Экономика

Политика безопасности

Чем ближе президентские выборы — тем больше отраслей, в которых невозможно вести бизнес без политической "крыши". Вслед за предприятиями, генерирующим

Чем ближе президентские выборы — тем больше отраслей, в которых невозможно вести бизнес без политической "крыши". Вслед за предприятиями, генерирующими "живые деньги", под передел попали бизнесы, имеющие значительное социальное и политическое влияние, в частности СМИ. "ВД" проанализировала, кто в стране способен гарантировать бизнесу политическое прикрытие.

За последние три года несколько обладателей известных фамилий превратились в "универсальных подозреваемых" в переделе собственности.

Как только у крупных компаний возникают проблемы, этих лиц считают заинтере­сованными в первую очередь. Справедливости ради отметим, что не всегда безосновательно. Фамилии Янукович, Иванющенко или Пшонка всплывают в корпоративных конфликтах даже чаще, чем это выходит в публичную плоскость.

Но после выяснения кулуарных подробностей нередко оказывается, что нас­тоящей "крышей" выступают вовсе не ближайшие родственники, высшие должностные лица или давние друзья пре­зидента, а представители местной власти — губернаторы, мэры и чиновники "помельче".

В корпоративном конфликте вокруг компании Nemiroff между семьей Степана Глуся, с одной стороны, и Анатолием Кипишем и Яковом Грибовым, с другой, все развивалось именно так. Когда на предприятие приехала проверка, на рынке появилась информация о том, что семья Глусей якобы поделилась бизнесом с Александром Януковичем, что помогло ей установить оперативный контроль над компанией.

Это предположение так и не вышло в публичную плоскость, зато вскоре интернет-СМИ опубликовали версию о том, что в конфликт вмешался Юрий Иванющенко, якобы также в обмен на долю в бизнесе. По данным "ВД", мажоритарные акционеры Анатолий Кипиш и Яков Грибов перепроверили обе версии в ходе личных встреч с представителями каждой из сторон.

Но, в конце концов, оказалось, что ключевую роль в поддержке миноритарных собственников сыграл тогдашний губернатор Винницкой области Николай Джига (подробнее — см. блиц-интервью с Анатолием Кипишем).

Под "госгарантии"

Перечень отраслей, в которых крайне сложно строить бизнес без политической поддержки, стремительно расширяется. К сельскому хозяйству, добывающей и перерабатывающей промышленности, газовому и нефтетрейдингу, транспортному, IT и банковскому бизнесам прибавились медиа.

СМИ в этом списке выглядят чужеродно, если учитывать их дотационность, но эти активы привлекательны не дивидендами, а возможностью вести информационные войны. Причем особый интерес у бизнес-групп, наделенных политическим ресурсом, вызывают медиа, ориентированные на деловую аудиторию.

В этом контексте показательна таинственная продажа своих телевизионных активов Русланом Демчаком, основателем группы UBG, чья попытка выиграть мажоритарные выборы в парламент у регионала Григория Калетника закончилась попаданием бизнесмена в СИЗО.

"Мне больно об этом говорить", — пояснил он "ВД" свой отказ давать подробное интервью о распроданных с тех пор активах.

Его пресс-служба также отказалась назвать нового собственника канала Business — ключевого из группы каналов, которые контролировал Демчак. Но, по информации "ВД", коллектив телеканала его конечным собственником считает Сергея Арбузова, первого вице-премьера, утверждающего, что он не владеет какими-либо СМИ.

"Политически чувствительные" рынки неплохо иллюстрирует статистика сделок слияния и поглощения, доступная инвест­банкирам.

"Самые "живые" сейчас сектора по количеству слияний и поглощений — это сельское хозяйство, в первую очередь — растениеводство, и розничная торговля нефтепродуктами. Такие игроки как Shell, ВЕТЭК взбодрили немного рынок [АЗС], — рассказывает Роман Иванюк, директор департамента инвестиционно-банковских услуг компании Concorde Capital. — А также IТ-сектор, в первую очередь аутсорсинг. Здесь мало публичных сделок, но сделки слияния и поглощения большими игроками меньших активно идут".

"ВД" осознанно анализирует "обычные" сделки М&А, ведь зачастую передел рынков и вытеснение предпринимателей без политической "крыши" уже не сопро­вождается силовыми захватами. Просто у предприятий "вдруг" возникают проблемы, решить которые их собственники оказываются неспособны. И не важно — речь об остановке нефтеперерабатывающего завода из-за невозможности наладить поставки нефти или сносе газетных киосков, владельцы которых не смогли получить разрешения в умышленно-фантастические сроки.

В конце концов, альтернатив продаже бизнеса не остается. Продаже собственнику, способному договориться с бюрократической машиной и разблокировать работу предприятия.

Министерство нашло кошелек

Рискнем предположить, что по этому сценарию разворачиваются и события вокруг компании WebMoney. "Она владеет практически 50% рынка (электронных денег, годовой оборот компании — 8 млрд грн. — прим. "ВД"). Но есть молодые, быстрорастущие компании, которые хотят про­двинуться быстрее, — объясняет Иван Петухов, вице-президент УСПП по вопросам информационных технологий. — Можно же очень просто поступить. Заблокировать с помощью государственных органов и служб работу компании WebMoney и получить на это время какие-то преференции".

Почему, несмотря на аргументы НБУ и Министерства доходов и сборов, представители IT-сектора не слишком завуалированно говорят о заказном характере проблем у крупнейшей в Украине системы интернет-расчетов? Их внимание обратил на себя новый амбициозный и куда более удачливый игрок на рынке электронных денег — компания Global Money.

Де-юре она основана несколькими физлицами, чьи фамилии ничего не скажут широкой аудитории. Но журналисты, изучившие историю ее создания, убеждены, что за структурой стоят влиятельные фигуры из Кабмина и Банковой, напрямую ассоциирующиеся с группой "Семья".

Как бы там ни было, самым надежным политическим прикрытием бизнеса остаются официальные представители власти, их родственники и неформальные кураторы регионов. Тем же, кто не имеет возможности заручиться поддержкой властной вертикали, услуги политической "крыши" предлагает оппозиция.

Эту площадку бизнес активно использовал в прошлом году на очередных парламентских выборах. Правда, влиятельность оппозиционных проектов нынче оставляет желать большего, и бизнес откровенно демонстрирует им это переходами в провластную фракцию или отказом финансировать региональные ячейки после решения своих проблем.

Беспартийный основатель "Агрофирмы Корнацких" Аркадий Корнацкий — один из тех, чье предприятие оказалось зависимо от попадания собственника в парламент. В беседе с "ВД" он обещает вступить во фракцию "Батькивщина", если ему удастся отвоевать мандат на повторных выборах, а его кандидатура снова будет выдвинута на округе от оппозиции. Но г-н Корнацкий не гарантирует, что станет членом этой политсилы.

"Меня жизнь поставила перед выбором: если ты не пойдешь в политику, то политика придет к тебе, — поясняет он. — Вы, наверное, знаете, что не какие-то криминальные личности вне власти, не какие-то захватчики или рейдеры начали создавать проблемы в жизни моей семьи (основателем предприятия сейчас являюсь не я, а члены моей семьи). Создавать их начала власть. И руководит этим в Николаевской области глава областной администрации Николай Круглов".

Сопротивление

В конференц-зале одного из столичных бизнес-центров в присутствии собственников офисного здания, руководства управляющей компании, главного бухгалтера и начальника внутренней службы безопасности проходил необычный тренинг.

Обсуждался вопрос о том, как руководящий состав должен покинуть офис, если к ним придут с проверкой, в каком соседнем кафе "топы" встретятся, чтобы обсудить дальнейшие действия, и что потом делать дома... До кризиса самой популярной альтернативой поиску политической "крыши" было привлечение в бизнес крупного иностранного партнера либо размещение акций на зарубежных биржах.

Но последние годы инвестиционный климат в стране не способствует популярности этого метода. Поэтому предприниматели делают ставку на защиту бизнеса через офшоры (подробнее — см. "Маскарад", №29-30(392), с. г.) и проведение вот таких тренингов по "гостеприимству" на случай визита правоохранителей или налоговиков.

"Поведенческие семинары о том, как вести себя в условиях захвата или штурма, обычно заказывают компании, которые уже имеют прививку корпоративного конфликта, — признается Андрей Семидидько, глава Антирейдерского союза предпринимателей. — В моей практике был случай, когда на фирму налоговики забежали по ошибке, но, после того, как всех сотрудников положили "в пол", руководство решило провести такой семинар".

Вытеснение из бизнеса предпринима­телей без политического прикрытия, без­условно, не новшество нынешней власти. Каждое украинское правительство по мере сил и энергии доказывает, что вести бизнес на высокодоходных и социально значимых рынках без политических гарантий невозможно.

Но это раньше премьер произносила пламенные речи, добиваясь ухода с газового рынка трейдера RosUkrEnergo Дмитрия Фирташа или аннулирования лицензии на добычу углеводородов Vanco Prykerchenska, контрольный пакет которой принадлежит ДТЭК Рината Ахметова. Нынешнее правительство, областные администрации или мэрии не утруждают себя публичной войной с "чужаками". Время не ждет.

Читайте также: Анатолий Кипиш: "Я всегда говорил: я буду сотрудничать с теми, кто у власти"

Ярослав Абрамов: "Если идет речь о крупных частных бизнесах, а такие у нас еще остались, то чаще всего клиенты спрашивают: а каким образом нам защититься от того, что завтра придет представитель определенного региона и скажет: "Отдай нам 50%?"