• USD 27.9
  • EUR 34.1
  • GBP 39.5
Спецпроекты

Снять пиджак. Зачем поэт Путин издевается над русским языком

Хорошая новость: язык Путина - в отличие от языка Пушкина - ничем не угрожает ни соседям, ни миру
Фото: news.de
Фото: news.de
Реклама на dsnews.ua

В МИД РФ в очередной раз запереживали за русский язык. Особенно "в ближнем зарубежье", где, по мнению дипломатического ведомства, у русского языка слишком мало гарантий на законодательном уровне. Посол по особым поручениям Элеонора Митрофнова обещает, что ведомство будет "работать" с правительствами стран - упоминаются, в первую очередь, страны Прибалтики, а также Украина - с целью придать русскому языку особы правовой статус.

Собственно, тревогу, по словам дипломата, вызывает не столько статус, сколько падение популярности русского языка в бывших провинциях Российской империи. Поэтому под прицелом российского внешнеполитического ведомства - не только чужие конституции, в которые надо вписать русский язык. Но также школы и инициативы квот в российских вузах и гранты для студентов из стран бывшего СССР. И если правки в конституцию - особенно в странах Прибалтики и Украины - выглядят смешно, то политика "языкового пряника" может сработать.

Вернее, смогла бы. Лет пять назад.

На самом деле, в нормальных руках это была бы вполне правильная постимперская политика: русскоязычные школы, квоты в вузах, гранты и рок-н-ролл. Русский язык мог бы стать привлекательным с точки зрения социального лифта. Но, повторю пять, а лучше - десять лет назад.

Теперь же Россия упустила шанс действовать методом софт пауэр. Сначала напав на Грузию, а окончательно - развязав войну с Украиной. Восстанавливать имидж "доброго соседа", заинтересованного в культурных, духовных и образовательных связях, придется долго. Слишком долго. Еще очень долго попытки открыть русские школы и завлечь студентов в российские вузы будут выглядеть такой же провокацией, как разглагольствования дипломатов о необходимости внести правки в чужие конституции.

Идея софт пауэр предсказуемо проиграла в Кремле - Путин предпочел "ястребов" и войну. Предсказуемо, потому что софт пауэр - это для тех, кто рассчитывает прожить достаточно долго, а то и вовсе оставить что-нибудь на будущее благодарным потомкам. Хозяин Кремля - в принципе не из тех. А тут еще кризис пенсионного возраста требует свершений - великих и немедленно.

Впрочем, никаких иллюзий по поводу искренности заботы Кремля о русском языке быть не должно. Во всяком случае, ни у кого из тех, кто слышал когда-либо выступления лидера РФ. Чем дальше, тем меньше он церемонится с языком - и тем больше восторга это вызывает у его аудитории.

Реклама на dsnews.ua

Вот, скажем, из свеженького, - о том, что "границы России нигде не кончаются". Казалось бы, сам русский язык всеми своими падежами протестует против такого насилия.

Но Путин, как совершенно точно подметили коллеги, любит изнасиловать язык. Привселюдно, показательно и смачно. И правильно любит - ведь именно эти языковые трюки делают Путина тем, чем он есть в глазах публики.

Настоящей Властью, для которой не существует никаких других правил, кроме их собственной воли - даже таких незыблемых правил, как грамматика родного языка. Демонстративная власть над языком, особенно в глазах навечно травмированного школой населения, - это так обольстительно.

В одном старом фильме Эвита останавливает Перрона, который идет на трибуну, чтобы объявить народу о своей победе, словами: "Сними пиджак. Эти люди не носят пиджаков". Диктатор оставляет пиджак у нее в руках, поднимается на трибуну и вместо слов театральным жестом расстегивает запонки и закатывает рукава до локтя - в точности так, как у толпящихся перед трибуной рабочих. Путинские вкрапления узнаваемых "низких" клише - все эти "мочить в сортире", "где деньги, Зин" и т.п. - те же закатанные рукава и сброшенный пиджак диктатора-популиста. Это маркеры, которыми он обозначает общность с "народом": они говорят на одном языке, они пацаны с одного двора. Это "понижение" интонации связывает речи Путина с дворовым фольклором и встраивает их в единый контекст с дворовой романтикой, процветавшей в советской поэзии. Классиком жанра считается Окуджава - можете оценить глубину "эволюции".

Впрочем, провести гладко линию преемственности от поэта Окуджавы к поэту Путину не получится. Потому что вовсе не у Окуджавы - и даже не у Высоцкого, которого любит цитировать - учился поэт Путин. Не на те идеалы смотрят его "литературные рабы". Творческая эволюция восходит, скорее, к "писателю Сталину" - любителю лапидарно и стремно пошутить в теплой компании и близком кругу. Для писателя Путину не хватает эпичности. Он, скорее, поэт - мастер словесного трюка. Сама эпоха, ее средства выразительности диктуют именно такой - уже даже не "клиповый", а "твитовый" - творческий метод. Да и "шутит" Путин не в узком кругу, а прямо на камеры.

Поэту Путину нужно отдать должное - он отлично чувствует свою аудиторию и умеет ей потрафить. То, что хамло Залдостанов вытирает ноги о народного артиста Райкина совершенно "в тренде" культуры, в которой поэт Путин вытесняет из ниши "нашего всего" поэта Пушкина. А вице-премьер министр утверждает, что в вузах преподавать русский язык не нужно - потому что язык нужно было выучить в школе. Да, вице-премьер - в стиле поэта Путина - совершенно уверена в том, что "язык" можно "выучить". Изнасилование языка входит в моду.

Есть, впрочем, хорошая новость: язык Путина - в отличие от языка Пушкина - ничем не угрожает ни соседям, ни миру. Нынешний российский режим может только паразитировать на языке - но уже не может сделать из него оружие.

Впрочем, эта зацикленность на "языковом вопросе" все равно показательна и интересна для диагноста. Скажем, недавно Максима Шевченко на заседании СПЧ при президенте РФ заявил о необходимости повысить присутствие русского языка в горном Кавказе в связи с тем, что там "женщины до сих пор с кувшином за водой ходят", и "высокая детская смертность", и "зимой дровами топят в 21 веке". Вам, может, кажется, что никакой причинно-следственной связи между женщинами с кувшинами и русским языком нет. Зачем русский язык там, где нужны на самом деле водопровод, ЛЭП и газификация? И почему именно аулы, если даже в европейской части России полно сел, в которых женщины ходят к колодцу с коромыслом и зимой топят дровами, как в ауле каком-то. И это, заметьте, в 21 веке и при повсеместном присутствии русского языка.

Но тем не менее, все именно так - русский язык и кавказские девушки с кувшинами ходят парой не только потому, что их стройные фигуры на фоне мрачных гор и бешеного Терека воспели поэты-оккупанты. А потому, что у них - у оккупантов, колонизаторов, носителей "цивилизации" - больше ничего нет. Деньги не в счет - их слишком легко украсть. Все, что они могут предложить покоренным народам - русский язык. И это вовсе не издевательство. И даже не геополитика и софт пауэр (хоть и не без). Это вопрос выживания для самой России.

Для России судьба языка - вопрос жизни и смерти. Понимают это ее лидеры или просто "нутром чувствуют" - но совсем не напрасно этот вопрос постоянно всплывает в российском медиапространстве. Даже теперь, когда идеи "мирного продвижения Русского мира" совершенно потеряли актуальность. Они не лукавят (ну, ладно, не совсем лукавят) когда говорят о том, что Россия кровно заинтересована в экспансии русского языка. Да, заинтересована. Кровно. Потому что именно в случае России связь между языком/культурой и самим существованием чего-то, именуемого "Россией" - не совсем метафора. А может, и вовсе не метафора.

Русский язык, русская культура, русская литература - все это вещи, сводимые одна к другой - это и есть Россия. Нигде больше, кроме языка/ культуры/литературы, ее нет. У этой России - как все поэты, Путин иногда случайно попадает в точку - нет границ. Потому что она не существует в качестве материального - физического, географического, этнографического - факта. Никто не знает, где географически и исторически начинается и заканчивается Россия - потому что и ее границы, и ее историю где придумали, а где присвоили. Все, что у нее есть, как свершившийся факт - ее язык и созданная на нем литература. В этом смысле Россия виртуальна, а реальная РФ соотносится с Россией очень опосредовано.

В этом и проблема: эта культура и язык не принадлежат безраздельно стране, называемой нынче Российской Федерацией. Они были созданы империей, совокупными усилиями и вкладами - вольными или невольными, непосредственным или опосредованным - в общую культурную жизнь всех ее народов со всеми их историями. После распада империи метрополия наложила на этот "культурный общак" лапу. А уходившие согласились - им было, в чем укорениться. А кроме того, в некоторых случаях лучше уйти в чем стоишь, не торгуясь - дешевле обойдется.

России просто ничего не оставалось. Потому что у прочих "отпавших" были собственные этнические корни, языки и национальные культуры - им было куда уйти. У России, кроме этого совокупного имперского культурного достояния - включая русский язык и его литературу - не было ничего. И ее самой не было больше нигде - кроме как внутри этого достояния.

Но наложить лапу и объявить своим - этого мало. Надо суметь распорядиться - сохранить и преумножить. Пока Россия оставалась метрополией - уже только культурной, а не политической - все получалось неплохо, потому что русскоязычные "провинциалы" во всем мире продолжали работать на общую культуру. Да и рынки сбыта культурной продукции оставались доходными и давали возможность расширяться.

Так бы оно и продолжалось - если бы Россия пошла по постимперскому пути. Но победил паразит. Который то ли не понял, что Россия - это русский язык, то ли понял это очень своеобразно - решил конвертировать нематериальное в материальное. Язык и культуру - в географию, например. При этом победившему паразиту то ли невдомек, то ли наплевать на то, что таким образом он достигает прямо противоположного эффекта - он лишает русский язык/русскую культуру/Россию возможности развиваться. А может, и выжить.

То, что внутри границ РФ русский язык и, соответственно, культура коллапсируют, хорошо видно по поэту Путину, пришедшему на смену поэту Пушкину, поэту Окуджаве и даже писателю Сталину.

Объявив ареал "русскоязычия" сферой своих геополитических интересов, кремлевский паразит превратил русский язык в угрозу национальной безопасности для соседей, а самих русскоязычных заставил усомниться в собственной культурной идентификации.

Теперь этот ареал сокращается, "культурные вливания" из провинций сведены к минимуму, гуманитарная политика ближайших стран направлена на то, чтобы избавиться от угроз, связанных с манипуляцией русскоязычием - и в результате мы имеем поэта Путина вместо поэта Окуджавы (полугрузина-полуармянина).

Русский язык и культура не могут развиваться вне контекста широких взаимодействий - вне их они не существуют. Можно завоевать Крым, разорить Донбасс, смешать с землей Грузию, сравнять с археологическими пластами Алеппо - и прослыть самым крутым парнем на раёне. Но цена за это - Россия. Невидимая, нематериальная Россия, существующая только в виде языка и культуры, - это шагреневая кожа. При каждой "сбыче" геополитических "мечт" она сокращается.

    Реклама на dsnews.ua