Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Убийц Щербаня и Гетьмана осудили

Понедельник, 21 Апреля 2003, 00:00

Поистине историческим днем для всей правоохранительной системы Украины стоило бы считать 18 апреля.

Апелляционный суд Луганской области огласил приговоры сразу по всем самым громким делам 90-х годов. Однако должного резонанса это событие все же не вызвало, притом что ранее бурно обсуждались даже минимальные подвижки следствия по делам об убийствах Ахатя Брагина, Евгения Щербаня, Вадима Гетьмана, Александра Момота и других кровавых разборках (преимущественно на Донбассе). Итак, Вадим Болотских приговорен к пожизненному заключению с конфискацией имущества за убийство депутата Верховной Рады Евгения Щербаня (3 ноября 1996 г.), президента компании «Данко» Александра Момота (6 мая 1996 г.) и организацию взрыва на стадионе «Шахтер» в Донецке, в результате которого погиб президент футбольного клуба «Шахтер», руководитель фирмы «Люкс» Ахать Брагин (15 октября 1995 г.). Аналогичный приговор вынесен Сергею Кулеву за убийство 22 апреля 1998 г. главы Украинской межбанковской валютной биржи, народного депутата Вадима Гетьмана. Остальные члены «банды Кушнира» приговорены к срокам заключения от 11 до 15 лет за совершение убийств, разбойных нападений и грабежей в Донецкой и Луганской областях.

 

По длинному и весьма извилистому пути шли правоохранители к этому «триумфу наполовину». Наполовину потому, что имена заказчиков в судебных решениях не прозвучали. Пять лет назад руководители следствия по этим громким делам категорически предостерегали журналистов от попыток связать все убийства воедино. Позже все-таки наметилась тенденция к сваливанию всех «висяков» в одну кучу. Сомнительная честь стать первым «кандидатом» в заказчики нескольких убийств выпала экс-руководителю «Топ-Сервиса» Игорю Шагину. Тогдашний зампрокурора Киева Виктор Шевченко поведал журналистам о некоей дискете, найденной при расследовании деятельности «Топ-Сервиса». Так вот, на дискете якобы описан способ осуществления убийства Гетьмана: «Как он может идти, где может стоять машина». Но чуть более года назад, накануне парламентских выборов, на первый план Генпрокуратура выдвинула идеального «злодея на все времена» — Павла Лазаренко. Идеальным он был и по размаху своей деятельности, и потому, что, по версии следствия, кровно враждовал с донецкими. Но едва ли не главное «преимущество» Лазаренко — его нахождение в американской тюрьме. Если измерять время в генпрокурорах, то лишь убийство Гетьмана произошло три генпрокурора назад, а остальные преступления — за четыре-пять генпрокуроров до Святослава Пискуна. Отношения экс-премьера с американской Фемидой развиваются не слишком стремительно, так что шансов попасть в Украину до предстоящих президентских выборов (которые в Украине и в США состоятся почти одновременно, в октябре-ноябре будущего года) у Павла Ивановича очень немного. Все это время дело по обвинению его в заказе перечисленных преступлений (выделенное в отдельное производство) может спокойно пылиться в архивах следственного управления ГПУ. Кстати, рядом с еще многими десятками томов других дел, также в отношении Лазаренко.

Далеко не все понятно и с исполнителями. С огромным по объему приговором не успели ознакомиться еще и сами осужденные. Наблюдателей же интересует то, как суд трактовал массу сомнительных моментов. Самый главный — как могла решиться банда луганских убийц поднять руку на лидеров самой влиятельной в стране бизнес-группы, при этом преступления были совершены исключительно профессионально. Второй вопрос — что же все-таки на самом деле случилось с самим Евгением Кушниром, который умер в одном из донецких СИЗО. И как он, находясь в реанимации, смог организовать убийство Вадима Гетьмана (произошедшее, напомним, 22 апреля 1998 г.). 25 марта 1998 г. Кушнир, приехавший из Израиля, на берегу Карловского водохранилища (близ Донецка) при невыясненных обстоятельствах получает тяжелое огнестрельное ранение. Ему, находящемуся под усиленной охраной в реанимации, предъявляют обвинение в вымогательстве. Раненого перевозят в медчасть донецкого СИЗО №1, где 2 мая он умирает то ли от сердечного приступа, то ли от аллергической реакции на лекарство. Непонятно и то, как же покойный Кушнир смог, как уверяет Генпрокуратура, получить гонорар от Лазаренко ($850 тыс.). В целом все эти вопросы, на которые довольно сложно найти вразумительные ответы, и стали причиной того, что суд состоялся без лишней огласки, без необходимых в таких случаях пресс-конференций руководителей всех силовых ведомств, раздачи орденов следователям и т. д.