Государство

Чем поможет Украине полицейская миссия в Донбассе

В случае отправки на Восток такого контингента ЕС лишит его права оказывать вооруженное сопротивление

Фото: Jim Wagner/Released

Киев официально обратился к Совету ЕС с просьбой о развертывании в Украине международной операции по поддержанию мира и стабильности. Причем посол Константин Елисеев уточнил, что такая миссия поспособствует "восстановлению мира и стабильности на востоке Украины путем создания надлежащих политико-безопасностных условий для успешной имплементации Минских договоренностей и поддержки деятельности специальной мониторинговой миссии ОБСЕ".

Настойчивые попытки дипломатического Киева вовлечь страны - члены ЕС в дело организации так называемой полицейской миссии в Донбассе не могут не вызвать уважения. Но налицо определенная инерция мышления украинского руководства - либо только МИДа - в отношении подлинной роли ЕС в сфере глобальной безопасности. Скорее всего, основных причин две: невозможность участия России в европейских миссиях такого рода и западные указания, состоящие в необходимости поиска площадок для диалога со страной-агрессором, что исключает упоминание аббревиатуры НАТО.

В целом, конечно, предложение создать и направить - вероятно, на линию разграничения - какой-либо контингент, состоящий из граждан Европейского Союза, не лишено интереса. Но единственный смысл подобной миссии для Украины, если реалистически смотреть на вещи, может состоять лишь в преодолении западными европейцами определенного болевого порога. Теракты в европейских столицах и убийство российскими ракетами пассажиров гражданских авиалиний, увы, пока не могут справиться с этой задачей из учебника психологии масс. Можно предположить, что в случае отправки в Донбасс такого контингента ЕС лишит его права оказывать вооруженное сопротивление.

От европейской миссии никак не стоит ожидать большего, нежели от миссий ОБСЕ. Хотя один важный плюс по сравнению с последней все же имеется - невозможность включения в ее состав представителей российского агрессора

Входя в положение Владимира Путина, европейские политики могут указать своим военнослужащим на необходимость отказа от сопротивления. Ведь, учитывая отношения российских военных к представителям ОБСЕ, можно даже не сомневаться, что если европейских миротворцев не отстреляют сразу, то их захватят с целью выкупа. И здесь появляется другая диллема: предусмотрены ли действующим бюджетом ЕС подобные расходы? Тем не менее участие Евросоюза в реальной внешней политике предполагает Лиссабонский договор 2009 г., в соответствии с которым появился пост Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности, совмещенный с должностью заместителя Председателя Еврокомиссии, а также создана дипломатическая служба - Европейская служба внешних связей. Примечательно, что один из ключевых вызовов, на которые должна ответить эта масштабная политическая инфраструктура, - глобальное потепление. Но поскольку установить контакт с ледниками пока не удалось, ЕС вынужден заниматься и другими, менее животрепещущими вопросами.

Наблюдательные миссии Союза размещены в Грузии и в Косово, где почти двухтысячный контингент призван надзирать за порядком в составе полицейских и судебных органов. Подобная миссия действовала и в Ливии, после того как положительно и бесповоротно решился вопрос Каддафи. Как правило, эксперты указывают на то, что ЕС эффективен в постконфликтной стадии, когда его эмиссары наблюдают за выполнением соглашений, предоставляют гуманитарную и правовую помощь, создают инфраструктуру соответствующих времени учреждений. Ситуация в Донбассе пока что даже не входила в подобную стадию.

Иными словами, идея приглашения в зону российско-украинского вооруженного конфликта миротворческого (скорее полицейского) контингента из стран ЕС, координируемого европейской внешнеполитической структурой, явно преждевременна, а ее восприятие в украинском общественном мнении, очевидно, искажено.

Конечно, при получении одобрения Совета ЕС Европейский Союз также может осуществлять операции быстрого реагирования с использованием двух действующих одновременно боевых групп численностью по 1500 человек. Но от европейской миссии никак не стоит ожидать большего, нежели от миссий ОБСЕ. Хотя один важный плюс по сравнению с последней все же имеется - невозможность присутствия в таких миссиях представителей российского агрессора. Именно поэтому Москва будет всячески сопротивляться даже такому шагу со стороны Киева и Брюсселя. Она уже отреагировала тем, что свои услуги в миротворческом бизнесе предложил секретарь ОДКБ Николай Бордюжа. Оно и ясно: в отличие от ситуации в ОБСЕ оказание влияния на поведение пусть даже полицейского европейского контингента - это более трудная задача для России (говоря цинично, другой порядок цифр и менее глубокая инфильтрация в это сообщество старой советской и новой российской агентуры, ряд других обстоятельств). Однако вызывает сомнения принципиальная способность ЕС решиться на подобные действия. Ведь в Косово и Ливии основная работа по нейтрализации агрессивных элементов была проделана НАТО. И в целом представляется малоэффективным разрывать в этом отношении связь между НАТО и ЕС.

Фото: europalibera.mobi

За исключением небольшой группы нейтральных стран, находящихся под защитой Соединенных Штатов, в Европейском Союзе отсутствуют какие-либо войска, которые нельзя отнести к Североатлантическому альянсу. Кроме того, нельзя не войти в положение европейцев - вооруженные силы большинства стран ЕС, в частности Германии, находятся в тяжелом состоянии. Это результат 10-летий травоядной политики, а также паразитарно-инфантильных отношений с США.

Еще не так давно американское военное присутствие в Европе было сведено к минимуму. Теперь, когда ошибочность такой стратегии очевидна, начался обратный процесс. Из западноевропейских стран готовыми к военному конфликту можно назвать лишь Францию и Великобританию. Причем даже в Соединенном Королевстве сегодня развернулась дискуссия о подлинном состоянии обороны и безопасности страны, в которой военнослужащих просят не провоцировать своей формой разномастных почитателей Мохаммеда, прибывших на Альбион с целью воспользоваться щедротами британской социальной политики.

Отсюда следует вопрос: если решение о направлении в Украину миротворческого контингента ЕС все же будет принято, из кого он, собственно, может состоять? И не лучше ли, минуя определенную стадию, перейти сразу к обсуждению гуманитарной интервенции, полицейской или стабилизирующей операции НАТО или "коалиции доброй воли"?

Любопытно, что в начале марта вице-президент Атлантического совета США Дэймон Уилсон заявил, что странам Европы, в том числе членам НАТО, угрожает возникновение новых конфликтов и кризисов, если Соединенные Штаты не будут действовать, чтобы остановить российскую агрессию в Украине. Он подчеркнул, что неэффективное сдерживание российского агрессора может спровоцировать нападение Москвы на страны ЕС и НАТО. Между тем Атлантический совет возглавляет Джон Хантсмен - один из наиболее влиятельных лиц в дипломатическом корпусе республиканцев, в прошлом посол США в Сингапуре, а затем в Китае, губернатор Юты и единоверец экс-кандидата в президенты Митта Ромни. В 2012 г. и сам Хантсмен - конструктивный консерватор - попробовал поучаствовать в партийной президентской кампании. Несомненно, его поддержка понадобится и Джебу Бушу, сегодня все быстрее вовлекающемуся в избирательную кампанию. Впрочем, на тот период, в котором будет определяться следующий хозяин Белого дома, - на нынешнего, увы, надежды людей доброй воли от Каракаса до Тегерана и от Тель-Авива до Киева окончательно исчерпались - можно воспользоваться и сюжетом с европейскими миротворцами, следуя логике поговорки об овце и ее шерсти. Хотя бы потому, что шаги, которых боится и осуждает агрессор, неизбежно являются наиболее оптимальными для его жертвы.

Опубликовано в ежемесячнике "Власть денег" за апрель 2015 г. (№4/429)