью: обслуживания финансовых интересов других своих бизнес-активов. На заре 1990-х доверять эту щепетильную заботу людям «на стороне» было опасно. Спустя два десятилетия многие из тех, кому удалось сохранить и приумножить свое состояние, по-прежнему не готовы полностью доверить управление денежными потоками своих бизнесов сторонним финансистам.

«Корни малых банков кроются в недоверии бизнеса друг к другу — и только благодаря этому фактору IV группа банков (малых — прим. «ВД») может не только не уменьшаться, а увеличиваться», — резонно замечает Анатолий Дробязко, долгое время проработавший советником главы НБУ и имеющий опыт управления небольшими финучреждениями (подробнее — см. блиц-опрос, стр. 26). Для сравнения: за девять лет доля малых банков в Украине фактически не изменилась: 65% в 2010-м против 64% в 2002 г.

Крепкий орешек
Наличие в группе собственного банка — дополнительная защита для бизнеса, утверждают собеседники «ВД». Владельцы крупных компаний в приватных беседах убеждали корреспондентов «ВД», что благодаря такому активу они снижают вероятность некорректного обращения с их собственностью как со стороны наемных топ-менеджеров, так и контролирующих органов. К примеру, наемный топ-менеджер промышленной группы размещает деньги на депозите в неком банке.

Собственник группы не знает, какую личную выгоду извлекает менеджер от такого шага и насколько взвешенным с точки зрения доходности и риска было решение о выборе банка. Когда депозит размещается в собственном банке, акционеры знают, что топ-менеджеры не получают никаких личных выгод за выбор банка. Также собственный банк обеспечивает безопасность с точки зрения арестов счетов и платежных требований, что, в условиях непрозрачности и запутанности бизнесов большинства групп, является весьма ценным качеством.

«Свой банк сделает все, чтобы защитить интересы своей компании при рассмотрении запросов от исполнительной службы, аресте по решению суда или проведении выемки по постановлению следователя. Если крупный банк в случае получения запроса от органов в первую очередь сделает все так, чтобы обезопасить себя, то кэптивный («карманный» — прим. «ВД») банк будет защищать своих акционеров и клиентов», — говорит Павел Крапивин, первый заместитель председателя правления банка «Контракт».

При попытке же рейдерского захвата компании ее акции могут быть переданы хозяевами в залог своему же банку. Собственное финучреждение проведет быстрее операцию во времена смуты (что показали события кризисов 1998-го и 2008-го) и, в случае необходимости, окажется более лояльным и активным участником в схемах налоговой оптимизации.

Мал, да удал
Зачастую, говоря о тех или иных малых банках, в приватных беседах финансисты используют слово «мойка», подразумевая, что упомянутые структуры задействованы в схемах оптимизации налогообложения. И этот аргумент чаще всего приводят те, кто выступает за укрупнение украинской банковской системы. Мол, из-за таких некорректных действий страдает репутация всего финрынка.

«В консолидации банковской системы заинтересованы крупные и ино­странные банки, так как ужесточение правил игры для небольших украинских финучреждений позволит им поглощать маленьких конкурентов и получить доступ к новой клиентуре. Для них это заход в ниши, в которые крупные банки никогда не заходили, а именно — обслуживание крупных компаний, под которые ранее акционеры создавали собственные банки», — говорит Виталий Шапран, член Украинского общества финансовых аналитиков.

Дискуссии о судьбе малых банков ведутся в финансовых кругах уже лет десять. Всплески активности происходят каждые два-три года, когда НБУ сообщает о своих планах повысить требования к капиталам банков, тем самым сделав их крупнее. Свои действия регулятор мотивирует повышением стабильности системы. «Увеличение уставного капитала поспособствует повышению ответственности акционеров за финансовое состояние банков и заставит собственников рисковать прежде всего своими средствами, а не деньгами граждан», — убежден Сергей Круглик, глава департамента внешнеэкономических отношений НБУ.

Сценарий разыгрывается, как правило, один и тот же: заявление НБУ, за которым следует бурная реакция Ассоциации украинских банков, обсуждение темы в СМИ, затем формализация планов НБУ. В финале страсти утихают, потому как требования к капиталу повышаются, но до отметки, устраивающей большинство «малышей». Иными словами, всем участникам, среди которых немало власть имущих, удается договориться.

Ярким подтверждением этого сценария является принятие закона, предусматривающего повышение требований к минимальному размеру уставного капитала банков. Документ авторства трех ключевых нардепов от ПР — Рината Ахметова, Юрия Воропаева и Александра Вилкула — пылился в стенах парламента с 2007-го. По инициативе НБУ в него была внесена правка, повышающая требование к размеру уставного капитала до 500 млн грн.

Но когда законопроект в декабре 2010-го извлекли на депутатский суд и вынесли в зал на голосование, то, несмотря на представительский авторский состав, голосование по документу дважды переносилось. На голосовании 15 февраля с. г., когда цифра в 500 млн грн. была заменена на вполне подъемные 120 млн грн., а владельцы финучреждений получили пятилетнюю отсрочку на «закачку» денег в «уставники» банков, зал 230 голосами поддержал инициативы уважаемых господ (Закон «О внесении изменений в некоторые законы Украины (относительно деятельности банков)» №0884 президент подписал 11 марта с. г.).

«Технологически это не может быть проблемой для собственников. Финансовый рынок вырос, даже средний строительный проект измеряется в десятках миллионов гривен! У каждого владельца должны быть 120 млн грн. Если у него нет 120 млн грн., чтобы нарастить капитал, значит, собственник банка — банкрот», — убежден Александр Охрименко, председатель наблюдательного совета банка «Центр».

Дети Плутоса
Как плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, так плох и тот руководитель малого банка, который не мечтает увеличить масштаб деятельности возглавляемого им учреждения. По такому пути пошли владельцы крупнейших ФПГ, выведя свои банки на новый уровень. Среди существующих малых банков у них есть последователи, у которых, впрочем, есть все те же «плечи».

Так, банк «Клиринговый дом», относящийся к интересам Ивана Фурсина и Дмитрия Фирташа, еще в 2003 г. занимал 78 позицию с активами в 144 млн грн. К 2011 г. этот банк нарастил активы в 24 раза — до 3,49 млрд грн., войдя в группу средних. «Мы развиваем сеть, в планах — открытие отделений в Харькове, Днепропетровске, Одессе, Симферополе и других городах. Если мы не будем увеличивать капитал, мы не будем развиваться и не сможем выйти на новый уровень», — говорит Валентина Арбузова, председатель правления Всеукраинского Банка Развития.

Банков-«малышей», лелеющих подобные амбициозные планы, по понятным причинам, единицы. Некоторые пытаются реализовать их в усеченном варианте — стремясь стать лидером в сегменте предоставления той или иной услуги. К примеру, ЭрДэ Банк в качестве приоритета выбрал инкассацию. По словам Вячеслава Балана, директора департамента перевозки валютных ценностей и инкассации ЭрДэ Банка, с 2008-го, когда финучреждение вышло с соответствующей услугой на рынок, оно нарастило парк спецавто до 60 машин и вошло в топ-10 банков по инкассо наряду с такими гигантами, как Райффайзен Банк Аваль (с автопарком в более 300 авто).

Банкиры, опрошенные «ВД», отмечают усиление позиций банка «Национальные инвестиции» на рынке проведения валюто­обменных операций, а Агрокомбанка — в сфере предоставления банковских гарантий. На работе с турфирмами в части предоставления гарантий специализируются банки «Контракт» и «Старокиевский».

Однако многие финучреждения из когорты «малышей» даже после повышения планки к капиталу продолжат свое тихое существование, а их имена будут известны разве что представителям финансового сообщества. Скорого укрупнения системы, о котором так любят говорить на публике чиновники и эксперты, не будет.

Автор «Божественной комедии» Данте Алигьери сделал охранником четвертого круга подземного царства Плутоса — древнего бога богатства. Главной ролью, отведенной маленьким банкам, остается сохранение богатства своих акционеров. Просто потому, что среда, в которой развивается украинский бизнес, — недружественная. И помощником в этой недружественной среде всегда будет оставаться свой небольшой банк.

    Реклама на dsnews.ua