Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Цена бренда. Во что превратился Гарвард с бюджетом в пол-Украины

Воскресенье, 15 Сентября 2019, 12:00
В прикладных областях растет интерес работодателей к бездипломникам, а дипломы престижных вузов превращаются в просто дорогие сувениры
Фото: Shutterstock

Фото: Shutterstock

Богатство растет, цены тоже

Ситуация драматическая, но это еще не кризис - примерно так описывают западные эксперты положение с кредитами на высшее образование. С каждым годом растет благосостояние западных университетов. Растет стоимость обучения. Растут долги по кредитам за образование. Однако спрос на университетский диплом все еще весьма высок. Мир помешался на брендах, и университеты не остались в стороне - они сами превратились в бренды, а их дипломы становятся частью личного бренда для каждого, готового оплатить учебу.

Согласно исследованию Chamber of Commers университетский диплом действительно может повысить благосостояние: специалист с университетским образованием в США в среднем получает на 75% в год больше, чем те, кто так и не достиг образовательных высот. Но есть парочка "но". Во-первых, это средняя температура по палате. Билл Гейтс - один из самых богатых людей на Земле, а ведь он так и не закончил Гарвард. А уж "бросить Стэнфорд" - что-то вроде мема у молодых миллиардеров Кремниевой долины.

Во-вторых, те, кто закончил университет, очень нуждаются в высоком доходе - для того чтобы лет эдак до 40 расплатиться с кредитами за обучение.

Наконец, не все, бросившие Стэнфорд, обзавелись заветным миллиардом. В США до 4 млн студентов в год бросают учебу в вузе. И не из-за излишней крутизны, которую спешат обратить в деньги, а наоборот. Кредиты остаются с ними, а вот возможностей, которые дает диплом, у них, увы, нет.

При этом университеты становятся все богаче. Они поднимают цену за обучение - ну, теперь ведь все дорожает. Их бюджеты растут и за счет фондов пожертвований, и иногда за счет собственных капиталов. При этом только небольшая часть доходов идет на образовательные и научные потребности. Бюджеты самых престижных университетов США выше, чем ВВП не самых богатых государств и намного выше, чем весь образовательный бюджет Украины. К примеру, в 2018 г. у Гарвардского университета на счету было $39,2 млрд.

Зачем им столько? Ответ довольно прост: хороший университет должен быть богатым. По крайней мере, в США, а также во всех других местах, где наука развивается именно в университетах, а также лабораториях и научных центрах частных (преимущественно) корпораций. То, что США сумели вырваться далеко вперед в технологическом прогрессе, не в последнюю очередь связано с тем, что университеты и исследовательские лаборатории прочно спаяны с бизнесом и сами являются бизнесом.

Университет в США в корне отличается от нашей высшей школы. Наша высшая школа - это, собственно, школа. Где учителя учат, а ученики ходят на пары и на экзамены. Западный университет - не столько школа, сколько интеллектуальный или научно-исследовательский центр. Обучение здесь больше напоминает цеховую систему, чем индустриальную школу, занятую штамповкой стандартных специалистов для нужд производства.

На Западе редко встретишь аналог нашей Академии наук - у них эту роль выполняют университеты. В то время как наши университеты преимущественно обучают. Между обучением и научно-исследовательской работой образуется разрыв.

И поскольку университет является научным центром, он просто должен быть богатым. Он нуждается в крепкой материальной базе в виде лабораторий и оборудования, которые постоянно обновляются, библиотек и фондов, которые тоже постоянно пополняются. Он нуждается в профессуре, способной не только читать лекции и принимать экзамены, но и развивать научное знание. Нужны средства на стипендии и гранты для преподавателей и студентов. Откуда такие деньги? Это, как правило, забота самого университета, поскольку его доход - это его конкурентное преимущество. И, кстати, есть какая-то закономерность в том, что лучшие университеты США - это не коммерческие и не государственные, а именно частные вузы. Те, чей доход не вынимается из какого-нибудь одного кармана - государства или владельца, - а формируется самим университетом.

Связь с бизнесом у разных университетов выглядит по-разному. Одни умело распоряжаются акциями и инвестициями - как Принстонский университет, другие владеют хедж-фондами и недвижимостью по всему миру - как Гарвардский университет. Самый замечательный пример, наверное, являет Стэнфордский университет, который вырастил вокруг себя то, что теперь известно под названием Кремниевая долина. Стэнфорд создал ее как бизнес-инкубатор в тот момент, когда отчаянно нуждался в деньгах для образовательных нужд - во время Второй мировой. Университет не просто сдал в аренду пустующую землю долины - он сдал ее технологическим предприятиям, причем стимулировал создавать такие предприятия и инвестировать в них собственных студентов и преподавателей. Идея "бросить Стэнфорд" ради бизнеса в сфере высоких технологий - не новомодный мем, он родился еще в 1940-е, и университет сам стимулировал подобные настроения.

Издержки дорогого диплома

Но эти модели, хоть и выглядят вполне привлекательно, имеют издержки. Начать с того, что деньги - это наркотик, и стоит только сделать несколько удачных вложений, как становится трудно остановиться. Так, например, в данный момент Гарвард - один из самых богатых университетов мира - отдает на университетские нужды только 5% бюджета. Все прочие средства вложены в дело. И в этом не было бы ничего такого, если бы рост доходов университетов не сопровождался при этом ростом сумм, которые студент должен выложить за обучение, ростом долгов по образовательным кредитам и ростом пенсионного возраста для людей, которые влезли в подобные кредиты.

Этому, конечно, можно найти несколько объяснений. Первое: высшее образование и университетский диплом безбожно переоценены. И у нас, и у них никто за ценой не постоит, чтобы только получить заветные корочки. Причем у них это еще можно понять, раз, согласно Chamber of Commers, наличие этих корочек может поднять доход на 75%. У нас же корочки для очень многих людей - просто обязаловка, нечто, что должно быть. Огромное количество наших студентов не собираются работать по избранной специальности - кто-то уверен, что не сможет устроиться, другие вообще не считают, что запись в дипломе играет какую-то роль. Главное - чтобы диплом был.

В США - как и у нас - несмотря на дороговизну, очень охотно и массово поступают в университеты. Только последнее время статистика начинает демонстрировать первые признаки сокращения интереса к высшему образованию - но это все еще очень робкие намеки. Рост цены на обучение может быть попыткой сдержать этот бум. Он приводит к ряду проблем, из которых брошенное обучение и долги по кредитам, в том числе безнадежные, - только самые очевидные. Есть также социальные проблемы: согласно все тому же Chamber of Commers, нынешние студенты престижных американских вузов смогут выйти на пенсию не раньше 72 лет (в 2018-м возраст выхода на пенсию составлял 66 лет), а 11% студентов вообще сомневаются, что смогут себе позволить выйти на пенсию.

Особое положение у женщин - две трети долгов по кредитам за образование висят именно на женских плечах. Если при самом удачном стечении обстоятельств, когда удается найти хорошо оплачиваемую работу сразу после выпуска из университета, можно выплатить кредит и сделать первый взнос за собственный дом к 36 годам (данные на 2018 г.), то рождение первого ребенка сдвигается все ближе к 40 и скоро перевалит через эту отметку. В конечном итоге перед женщиной может просто встать выбор - или диплом, или дети. Именно то ограничение, которое современные женщины предпочитают отрицать, настаивая на том, что могут все. Физически и интеллектуально, конечно, могут. Но когда дело упирается в деньги, все начинает играть иными красками.

Таким образом, вопрос кредитов на обучение - это еще и вопрос о неравенстве, причем не только социальном, но и гендерном.

Кризис избыточной квалификации

Наконец, не исключено, что с повышением цены диплома, что диплом все больше становится частью "личного бренда", связано замедление технологического прогресса: если раньше в университеты шли немного чокнутые ботаники, то теперь это все больше "вещи для богатых". Далеко не все из тех, кто может поступить и одолеть Стэнфорд или Массачусетс, будут там учиться - не всем это по карману. И если раньше в университетских кругах львиную долю сил и внимания уделяли исследованиям и/или научной карьере, то теперь все больше внимания уделяется деньгам и кредитам.

Наконец, работодатель начинает роптать, а иногда и бастовать. Отказ, обоснованный тем, что у соискателя слишком высокая квалификация, - обычное дело. Брать на работу человека с университетским образованием - слишком дорого. Ведь на рынке труда можно найти им вполне достойную замену уже сейчас, а со временем это станет еще проще. Сегодня кризис избыточной квалификации поразил сферу высоких технологий - IT-компаниям нужно все больше и больше программистов, но им не нужны кодеры с университетскими дипломами. Это слишком дорогие ребята, притом что кодинг - это уже рабочая специальность, ради которой совсем не обязательно просиживать от четырех до шести лет в университете, набирая при этом заоблачные кредиты.

Эта тенденция будет распространяться и на другие сферы. Получить знания, достаточные для работы, можно и без университета. Онлайн-курсы - кстати, разработанные все теми же лучшими университетами мира, - индивидуальные тьюторы и коучи, в том числе нанятые и оплачиваемые компаниями и корпорациями, заинтересованными в специалистах определенного профиля, дают возможность бросить Стэнфорд, даже не поступая в него.

Конечно, диплом Гарварда или Принстона - это всегда будет круто. Это дорогая, престижная вещь, которая будет высоко цениться работодателями в определенных сферах - таких как юриспруденция или финансы. Но это будет чем дальше, тем больше именно дорогая вещь. В прикладных же областях интерес работодателей к бездипломникам будет расти.

Больше новостей об общественных событиях и социальных проблемах Украины читайте в рубрике Общество