• USD 26.7
  • EUR 31.4
  • GBP 36.9
Спецпроекты

Форева онли рок-н-ролл. 5 лучших альбомов независимой Украины

В первые годы независимости украинскую сцену с приставками «рок» и «поп» отличали крайне ценные и почти утраченные в наше время качества – пьянящее чувство новизны, жгучего желания показать и доказать, а также вполне оправданное чувство собственного если не превосходства, то уж точно уникальности

Фестиваль "Червона рута" стал настоящим взрывом для украинской музыкальной сцены
Фестиваль "Червона рута" стал настоящим взрывом для украинской музыкальной сцены
Реклама на dsnews.ua

Ноты, издаваемые украинскими музыкантами еще не смешались в общемировом потоке – музыка, уже не говоря о шоу-бизнесе, развивалась по своим местным законам. А то, что мы, положа руку на сердце, опаздывали от мировых тенденций лет на пять, а то и на все десять, только придавали этой музыке особый вкус. Мы вспоминаем 5 знаковейших альбомов, выпущенных в независимой Украине – именно альбомов, поскольку речь идет о том времени, когда украинцы в своем большинстве еще покупали диски и кассеты, а не скачивали отдельные треки из интернета. И это не просто ностальгические воспоминания.

Брати Гадюкіни «Всьо чотко!» (1989-1996)

У «Братів Гадюкіних» получалось быть абсолютными уникумами и выделяться из десятков коллег по сцене даже в то предельно эксцентричное время, какими были конец восьмидесятых и первая половина девяностых на молодой украинской сцене. И дело даже не в самом сценическом образе покойного фронтмена и вокалиста группы, гениального Сергея «Кузи» Кузьминского – болезненная бледность, неизменные темные очки, дешевая «ионика» наперевес вместо гитары, лексика и акцент жуткого «рагуля»… Дело было в самих песнях, написанным Кузей, и лирических героях этих многочисленных шедевров – а героем был чаще всего тот самый чувачок из сельской местности, и хоть Кузя и пел от его имени, собственное неиссякаемое чувство юмора и ироничность запредельно высокой пробы выдавали с головой как отношение автора к его герою, так и к окружающей их обоих повседневной действительности.

Сама музыка тоже была нехарактерна для тогдашней украинской рок-сцены – группа пыталась играть блюз-рок, вдохновляясь прежде всего авторитетами вроде «Rolling Stones». С годами у группы получалось все лучше – и своего исполнительского пика «Гады» достигли примерно на альбоме «Було не любити» 1994-го. Но все-таки, что касается высокой концентрации всенародно любимой хитовой классики, то здесь лидирует дебют 1989-го года «Всьо Чотко!». Выделить, правда, хочется именно перезаписанную в конце 1995-го версию для выпуска на компакт-диске – как исполнение, так и звук там непомерно лучше, чем на оригинальной «кассетной» версии.

И еще раз о самих песнях – никто, решительно никто не писал таких законченных историй в песнях, как Кузя. По сути, сюжет каждой из них ( да, в песнях был сюжет, была история – и сейчас умение писать такие песни-повествования практически утрачено) можно было раскрутить до средних размеров рассказа. Это касается и «Наркоманів на городі», и «Звьоздочка моя», и «Арівідерчі, Рома», и особенно трагикомичной драмы с налетом эротики о зловещем наследии Второй мировой в Карпатах, песни «Ой, лихо». Были на альбоме и истинно лирические моменты, вроде «Міську, вважай!» — но эта песня не являла собой любовную историю, как еще один хит, «Приїдь до мене у Мостиська». «Міську, вважай!» — захватывающий дух шедевр о жажде жизни, упоенностью мелькающими перед глазами городскими буднями и предчувствии того, о чем нет желания говорить простыми словами. В этом треке – как и в альбоме в целом – есть тот самый живой нерв, который и превращает обычный песенный материал в непреходящую классику.

Ірина Білик «Так просто» (1996)

Реклама на dsnews.ua

Когда-то Ирина Билык была амбициозной девушкой, способной написать мелодичные и превосходные в своей простоте и внятности песни. Эти песни могли напевать, мурлыкать и насвистывать все – от детворы до пенсионеров, от школьниц и их прыщавых парней, не признающих ничего, кроме самой оголтелой попсы до каких-нибудь рокеров среднего возраста ( хоть последние в этом и никогда не признаются). Да, именно так — этот альбом был и есть классическим примером того, что в английском языке называется «guilty pleasure». То есть являет собой некое удовольствие, не то, чтобы совсем уж запрещенное, но вот когда человек, обремененный слишком изысканным вкусом или просто комплексами, доставляет себе эту самую радость, то чувствует себя при этом несколько виноватым. Как вафельный торт со сгущенкой или фильм «Титаник».

Да, с первого взгляда это была просто попса. Но потом даже чересчур требовательный слушатель замечал удивительно яркую гитарную линию то здесь, то там, ласкающие слух партии клавишных или просто нетривиальный гармонический ход. Если бы Билык родилась лет на 10-15 раньше, в Штатах или в Англии, быть было ей кем-нибудь вроде Кейт Буш или Сьюзан Веги, автором-исполнителем собственных песен, когда нужно эксцентричным, когда нужно скромным. Но Билык была тем, кем была в Украине середины и конца девяностых – ярчайшим автором прелестных и бодрых песенок в несколько аккордов вроде «Так просто» ( а слабо сейчас кому-нибудь сочинить хотя бы такую, казалось бы, безделушку?) или душещипательных, старающихся казаться невинными мелодрам вроде «Дощем» и «Франсуа». На последний хит примерно в то же время потрясающе издевательский кавер сделала культовая львовская группа «Мертвий півень» — те самые испорченные изысканным вкусом интеллектуалы, явно испытывавшие невероятное «guilty pleasure» от прослушивания песен Билык.

Скрябін «Казки» (1997)

История «Скрябіна» делится на два разительно отличающихся периода. Это, собственно, «старый «Скрябін» девяностых годов, когда помимо всеми сейчас любимого и до сих пор искренне оплакиваемого Кузьмы, в состав группы входили Сергей «Шура» Гера и Ростислав Домишевский — и «Скрябін» в новом веке. История «нового «Скрябіна» началась тогда, когда Кузьме надоело быть маргиналом-бессребреником — он распустил старый состав и сменил музыкальный курс на гораздо более приемлемый для самой широкой публики.

Альбом «Казки» — это лучшее, что было в том самом, теперь уже почти мифическом «старом» варианте группы. На своем предыдущем релизе, альбоме «Птахи», коллектив в плане аранжировок шел в ногу с клубной европейской модой середины девяностых, и выдавал ровный, как каток, техно-продукт. Теперь же, после успеха «Птахів», когда песни группы стали крутить по радио и ТВ, а пиратские кассеты на базарах страны стали активно раскупаться «продвинутой» молодежью, Кузьма с коллегами решили вернуться к собственным корням. А корни глубоко уходили в английский и польский пост-панк, а также «синти-поп» и «новую романтику» начала и середины восьмидесятых. Так появились те самые знаменитые и любимые в сравнительно узких кругах «украинские Depeche Mode», единственные и неповторимые «новые романтики» 90-х «Скрябін». В самом деле, очаровательно мелодичный, атмосферный пост-панк и «синти-поп» с отличными украинскими текстами звучал как минимум интересно и интригующе. Ну а разумная толика депрессивности и дождливой смури в песнях привлекали романтичных подростков, как ничто другое в украинской музыки того времени. В песнях «Казок» с избытком содержалось все, что было нужно молодому человеку непростых 90-х от музыки – истории о трагической и несчастной любви, тотальном непонимании отдельно взятой личности окружающим миром, рассуждения о смерти, поданные так трогательно наивно и искренне, будто никто и никогда еще не удосуживался задумывался о вечном. «Нікому то не треба», «Той прикрий світ», «Train», «До смерті і довше», «Годинник» — хит сменялся хитом, припевы и куплеты тут же навсегда отпечатывались в памяти. На альбоме не было ни одной проходной песни, все они казались выстраданными и настоящими, да что там казались — такими они были. Чувствительные, как радар, души тинейджеров невозможно обмануть. Как тогда, так и сейчас.

Океан Ельзи «Янанебібув» (2000)

Первый альбом «Океана», выпущенный в 1998-м «Там, де нас нема», представлял собой ровно то, что и должна представлять из себя и собой дебютная пластинка крепкой рок-группы. А именно — рвущийся наружу из всех клеток молодых организмов восторг по поводу того, что ЭТО наконец произошло, абсолютно естественный драйв, чуть ли не навязчивое желание понравиться всем и вся, плюс только приветствуемая наивность. А также подспудный страх остаться быть незамеченными и не оцененными по достоинству. Наконец-то в Украине появилась гитарная группа, сформированная в то время (в 1994-м), когда на мировой сцене, после внезапной смерти гранджа, зажигались первые звезды «брит-попа» вроде Oasis, Blur, The Verve или Supergrass. Группа впитала в себя эстетику и подход к рок-н-роллу образца середины девяностых коллег из Британии, да и вообще была воспитана примерно на тех же музыкальных ценностях, и исповедовала их же. Но там, где англичане казались чересчур напыщенными, надменными и не слишком дружелюбными, Вакарчук и коллеги оставались по-родному, по-украински душевными, простыми и понятными.

Группа развивалась так, как это органично получается у всякой приличной группы – и вторая пластинка, «Янанебібув», оказалась заметным и впечатляющим с первых секунд шагом, рывком вперед. Группа стала звучать увереннее, изощреннее и просто интереснее – если проводить аналогии с любимыми Вакарчуком «Битлз», то разница здесь была примерно такая же, как между первой и второй «битловской» пластинкой. «Океани» освоились в собственной звуковой стихии — и теперь посылали оттуда послания всем нуждающимся в доходчивой, мелодичной и идущей в ногу со временем гитарной музыке. Ну и наконец-то — в лице Вакарчука украинская сцена наконец обрела классического рок-фронтмена с вокалом, напоминающим многих звезд стадионного английского и американского рока 70-х, но остающегося при этом самобытной «вещью в себе». Даже в плане текстов ( а они всегда были самым слабым местом в «океановских» звеньях) группа сделала шаг вперед по сравнению с дебютом, на котором то и дело можно было наткнуться на строчки вроде «але приходить знов поїзд «чужа любов». Навеянный тогдашними электронными экспериментами Radiohead альбом «Модель» и уход из группы гитариста Павла Гудимова и басиста Юрия Хусточки будут впереди, но пока «Океан Ельзи» представляли собой практически классическую рок-группу, появившуюся в правильном месте в правильное время.

Esthetic Education «Face Reading» (2004)

Коллектив «Esthetic Education» был совершенно уникальным явлением на украинской музыкальной сцене, тем самым исключением, которое подтверждало незыблемое правило. И дело даже не в составе, куда входили бывшие музыканты «Океана Ельзи» Юрий Хусточка и Дмитрий Шуров, плюс доселе мало кому известный бельгиец Луи Франк в качестве вокалиста. Чуть ли не в первый и последний раз группа вдруг с первых же дней существования почувствовала себя донельзя раскованной и самым наглым образом свободной в смысле осуществления своих безумных музыкальных идей – ей-Богу, такое могли позволить себе только где-нибудь в Лондоне или Сан-Франциско образца 1967 года.

Наверное, дело было в том изначальном балле доверия, пиаре и шумихе, которые обеспечивал «Эстетикам» недавний уход из «Океана» Хусточки и Шурова на самом пике популярности группы. «Эстетики» совершенно не заморачивались меркантильными целями вроде написания всенародно популярной песни – они просто играли в свое удовольствие, играли потрясающе эклектичную музыку, вобравшую в себя такое количество влияний, что перечислять их просто нет смысла. При том это была еще и музыка со своим собственным лицом, абсолютно европейского пошиба, без каких либо заигрываний со среднестатистическим украинским слушателем и потребителем – да и Франк пел на английском языке. И что удивительно – группе прощали такое нахальство. Тем не менее, «эстетики» записали всего два полноценных альбома и замечательный «концертник» «Live at Ring». Лучший из этих релизов – дебютный «Face Reading», изумительно шероховатая, бесстрашная и экспериментальная пластинка, не вписывающаяся ни в какие существовавшие что тогда, что сейчас рамки.

    Реклама на dsnews.ua