Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Справка для Вайнштейна. Зачем в ВОЗ собрались лечить сексуальную одержимость

Воскресенье, 2 Июня 2019, 14:00
Американские психиатры пока официально не признают и не ставят диагноз «сексуальная одержимость», но они от нее лечат. Или хотя бы справки выдают
Фото: zimbio.com

Фото: zimbio.com

"Ментальные расстройства" - именно расстройства, а не болезни, - стали весьма распространенным явлением. Ах, этот безумный, безумный мир: буквально в каждом офисе, в каждом классе, в каждой квартире нас встречает целый букет диагнозов. Дефицит внимания, гиперактивность, психогенное переедание, целый букет расстройств социального взаимодействия, дислексия. А отныне - благодаря новой, одиннадцатой, редакции Международного классификатора болезней Всемирной организации здравоохранения - еще и профессиональное выгорание (occupational burnout), геймерское расстройство (gaming disorder) и сексуальная одержимость (compulsive sexual behavior).

Насильник со справкой

Новые позиции списка МКБ, надо отметить, не бесспорные: в списке расстройств Ассоциации психиатров Америки - по авторитетности он не уступает возовскому - из всех нынешних новшеств можно найти только расстройство, связанное с профессиональным выгоранием. Ни сексуальной одержимости, ни игровой зависимости американские психиатры пока официально не признают.

Злые языки поговаривают о модных диагнозах, которые пробираются в официальные списки в большей степени на волне хайпа, чем в результате серьезных клинических исследований. О том, что на список болезней влияет идеология, может говорить тот факт, что в МКБ ранее значилась, а отныне не значится такая диагностическая позиция как "транссексуализм".

Вопрос о том, что считать болезнью, никогда не был праздным. А учитывая тот факт, что официальный статус болезни имеет непосредственное влияние на ассигнования из госбюджетов, можно не удивляться тому, что список разрастается. В этом росте заинтересовано слишком много людей. Начиная с самой ВОЗ, которая сможет нарастить свой аппарат в связи с увеличением заболеваний, заканчивая лечебными учреждениями и реабилитационными центрами, которые смогут рассчитывать на расширение поля деятельности и увеличение финансовых вливаний.

Профессиональное выгорание - единственное из новшеств, по которому солидарны ВОЗ и АПА, - связывают с постоянным стрессом на рабочем месте. Симптомы: чувство усталости и опустошенности, отчужденность, негативизм или цинизм в отношении работы, снижение эффективности. Важная деталь: речь не идет об эмоциональном выгорании вообще. Диагноз не может быть применен ни к каким другим аспектам и жизненным ситуациям, кроме профессиональной деятельности. Так что, увы, выдохшимся папам и перегоревшим мамам придется подождать следующей редакции официального списка заболеваний - возможно, в него включат и родительское выгорание, которое сейчас активно исследуется.

Диагноз "сексуальная одержимость" (она же "сексуальная зависимость" и "гиперсексуальность") обрел популярность в СМИ на фоне дела Харви Вайнштейна. Во время расследования и судебного процесса он сделал попытку спрятаться за диагнозом, объявив, что он якобы страдает гиперсексуальностью и собирается пройти курс лечения в одном из американских реабилитационных центров. Точно так же, кстати, поступил и Кевин Спейси. Из чего можно сделать вывод, что хотя американские психиатры официально не признают и не ставят диагноза "сексуальная одержимость", но они от нее лечат. Или хотя бы справки выдают.

Есть все основания полагать, что в клинике голливудские звезды собирались спасаться не от любви к клубничке, а от судебного приговора. Однако у Вайнштейна и Спейси спрятаться за диагнозом не получилось - скандал оказался слишком громким, а официально диагноз, на который они ссылались, в США не ставят. Однако ход их мыслей занимателен: надо думать, в других, менее медийных случаях такой трюк срабатывает. Виновный в сексуальном насилии может просто показать справку и таким образом избежать правосудия. То, что теперь в списке ВОЗ появился диагноз "сексуальная одержимость", в этом контексте не может не тревожить.

Впрочем, на самом деле ВОЗ плетется в хвосте событий. Еще совсем немного - и гиперсексуальность безнадежно устареет. Судя по новейшим исследованиям, у молодого поколения совсем иные проблемы - они, напротив, довольно равнодушны к сексу. Что, разумеется, не является - по крайней мере, пока - ни болезнью, ни даже расстройством. Но в контексте этой особенности целого поколения вносить в список официальных диагнозов гиперсексуальность - не очень осторожный шаг. Установить границы нормы не так уж просто. Если границы нормы устанавливать по "средней температуре по палате", то через пару десятков лет на фоне вялой сексуальности миллениалов человек со средней по нынешним меркам сексуальностью, возможно, будет казаться таким же хищником, каким нам сейчас кажется Вайнштейн.

Gaming disorder против gambling

Однако особенности миллениалов ВОЗ также частично учла, внеся в список заболеваний gaming disorder - игровое расстройство. Это "тип игрового поведения, характеризуемый ослаблением контроля над процессом игры, приоритетом игры над другими видами деятельности, интересами и повседневными действиями, продолжением и наращиванием игровой деятельности, даже в случае возникновения негативных последствий".
Для постановки диагноза, отмечено в документе, необходимо наблюдать эти симптомы минимум в течение 12 месяцев. То есть если вы уходите в игровые запои не больше, чем на месяц-два и это не наносит большого ущерба вашим личным, семейным и другим аспектам вашей жизни, вам справка не полагается.

Из всех новомодных заболеваний, определенных 11-й редакцией списка, эта самая шаткая. Ее оспаривает не только АПА, в которой, справедливости ради отмечу, нет единого мнения на сей счет. С куда большей горячностью этот диагноз оспаривает игровая индустрия.
Флагманы рынка компьютерных и видеоигр, такие как Microsoft со своим любимым детищем X-box, настаивают на том, что решение ВОЗ непродуманное. Ссылаются и на АПА и на академические круги, в которых также нет единого мнения, потому что база клинических исследований недостаточна и рекомендации по диагностике расплывчаты и несовершенны.

Наконец, во всех официальных списках заболеваний уже значится "игровая зависимость" - gambling. Старая добрая игровая зависимость, которая заставляла людей просаживать целые состояния за карточным столом и в игорных домах, которая разрушала семьи и жизни. Разве что-то изменилось только от того, что играют в другие игры, что на человеческой слабости к игре зарабатывают теперь не отдельные казино или даже целые, пускай и крошечные, государства, а IT-империи? В обоих случаях эксплуатируется один и тот же крючок для ловли слабых душ - игровой азарт.

Все дело - только в масштабе. Индустрия поставила эксплуатацию страсти к игре на новый промышленный уровень - теперь она ловит души не на крючки, а широким неводом, презрев все ограничения, включая финансовые и возрастные. Никто больше не оставляет в игорном доме все состояние, пуская по миру жену и детей, не выносит последнее из дома стариков-родителей и не стреляется от отчаяния. Предложение индустрии компьютерных и видеоигр выглядит по-своему респектабельно или хотя бы просто социально приемлемо по сравнению с музейно-нафталиновым Монте-Карло.

Однако то, что ВОЗ все-таки внесла игровые расстройства в список диагнозов, - интересный момент, который может оказаться распутьем. С одной стороны, индустрия инфотеймента подыгрывает: разрастающееся количество расстройств оказывает позитивное влияние на рынок. На нем параллельно запросу на новые товары и услуги в сфере инфотеймента растет масштабный запрос на психологическую помощь и коррекцию. Таким образом, высокие технологии на потребительском рынке выполняют свою знаменитую функцию по увеличению размеров пирога, причем не только в сегменте технологических товаров и услуг, но также в сегменте медицинской и психологической помощи.

С другой стороны, в последнее время мы наблюдаем, как подходит к концу медовый месяц государства и общества с высокими технологиями. Это особенно заметно в случае откровенных монополистов, таких как Facebook, Google и Amazon. Но если дело дойдет до закручивания гаек, то с них только начнут, а там и до прочих игроков доберутся. И тут "ментальные расстройства, ассоциированные с компьютером" могут выйти на авансцену в качестве повода. Тогда может оказаться, что диагноз "геймерская зависимость" - это цветочки. Впереди ягодки: поиски четких корреляций, научных и медицинских выводов и государственных оргвыводов на предмет влияния индустрии инфотеймтента на сознание, поведение или, для начала, хотя бы психическое развитие детей.

Больше новостей об общественных событиях и социальных проблемах Украины читайте в рубрике Общество