Государство

Эффект не достигнут

За последние 10 лет энергоемкость отечественных предприятий уменьшилась более чем на 30%. Однако эти темпы не позволяют нам даже приблизиться к показа

За последние 10 лет энергоемкость отечественных предприятий уменьшилась более чем на 30%. Однако эти темпы не позволяют нам даже приблизиться к показателям государств Евросоюза, их промышленность демонстрирует втрое большую энергоэффективность по сравнению с нашей. Украинские заводы, фабрики и электростанции по-прежнему сжигают слишком много газа и угля, а большая часть вторичной энергии, которую можно было бы использовать, улетает в трубу.

Фактор грома

По данным ГП "Государственный информационно-аналитический центр мониторинга внешних товарных рынков" ("Держзовнішінформ"), несмотря на постепенное снижение энергоемкости украинской промышленности, большинство предприятий по-прежнему используют ресурсы неэффективно.

Сейчас в нашей стране показатель трат условного топлива на производство продукции на $1 тыс. составляет около 0,5 т. Тогда как в соседней Польше он не превышает 0,2 т, а в Германии — 0,15 т. Даже в России, где промышленные предприятия имеют доступ к более дешевым энергоресурсам, этот показатель находится на меньшем уровне — 0,45.

Как обычно происходит в нашей стране, практически ни одно из крупнейших промышленных предприятий не волновалось о коренном улучшении собственной энергоэффективности, пока не грянул гром: не подорожал в несколько раз природный газ и разразился мировой экономический кризис.

За 2008–2010 гг. голубое топливо для промышленности выросло в цене почти втрое: с 1,2 тыс. до 3,4 тыс. грн. за 1 тыс. кубометров. Что больше всего сказалось на бизнесе металлургических и химических предприятий, на долю которых приходится две трети газа, потребляемого всей промышленностью.

До наступления кризиса и резкого обвала цен на производимую ими продукцию на мировом рынке они практически не задумывались о коренной модернизации и минимизации затрат. Например, металлургические предприятия до кризиса сжигали ежегодно до 10 млрд кубометров газа. И лишь когда он стал золотым, на заводах стартовали инвестиционные проекты, направленные на его замещение другими ресурсами (прежде всего углем).

Это дает возможность делать установки пылеугольного вдувания топлива (они подают в доменную печь смесь углей мелкой фракции, что позволяет практически отказаться от использования газа и сократить потребление кокса).

Первая такая установка была запущена еще в 80-х годах прошлого века на Донецком металлургическом заводе и долгое время оставалась единственной в стране. Лишь в 2009 г. аналогичный комплекс был установлен на Алчевском меткомбинате (контролируется корпорацией ИСД Сергея Таруты), и тогда же соответствующий проект стартовал еще на одном предприятии ИСД — ДМК им. Дзержинского.

В дальнейшем к ним подключились "Запорожсталь" и Мариупольский металлургический комбинат им. Ильича, а также "Азовсталь" и Енакиевский металлургический завод, входящие в группу "Метинвест" Рината Ахметова.

Затраты на эти проекты оказались весьма существенными: в среднем один комплекс пылеугольного вдувания обходится в $100–120 млн. Однако, по заверению сталеваров, игра стоит свеч, поскольку за счет отказа от дорогого природного газа он окупается уже за два-три года.

Подорожание энергоресурсов заставило металлургов также ускорить демонтаж устаревшего мартеновского производства стали и его замену на конвертерное, обеспечивающее снижение расхода газа почти на 90%. Если до кризиса порядка 45% стали в Украине выплавлялось в мартенах, то в прошлом году этот показатель уменьшился до 23%.

В 2012 г. свои последние мартены остановили "Донецксталь" Виктора Нусенкиса и "Интерпайп Нижнеднепровский трубопрокатный завод" Виктора Пинчука.

Но в стране продолжают работать еще пять мартеновских цехов (на "Азовстали", ММК им. Ильича, "Запорожстали", а также "АрселорМиттал Кривой Рог" и Алчевском меткомбинате). Производимые ими почти 7,5 млн т металла в год все еще делают нашу страну мировым рекордсменом по выплавке стали этим дедовским методом.

Слишком поздно опомнились и отечественные химики, в частности, производители минеральных удобрений, которые только после подорожания газа вплотную занялись снижением его потребления (совсем отказаться от него они не в состоянии, поскольку газ является для них не только энергоресурсом, но и основным технологическим сырьем).

Однако большими успехами на этом поприще они пока похвастать не могут. Например, концерн "Стирол" за последние три года в рамках модернизации стоимостью более $100 млн сократил расход природного газа лишь на 6%, до 1,1 тыс. кубометров на 1 т аммиака, а черкасский "Азот" (оба входят в холдинг Ostchem Дмитрия Фирташа) — на 5%, до 1,08 тыс. куб. м.

Тогда как в СНГ соответствующий средний показатель составляет 1,05 тыс. кубометров, а новейшие мировые технологии позволяют снизить расход до 720–750 куб. м. Как результат, уровень конкурентоспособности наших химиков остается невысоким, что и подтвердила недавняя остановка "Стиролом" выпуска минеральных удобрений из-за существенного падения цен на мировых рынках.

После внедрения сжечь

Еще больше проблем накопилось в отечественной тепловой энергетике. Большинство наших ТЭС, работающих на угле, выработали допустимые сроки эксплуатации и требуют срочного переоснащения. Оборудование, которое они используют, было введено в строй в 60–70-х годах прошлого века и за минувшее время устарело как физически, так и морально.

Коренная модернизация тепловых электростанций фактически не велась, и в итоге удельный расход условного топлива на выработку электроэнергии, начиная с 1991 г., вырос почти на 20%, до 373,6 г/кВт•ч (тогда как на европейских станциях этот показатель на 30–40% ниже). А с ним существенно увеличились и другие эксплуатационные затраты.

Как и в случае с металлургами и химиками, энергетики встрепенулись лишь после начала кризиса и значительного подорожания энергоресурсов. Чиновники наперебой заговорили о планах масштабной модернизации энергетических мощностей, озвучивая малореальные проекты (внедрение технологии сжигания водоугольного топлива, строительство мощностей по газификации бурого угля) и фантастические цифры инвестиций.

Так, заместитель министра энергетики и угольной промышленности Сергей Чех недавно заявил, что Украина планирует модернизировать 78 энергоблоков в рамках реконструкции ТЭС до 2020 г., за счет чего их мощности увеличатся почти на 40%, до 22,6 ГВт. Для этого понадобится около 200 млрд грн., но вот откуда возьмутся эти деньги, неясно.

Поскольку частные инвесторы планируют более скромные траты. Например, группа ДТЭК Рината Ахметова, контролирующая более половины всех мощностей отечественной тепловой энергетики, недавно заявила о намерении вложить до 2020 г. в модернизацию 46 своих энергоблоков и строительство новых станций порядка 23 млрд грн. Соответственно, из озвученной чиновниками суммы в 200 млрд грн. подавляющая часть должна будет лечь на плечи государства.

А тем временем в Европе планируется постепенный вывод из строя старых угольных ТЭС. По информации "ДС", мощности последних в ЕС оцениваются более чем в 28 ГВт и они могут быть закрыты уже до 2020 г. Заменить их должна альтернативная энергетика, прежде всего солнечные электростанции, которых до этого времени в странах Евросоюза планируют ввести в строй почти 26 ГВт.