Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Александр Медведев: «Мы никогда не скрывали, что у нас есть интерес к получению доступа к конечному потребителю»

Пятница, 1 Октября 2010, 01:02

Объективка
Кто:
Медведев Александр Иванович,
родился 14 августа 1955 г. в г. Шахтерск Сахалинской области.

Образование:
Окончил Московский физико-технический институт по специальности «системы автоматического управления». Кандидат экономических наук, действительный член Международной академии инвестиций и экономики строительства.

Карьера:
1978-1989 гг. — сотрудник Отдела международных экономических отношений ИМЭМО АН СССР, затем старший научный сотрудник, и. о. заведующего сектором, ученый секретарь Комплексной программы научно-технического прогресса СССР АН СССР и ГКНТ СССР.
1989-1991 гг. — директор совзагранбанка «Донау-Банк АГ», управляющий директор дочерней фирмы банка «Интер Трэйд Консалт ГмбХ» (Австрия).
1991-1996 гг. — директор компании «ИМАГ Инвестмент Менеджмент энд Эдвайзори Груп ГмбХ» (Австрия).
1997-1998 гг. — вице-президент ОАО «Восточная Нефтяная Компания».
1998-2002 гг. — директор компании «ИМАГ Инвестмент Менеджмент энд Эдвайзори Груп ГмбХ» (Австрия).
2002-2005 гг. — член правления ОАО «Газпром», генеральный директор ООО «Газэкспорт».
2005-2008 гг. — заместитель председателя правления ОАО «Газпром», генеральный директор ООО «Газэкспорт» (с ноября 2006-го — ООО «Газпром экспорт»).
С 2008 г. — заместитель председателя правления ОАО «Газпром», генеральный директор ООО «Газпром экспорт», председатель правления-президент Континентальной хоккейной лиги.


Весеннее заявление премьер-министра РФ Владимира Путина о слиянии «Газпрома» и НАК «Нафтогаз України» все восприняли как шутку. То, что российский премьер не шутит, стало понятно ближе к осени, когда стороны включились в переговорный процесс о создании совместного предприятия. Главный аргумент украинской стороны понятен — Украина готова подумать об СП или совместном управлении ГТС только в случае, если Россия откажется от строительства «Южного потока». О том, чего хочет «Газпром» от Украины и что может предложить взамен, в эксклюзивном интервью «ВД» рассказал зампред ОАО «Газпром» и гендиректор ООО «Газпром экспорт» Александр Медведев.

Первое предложение о совместном будущем «Газпрома» и НАК «Нафтогаз України», сделанное российской властью еще в апреле, касалось перспективы слияния двух компаний. Сейчас на повестке дня стоит вопрос создания совместного предприятия, которое, по словам главы «Газпрома» Алексея Миллера, будет промежуточным звеном перед слиянием. На какую долю может теоретически рассчитывать украинская сторона, если решение об объединении все-таки будет принято?
— Мы решили идти через создание СП, по—скольку капитализация «Газпрома» не сравнима с капитализацией НАК «Нафтогаз України» (в мае с. г. президент Российского газового сообщества Валерий Язев говорил о $170 и $17 млрд соответственно — прим. «ВД»). У вас есть добывающая компания, но украинская ГТС не находится в непосредственном подчинении НАК «Нафтогаз України». Поэтому оценка должна проводиться независимыми оценщиками. Это относится как к добывающим, так и газотранспортным активам. Если в структуру СП с украинской стороны войдут запасы на Черноморском шельфе, то они также будут оценены, — процедура оценки есть, и я думаю, что тут не возникнет никаких проблем.

Некоторые украинские эксперты считают, что кроме получения контроля над украинской ГТС едва ли не базовой целью создания совместного предприятия является гарантия доступа «Газпрома» к внутреннему рынку газа в Украине — конечному потребителю.
— Если мы создадим СП, то это СП и будет решать, как мы будем заниматься маркетированием газа. Дело в том, что в СП будут входить и добычные активы, и газотранспортные. Я не исключаю, что с украинской стороны могут закладываться и распределительные, маркетинговые сети. Пока природа СП не определена, рано, наверное, говорить об этом. Но в нашей стратегии мы никогда не скрывали, что у нас есть интерес к получению доступа к конечному потребителю. Мы это делаем практически во всех странах Европы, продаем не только газ, но и электроэнергию. Как мы планируем маркетировать газ, который станет собственностью СП (а это может быть не только российский газ, но, не исключено, что и украинский), и будет предметом переговоров. Но конечный потребитель от этого только выиграет. За счет чего происходит рост цен на газ для потребителей? Когда компании нечего «добавить» в своем бизнесе или у нее не хватает собственного ресурса, в таком бизнесе начинают появляться посредники. А мы и наши коллеги в НАКе по определению посредниками не являемся. Мы являемся производителями и транспортировщиками. Я думаю, что вопрос «Как реализовывать газ?» — самый легкий из всех, которые могут возникнуть (в рамках переговорного процесса по созданию СП — прим. «ВД»).

Вы исключаете возможность создания посредника или возвращения на украинский рынок, к примеру, той же RosUkrEnergo, учитывая хотя бы тот факт, что большинство облгазов в стране находятся под контролем Дмитрия Фирташа?
— Этот вопрос закрыт, и, как минимум с нашей стороны, такой постановки вопроса нет. Из всех заявлений о том, как будет строиться общий бизнес Украины и России, это самое невозможное. Мы сейчас работаем с НАК напрямую, и будем продолжать работать. Единственный вопрос, который еще может возникнуть, заключается в том, что делать с газом, который RosUkrEnergo может получить теоретически по решению Стокгольмского арбитража. 8 июня с. г. Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты обязал НАК «Нафтогаз України» вернуть RosUkrEnergo 11 млрд куб. м газа и предоставить дополнительный объем газа в размере 1,1 млрд куб. м в качестве неустойки за нарушение условий контракта. Но могу сказать, что к нам по этому вопросу пока никаких конкретных предложений не поступало.

Большинство предприятий ТЭК Украины находится в критическом состоянии и нуждаются в срочной модернизации. В сфере теплоснабжения украинские муниципалитеты уже достаточно давно сотрудничают с ЕБРР и другими европейскими финансовыми организациями. «Газпром» в случае создания СП готов будет вкладывать средства в модернизацию маркетинговых сетей, предприятий ТЭК?
— Что касается вопросов модернизации, то мы еще находимся немного на другом уровне обсуждений с украинской стороной и во все эти нюансы пока не вникали.

Не так давно банк ВТБ принял решение о выделении $400 млн НАК «Нафтогаз України» для покрытия кассовых разрывов долгов предприятий ТЭК. Принимало ли решение о выделении данного кредита руководство «Газпрома»?
— Мы не вмешиваемся в деятельность финансовых организаций. ВТБ и Газпромбанк уже длительное время принимают участие в финансировании поставок газа. Платежи от Украины в последнее время, слава Богу, поступают вовремя.

Одним из самых больших препятствий по созданию СП с Украиной сейчас выглядит проект строительства «Южного потока». Украинские чиновники в буквальном смысле требуют того, чтобы Россия отказалась от проекта. Только в случае отказа от строительства альтернативного газопровода украинская власть согласна рассматривать возможность создания СП. При каких условиях Россия готова будет отказаться от этого проекта?
— Мне смешно, когда говорят о том, что проекты газопроводов «Северный поток»и «Южный поток» направлены против Украины. Это чистейшей воды политиканство. В Европе в настоящее время добыча газа сильно сокращается. К 2030 году, а до этого времени у нас осталось всего 20 лет, потребуется дополнительного импортного газа не менее
200 млрд куб. м. Под этот газ у нас в настоящее время нет никаких мощностей, а все действующие уже заполнены под контракты. А теперь давайте посчитаем. «Северный поток» и «Южный поток» у нас, к примеру, забирают
120 млрд куб. газа. Еще 30 — «Набукко». Итого 150. Давайте еще построим пять терминалов СПГ по 10 млрд куб. м. газа каждый. У нас будут, таким образом, заполнены все мощности. Пусть еще будут заполнены все мощности у алжирцев и норвежцев. И даже если к этому добавить планы по строительству других альтернативных газопроводов, мы все должны понимать, что 10-15% от этих объемов можно сразу скинуть с плановой мощности газопроводов, которые будут введены в эксплуатацию. Так что здесь простая арифметика показывает, что эти объемы нужны нам исключительно для заполнения спроса. И чем более диверсифицированными будут эти транспортные маршруты, тем лучше для потребителя.

В последние несколько месяцев можно говорить о существенной активизации проекта «Набукко». И российское руководство достаточно скептически относится к реализации данного проекта. Он может внести коррективы в планы «Газпрома»?
— Мы не рассматриваем этот проект как конкурирующий с нами. У нас есть газ, у нас есть партнеры, у нас есть опыт. Если мы посмотрим, что есть у «Набукко», то обнаружим, что кроме соглашения и желания получить газ нероссийского происхождения, там нет ничего. Нет инвестиционного решения. Не определен даже источник газа, который пойдет по трубе. Иран… Вы сами знаете о нестабильности в регионе, и сложно себе вообще представить, как иранский газ может оказаться в Европе при нынешней политической ситуации. Туркменский газ практически в полном объеме законтрактован на Китай. Что касается Азербайджана, то мы сомневаемся в том, что у них есть заявленные запасы. Так что конкуренции со стороны «Набукко» мы не боимся.