Интернет-шерифы. Заставят ли Google и Facebook отвечать за фейки

Специалисты считают, что введение регуляций может привести к тому, что интернет-платформы вообще уйдут с новостного рынка
Фото: dw.com

Британские регуляторы собираются заняться новостным контентом интернет-гигантов Apple, Google и Facebook, чтобы обеспечить надежность их новостного контента. В докладе, одобренном британским правительством, говорится о том, что интернет-платформы должны помогать пользователям верифицировать новостную информацию. Кроме того, им следует сделать прозрачным принцип, по которому подбирают и предлагают пользователю новости и истории.

Автор доклада — журналист, и потому нет ничего странного в том, что она указывает на ту разницу, которую имеет на массовое сознание интернет-платформа и традиционное издательство. Она указывает на то, что платформы должны подталкивать пользователей к высококлассным (или, иначе говоря, профессиональным) новостям.

Распространение информации, по мнению докладчика, "слишком важная работа, чтобы отдавать ее на откуп коммерческим компаниям". Платформы должны отчитываться перед регулятором о тех новостях, которые распространяют, контролировать свой контент и в случае прокола нести ответственность за распространение неправдивой информации. Так, как это делают традиционные СМИ.

Сами же интернет-платформы делают все, чтобы избежать этой участи — уравняться с традиционными СМИ. Они ведь только предоставляют площадку для обмена информацией между пользователями. Конечно, и сами пользователям кое-что подбрасывают — рекламу там, или отдельные посты "бустед" и "спонсорд", или подборки новостей, подобранных по вкусам пользователя (никто ведь не знает ваши вкусы лучше, чем Google, Apple и Facebook). Но за сам контент несет ответственность автор. Мол, мы построили забор и следим за тем, чтобы он стоял и не падал, а кто и что на нем пишет — не наша забота. То есть мы закрасим, если, скажем, там три известные буквы. Но если кто-то пишет, что потерялся котенок, мы же не можем знать, потерялся ли, и точно ли это котенок, и не оскорбляет ли эта фраза чувства владельцев нутрий...

Нюанс состоит в том, что деньги владельцы забора получают не за то, что он стоит прочно, а как раз за то, что на нем пишут. Информация — это деньги. И товар. И не вина интернет-платформ в том, что этот товар стал ширпотребом. Как бы теперь не возмущались мои коллеги, испытывающие классовое чувство ненависти к соцсетям, превращение информации в ширпотреб — это результат деятельности именно традиционных СМИ. Просто гении из Долины сумели найти способ продавать его эффективнее.

Предохранители сорвали не они, а медиакорпорации, когда начали продавать и вкладываться в раскрутку самого ходового товара на рынке информации — слухов и сплетен, и, наряду с респектабельными газетами, на рынок рекой потекла желтая макулатура. Ради увеличения дохода — и размеров пирога, само собой — медиамагнаты подсадили публику на таблоиды, битком набитые сенсациями-скандалами-расследованиями.

Таблоиды создали поп-культуру и превознесли ее. Все, что сделали интернет-платформы, — распространили этот опыт на другие сферы жизни. В свою очередь, увеличили размеры пирога на медийном рынке — создали поп-политику.

Но если "поющие трусы" — это угроза только вкусам, о коих не спорят, то поп-политика оказалась угрозой демократии, то есть самим основам европейской цивилизации. Интернет-платформы предоставляют собой идеальное поле для политического популизма просто потому, что у них не было и нет тех ограничений, которые сдерживают традиционные медиа. Создание таблоидов было попыткой слегка расшатать рамки этих ограничений ради увеличения дохода — поп-звезды были заинтересованы в распространении слухов и сплетен о себе, таблоиды, в свою очередь, могли балансировать на грани судебного иска, возбуждая публику этими слухами и сплетнями, и поднимать за их счет продажи. Но любая попытка подобной игры в "серьезных" сферах — политике, бизнесе или частной жизни частных людей — неукоснительно оборачивалась судом. Медиасфера довольно четко была поделена на игровую и деловую части. И даже при этом делении главной заповедью журналиста-профессионала оставалась "проверь это".

Больше всего в деятельности интернет-платформ раздражает (особенно представителей журналистского цеха) именно это: они могут себе позволить ничего не проверять. Они получат свои деньги за любой пост — хоть правдивый, хоть фейковый. И им ничего за это не будет. А значит, они будут продавать фейки. Потому что это выгоднее: фейки дешевле в производстве и имеют больший успех у публики. Открытие, сделанное еще старыми добрыми таблоидами.

Люди любят слухи и сплетни и в широком потреблении отдают предпочтение именно им. Правда бывает разной — интересной и неинтересной, приятной и горькой, в то время как вымысел всегда соответствует духу и настроению того сообщества, в котором рождается. Тот вымысел, который настроению не соответствует, заглохнет сразу. Зато тому, который соответствует, уготована долгая, счастливая и успешная жизнь. Он покорит сердца. Он может изменить судьбы. Он может даже изменить мир.

Что бы ни говорили обитатели Силиконовой долины о своей "миссии" — делать мир лучше, не быть злым и т. д., — верить следует скорее старому хитрецу Соросу. На вопрос, на чьей стороне будут интернет-гиганты в торговой войне между США и Китаем, он ответил кратко: на стороне своей прибыли. Можно добавить — этот комментарий касается не только торговой войны, но буквально чего угодно. Любой бизнес всегда на стороне своей прибыли. Его миссия — деньги. Что бы ни говорили о мире, добре и зле его создатели.

А когда хочешь легально заработать много денег, не рассчитывай на лучшие человеческие качества. Обратись к "маленьким слабостям". Возможность обмениваться слухами, злословить, подкалывать, хвастать и даже немножечко привирать, не корысти ради, а для красного словца, — те "невинные" слабости, которым мы охотно предаемся "в оффлайне". Такие вещи не всегда оказываются безобидными, но не несут слишком серьезной угрозы обществу. Эти маленькие слабости потому и маленькие, что не вредят большому общему делу. Все, что они могут, — разрушить одну-две частные жизни.

Фейки до эпохи соцсетей находились в ряду других вытесненных в частную жизнь вещей, которые не следует выпускать на широкий оперативный простор. Разрушительный потенциал этой "маленькой слабости" был продемонстрирован разными эпохами. Жертвой фейков и порожденного ими популизма стала афинская демократия. Для борьбы с фейками католическая церковь была вынуждена создать инквизицию. Фейки и популизм не впервые прорываются из частной жизни в общественную. Просто именно в нашу глобальную эпоху этот прорыв выглядит таким впечатляющим. И угрожающим.

Вопрос о регуляции обязательно должен был прозвучать. Судьба афинской демократии, выродившейся в популизм, — хороший урок, который Европа усвоила и теперь пытается это знание применить на практике. Она атакует интернет-платформы по всей линии фронта — от авторского права до прайвиси. Но главной ее целью оказывается именно защита самих ее основ — демократии — от наступления популизма.

Вмешательство регуляторов не выглядит "нарушением свободы слова", как пытаются убедить представители платформ. Свобода ценна только тогда, когда сопряжена с ответственностью.

Те рамки, в которые были поставлены традиционные СМИ, не противоречили и не мешали реализации свободы слова. Теперь в подобные рамки пытаются ввести бизнес интернет-платформ. Какое-то время интернет представлял собой Дикий Запад периода колонизации. Теперь следом за пионерами — фермерами, торговцами, бандитами — должны прийти героические шерифы, дабы сбалансировать частную инициативу с интересами общества в целом.

Идея о том, что интернет-платформы сами должны контролировать свой контент, вызовет отторжение у их владельцев. Не только потому, что это потребует дополнительных — и немалых — затрат. Но потому, что будет разрушен основной принцип, который генерирует профит: опубликованной может быть любая информация, а ее ценность определяется только уровнем интереса аудитории. Это совершенно ясно дал понять сам Марк Цукерберг, отстаивавший право пользователей сомневаться в Холокосте. Иными словами, если сомнения в Холокосте дают прибыль "Фейсбуку" — да здравствуют сомнения в Холокосте. "Мы не будем это отключать".

Выбор Холокоста для примера — образчик манипуляции, достойный выпускника психологического факультета Гарварда. Публика сосредотачивается на Холокосте или на позиции еврея Цукерберга по Холокосту (как он может?) и теряет из поля зрения главное: в посте может быть любое вранье, но "мы не будем это отключать". Это и не "вранье" вовсе, утверждает Марк, это "ошибка". Каждый может совершить ошибку. Нельзя за это наказывать человека.

Чистая правда. Но снова — фейк. Наказывать за ошибку не только можно, это постоянно приходится делать. Когда нетрезвый человек садится за руль, он тоже "совершает ошибку". Если ошибку в своем материале допустит журналист, суд не станет разбираться в его намерениях — он намеренно соврал или по ошибке. Интенция вне компетенции суда, он имеет дело со свершившимся фактом.

Ввести интернет-платформы в рамки правил игры, нормальных для медиасферы, вот в чем состоит намерение британской парламентской комиссии. Брекзит — образцовая победа популизма — оказался тяжелым, но нужным уроком.

Специалисты говорят, что введение регуляций может привести к тому, что интернет-платформы вообще уйдут с новостного рынка. И вообще, не новостями ж едиными — мутный поток фейков течет по разным руслам. Но очистить новостную сферу, вернуть ее к нормальным правилам игры — это был бы большой шаг от популизма назад к демократии.

Тотальность интернет-платформ, их монополия на обмен информацией, в том числе общественно значимой, должна быть или разрушена, или введена в рамки фейр-плей. Механизмы придумать можно. За каждую непроверенную новость в подборке — штраф. За каждый фейк в посте с пометкой "спонсорд" — судебный иск. За каждый пост, содержащий оскорбление человеческого достоинства, не снятый в течение определенного времени, — большой штраф и моральная компенсация, чей размер зависит от количества лайков, шаров и комментов под оскорбительным постом. Законодательство в медиасфере разработано, проверено временем и может быть творчески доработано в отношении интернет-платформ. Было бы желание и политическая воля, чтобы преодолеть технологическое лобби.

Это, конечно, не понравится владельцам интернет-гигантов. Владельцам монополий никогда не нравится разрушение их монополий. Но иногда это необходимо и идет на пользу. Причем не только потребителю, но и самой индустрии.