Государство

Почему государство хочет уничтожить волонтеров

Инстинкт подсказывает бюрократии, что не Россия и даже не ДНР с ЛНР ее основные соперники. А те люди, которые выполняют ее функции. Поэтому именно с ними она будет бороться в первую очередь

Волонтерам, держащим на плечах армию, беженцам, сиротам, старикам и прочим обездоленным надо готовиться к тяжелым временам. Помимо экономического кризиса, который уже ударил по суммам пожертвований и ценам на гуманитарку, появился еще один ограничитель для благотворительности: парламент принял, а Президент подписал изменения в Налоговый кодекс, которые обязывают уплачивать налоги с гуманитарной помощи.

От налогообложения будут освобождаться суммы, полученные перемещенными лицами от международных благотворительных фондов из кабминовского списка. То есть, во-первых, сугубо украинские волонтерские организации - а таких у нас подавляющее большинство, не говоря уже о том, что немало людей, которые действуют вне рамок каких-либо организаций, - от налогообложения благотворительной помощи не освобождаются. Во-вторых, всегда интересно, когда появляются всевозможные государственные "списки приближенных", которые получают преференции. "По поводу списка Кабмина, простыми словами: если мы оказали помощь переселенцу в сумме свыше 1700 грн. в год (!), мы должны еще и налоги заплатить. Пачка памперсов - это около 300 грн., продуктовый набор на неделю на одного - порядка 200 грн., бытовая химия - почти 300 грн., лекарства - промолчим... Про постель, посуду и одежду можно даже не заикаться... Кстати, с новогодних подарков детям, которые первая леди привезла на Фроловскую, нам теперь налоги платить..." - написала на своем ФБ волонтер Леся Литви-нова (волонтерский центр "Фро-ловская, 9/11"), ознакомившись с новым законом.

Казалось бы, волонтерское движение за последний год показало себя едва ли не последним реальным шансом выживания для страны. Волонтеры и огромная армия их доноров почти всерьез обсуждали в соцсетях возможность стимулирующих мер в области налогового законодательства. Вплоть до переведения части налогообложения в волонтерский сектор. То есть систему, при которой каждый желающий отдает часть своих доходов не в казну, а в кассу той или иной организации. Идея, конечно, нетривиальная. Но тривиальными идеями ситуацию, в которой оказалась наша страна, не спасешь.

Можно даже предположить, что финансирование волонтерских программ вместо неповоротливых государственных структур может стать трендом с самыми невероятными перспективами. Вплоть до воплощения фантазий футурологов о "безгосударстве", построенном исключительно на "горизонтальных" связях, осознании общих интересов
и солидарности

Но что остается тривиальным - примитивные рефлексы государственной машины. Она по-прежнему не уступит никому ни копья, ни крупицы своих полномочий, ни толики контроля. Инстинкт самосохранения бюрократической машины, впрочем, в нашем случае абсурден. Ведь если мы потеряем страну, украинской бюрократии придет конец вместе с ней. Но инстинкт на то и инстинкт, чтобы не подчиняться доводам здравого смысла. Он подсказывает бюрократии, что не Россия, с которой мы то ли воюем, то ли нет, и даже не ДНР с ЛНР ее основные соперники. А те люди, которые выполняют ее, бюрократии, функции. И выполняют их эффективнее и успешнее, чем она сама.

Поэтому именно с ними она будет бороться в первую, вторую и третью очередь.
Ведь стоит только чуть-чуть уступить - и отхватят по локоть. Вот хоть с этим налогообложением, от которого то ли "освободить", то ли вообще разрешить платить "не по адресу". Если гражданам предоставить выбор, платить налог полностью в казну или отдавать часть волонтерам на определенные программы или проекты, что вы, например, выберете? Собственно, абсолютное большинство украинцев уже выбрало и превратилось либо в волонтеров, либо в доноров. Даже без всяких налоговых поблажек. И ведь нельзя сказать, что государство совсем в этом не заинтересовано. Потому что, во-первых, часть его социальных гарантий будут выполнять общественные организации. А во-вторых, возможность "альтернативного" налогообложения может вывести из тени часть серых доходов. Люди, получающие зарплаты в конвертах, - весьма активные жертвователи.

Дать возможность развиваться "параллельным" структурам - дело рискованное. Но риск оправдан сложностью ситуации. Да, общественные организации еще "юные", многого не знают, не умеют, плохо координируются, не всегда способны сформулировать свои программы и требования. Самое главное - они не доверяют государству. Возьмите хотя бы пример со списками Кабмина (никто не верит, что в него не попадут "карманные" конторы или даже просто мошенники) и с нежеланием волонтеров проходить государственную регистрацию под тем предлогом, что представлять о себе так много приватной информации "просто опасно". И не поспоришь: сколько волонтеров было убито, сколько подвергалось нападениям, скольких запугивали расправой с семьей. Кто даст гарантию, что информация, которую человек передает государству при регистрации, долго останется конфиденциальной?

Фото: telegraf.com.ua

Поэтому старание сохранить реальности государства и волонтерства "распараллеленными" обоюдное. Но учитывая, что волонтерство все равно остается более эффективным, чем государство, - это почти гарантия того, что данный сектор общественной жизни будет развиваться. В то время как государство, не исключено, продолжит терять смысл для собственных граждан. Если до сих пор, скажем, зарплата "в конвертах" была этическим вызовом - ведь это пенсии, содержание школ, больниц и прочей социалки, то финансовое участие в волонтерских проектах снимает моральную дилемму. Можно даже предположить, что финансирование волонтерских программ вместо неповоротливых государственных структур может стать трендом, который при наличии доверия со стороны граждан может иметь самые невероятные перспективы.
Вплоть до воплощения фантазий футурологов о "безгосударстве", построенном исключительно на "горизонтальных" связях, осознании общих интересов и солидарности. Можно предположить, что государство какое-то время будет сохранять за собой силовые функции - армию, суды, правоохранительные органы. Но со временем эти функции с него тоже могут осыпаться и перейти в частный коммерческий или общественный некоммерческий сектор. В мире уже сейчас существуют частные армии, приватные тюрьмы и избираемые судьи.

Как ни странно, именно у нас складывается комплекс условий, которые могут спровоцировать рывок глобальных социальных изменений. Сильные государства для этого слишком сильны - их граждане либо не видят смысла менять то, что и так работает, либо слишком запуганы, чтобы решиться что-то менять. Кроме того, в европейских странах негосударственный сектор и государства складывались параллельно, во взаимодействии, и это шаткое равновесие стало для них оптимальным образом жизни. Резкий рост нашего негосударственного сектора совпал с упадком государственной машины, которая видит в волонтерстве угрозу для собственного существования. В условиях, в которых мы оказались, отягощенные всеми болезнями прошлого и под угрозой агрессии извне, у нас нет выбора - либо измениться и выжить, либо пропасть. Причем ни одна из "традиционных" моделей общества в нашем случае, скорее всего, не сработает. То есть нам придется поискать нетривиальные пути и, возможно, стать пионерами глобальных социальных изменений. Это не будет легко. Дело может закончиться войной на два фронта.