• USD 27.6
  • EUR 33.5
  • GBP 39
Спецпроекты

Неуступчивый Булкин

Реклама на dsnews.ua
Чтобы легально зарабатывать на выпечке хлеба в Украине, нужно иметь железные нервы. Миллионер Владимир Слабовский работает под постоянным прессингом в
Чтобы легально зарабатывать на выпечке хлеба в Украине, нужно иметь железные нервы. Миллионер Владимир Слабовский работает под постоянным прессингом властей. Но научился с почти циничным спокойствием повышать цены, игнорируя упреки политиков.

У двери кабинета хозяина холдинга «ТиС» Владимира Сла­бовского висит табличка с фразами, которые подчиненным запрещено произносить при своем шефе. «Первый раз слышу», «Звонил, но не дозвонился», «Заходил, но вас не было», «Это было еще до меня», «Наверное, команда не прошла», «А почему я», «Я ему сказал, а он не сделал». «Не знаю» — это довольно эффективный менеджерский прием, вошедший в моду в последние годы во всем мире. Психологи даже успели разработать теорию о том, что таким образом начальники, обладающие слишком мягким характером, пытаются компенсировать недостаток жесткости в отношениях с трудовым коллективом. Впрочем, у Слабовского на рынке выпечки хлеба, сделавшем его миллионером, совсем другой имидж. Хладнокровная расчетливость, зачастую граничащая с цинизмом, — иначе в этом непростом бизнесе никак. Ведь на посту президента Всеукраинской ассоциации пекарей ему приходится постоянно оборонять всю отрасль от популистских атак политиков.

В последние годы Украина бьет все рекорды по количеству всевозможных выборов, и редко кто из кандидатов не обещает избирателям стабильных цен на хлеб, а то и их обвального снижения. Не был оригинальным и победитель последних президентских выборов. «Обеспечу формирование на законодательном уровне и гарантирование ценовой стабильности для каждого человека государственной антикризисной продовольственной корзины — хлеб, овощи, масло, молочные продукты, сахар, крупяные изделия», — говорится в предвыборной программе Виктора Януковича. Перспектива принятия закона, замораживающего цены на хлеб, должна бы обеспокоить Слабовского. Но он, как раз наоборот, демонстрирует полнейшее спокойствие: «От повышения цен никуда не денешься». По его словам, если частным предприятиям будет невыгодно производить хлеб, они просто остановятся. А ведь у государства достаточных мощностей на этом рынке просто не осталось. Хотя не исключено, что это спокойствие напускное. Время от времени Слабовскому приходится вводить неофициальный мораторий на повышение цен по просьбе руководителей правительства. Взамен он получает лояльность политиков. Неудивительно, что за 12 лет работы на хлебном рынке обзавелся надежными связями во всех враждующих политических лагерях. Хотя с Партией регионов эти связи все же теснее. Главный партнер Слабовского в холдинге «ТиС», Михаил Табачник, — младший брат Дмитрия Табачника, одного из лидеров регионалов.

Хлеб — самый политизированный товар в Украине. Между выборами рынок лихорадит?
— Как ни странно, наоборот. Последний всплеск цен пришелся на начало кризиса, когда обвалился курс гривни. С тех пор на полтора года политики о нас забыли, оставили в покое. Им сейчас не до хлеба. И это очень хорошо. Хлеб за последний год в среднем подорожал на 7%. На фоне сахара, который дал рост в 300%, мы никому не интересны. Хотя это спокойствие, конечно, временное. У украинцев на уровне генетической памяти со времен Голодомора закреплено, что хлеб — это жизнь. И политики это используют в своих интересах.

Победитель президентских выборов Виктор Янукович в своей предвыборной программе обещает введение продовольственной корзины с гарантированно стабильными ценами. В этой корзине есть и хлеб. Выполнение этого обещания реально?
— Реально, но с учетом того, что Партия регионов добилась принятия закона о повышении социальных стандартов, нам нужно повышать заработную плату сотрудникам — и это отражается на цене. Увели­чивается себестоимость производства хлеба за счет роста всех ее составляющих. На мой взгляд, если раньше человек тратил на хлеб в среднем 10 гривен в месяц, а теперь — 10 гривен 50 копеек, то для большинства это не станет проблемой. А о тех, для кого станет, должно позаботиться государство.

Впереди местные выборы. Это значит, что даже минимальное повышение цены может стать поводом для громких политических скандалов. Вы к этому готовы?
— По моим наблюдениям, властям абсолютно все равно, что происходит с ценами на хлеб до тех пор, пока не возникает необходимость побороться за электорат. И тогда уже они своего шанса не упускают. Если власти заставят производителей работать себе в убыток, то это производство остановится без чьей-то злой воли. И что они тогда будут делать?

Замучают вас проверками контролеров.
— Дело в том, что перебои с хлебом власти не нужны. Если мы уйдем на баррикады, — сметут всех. В Петрограде в феврале 1917 года пять дней были закрыты хлебные склады — результат до сих пор расхлебываем.

Реклама на dsnews.ua

Правда ли, что из-за ценовых ограничений на социальные сорта хлеба в последнее время растет доля теневых производителей?
— По нашим подсчетам, эта доля уже приблизилась к 60%. Легальным производителям в нынешних условиях невыгодно производить хлеб массового потребления, рентабельность производства которого ограничивается местными властями. Нам выгоднее производить высокорецептурные продукты. В итоге нишу дешевого хлеба занимают теневые производители. Посмотрите на официальную статистику. Если верить ей, то сейчас потребление хлеба на душу населения в Украине ниже, чем в блокадном Ленинграде. Но это нонсенс.

Исходя из политических рисков, бизнесмену, имеющему интересы на рынке хлеба, выгодно самому быть политиком. Вы в этом направлении движетесь?
— Я являюсь депутатом Верховного Cовета Крыма. Но попал в депутатский корпус пассивно — пассивным депутатом и остаюсь. Вхожу в земельную комиссию. При этом земли в Крыму не приобрел. Политика и государственная служба — это не мое.

Хлеб — всему голова
Владимир Слабовский сегодня контролирует около 6% рынка хлеба Украины, занимая доминирующее положение в Крыму и Одесской области. До кризиса СМИ оценивали его состояние в $170-200 млн. Помимо крупнейших в этом регионе хлебокомбинатов (компании «Крымхлеб» и «Одесский каравай»), ему принадлежит обширная сеть из около трехсот небольших торговых точек, специализирующихся на продаже хлебобулочных изделий. Это дает годовой доход около 300 млн грн. Наибольший рост холдинга «ТиС» пришелся на 2006-2007 годы, когда доступность банковских кредитов и иностранных инвестиций открывали прекрасные возможности для реализации новых проектов. Как и многие бизнесмены, о вероятности международного финансового кризиса Слабовский в этот период не задумывался и стремительно обрастал долгами. Он смело начал строительство сети магазинов по торговле элитным хлебом и кондитерскими изделиями «Месье Булкин» (стартовая стоимость проекта ?5 млн), реконструировал хлебокомбинаты в Ялте, Симферополе, Бахчисарае, Феодосии и Белгород-Днестровском (в сумме около $15 млн), приступил к реализации проекта по созданию современного хлебопекарского комплекса под Киевом ($50 млн). Общую сумму долгов на осень 2008 года, когда в Украину пришел кризис, бизнесмен не называет: «Это были колоссальные деньги. На эту сумму можно было купить областное хлебопекарное объединение».

Возможно, в этот момент Владимир Слабовский пожалел, что в 1990-х судьба занесла его в эту непростую отрасль. Первые большие деньги он заработал в Донецкой области, в период постсоветского дефицита продуктов питания. Он занимался посредническими сделками с мясом, мукой и консервацией. Эпоху бартера он встретил достаточно опытным трейдером, имеющим связи с крупными аграрными производителями. Когда в товарообменных цепочках появилась ниша для нефтепродуктов, он стал партнером киевлянина Михаила Табачника, на тот момент владеющего сетью заправок «ТИКО». Вместе они создали «Лизинговую компанию «Хлеб Украины», которая специализировалась на поставках всего необходимого для аграриев — от топлива до техники. Поскольку расчеты производились преимущественно зерном, у компаньонов появился интерес к мукомольным предприятиям, а затем — и к хлебозаводам.Так и родился холдинг «ТиС» — «Табачник и Слабовский». Очевидно, что наличие среди учредителей компании родного брата Дмитрия Табачника — правой руки тогдашнего президента Леонида Кучмы — способствовало росту бизнеса в 1990-х. А вот в 2008 году этот фактор сыграл скорее негативную роль. Ведь просить об антикризисных преференциях нужно было премьер-министра Юлию Тимошенко, чье отношение к команде Кучмы всем известно.

Тем не менее Владимир Слабовский по максимуму использовал статус президента Всеукраинской ассоциации пекарей, чтобы свести к минимуму удар финансового кризиса по отрасли, а заодно и по своей компании. С угрозами организовать забастовки и митинги в феврале 2009 года он потребовал от Кабмина выделить из Аграрного фонда зерно с отсрочкой платежа и отменить ограничение рентабельности хлебозаводов, а от Верховной Рады — принятия отраслевого антикризисного закона. Полного выполнения требований глава ВАП не добился, но и без государственной помощи не остался. Сегодня уже с уверенностью говорит о том, что пик кризиса пройден. А об осени 2008 года вспоминает как об ужасном сне.

Когда грянул экономический кризис, у вас было много валютных кредитов?
— Да, валютных кредитов набрали немало, падение курса гривни создало нам проблемы. Помню, когда общался по этому поводу с и. о. министра финансов Уманским, он меня спросил: «Кто же вас заставлял брать валютные кредиты?». Я ему ответил: «Вы заставляли». В 2008 году кредит в гривне взять было практически невозможно. Гривни на рынке не было. Все кредиты с нормальными условиями предлагались в долларах. Всю страну долларизировали, а потом сделали вид, что они тут ни при чем.

Как выкручивались?
— Нас поставили перед выбором: пере­оформлять кредиты в гривне под повышенные проценты или гасить их немедленно в валюте. Мы перевели кредиты в гривню, после чего процентные ставки увеличились в два раза. Весь реальный сектор экономики был вынужден пойти на это.

Сейчас очень модно организовывать фиктивное банкротство. Вы рассматривали такой вариант спасения от кризиса?
— Задумывались о разных вариантах. Особенно в декабре 2008-го и январе 2009-го. Тогда никто не знал, куда все катится. Но потом мы посчитали и поняли, что сможем обслуживать кредиты и сохранить репутацию. Пока в этом своем решении не разочаровались. Хотя не все бизнесмены так поступили.

Кризис уменьшил количество игроков на рынке хлеба?
— Количество игроков не уменьшилось. Просто часть рынка ушла в тень. А легальные игроки приостановили все инвестиционные программы. Мы сейчас реализуем только те проекты, которые начали еще до кризиса. И все наши инвестиционные планы, которые только проектировались на бумаге, мы заморозили. Раньше у нас был бизнес-план до 2012 года, но в октябре 2008 года он полетел в корзину. Сейчас проблематично планировать даже на квартал. Максимум — на месяц.

В 2010 году хлеб сильно подорожает?
— Точных цифр вам никто не скажет. Слишком много факторов влияют на цену. Начиная с политической нестабильности и заканчивая мировыми тенденциями. Если завтра мировые биржи начнут спекулировать зерном, подорожает мука, придется поднимать цены на хлеб. Понимаю, что мне как бизнесмену нужно иметь долгосрочный прогноз рынка. Но прогнозировать сейчас — дело неблагодарное.

Ценовые войны
Самым рискованным периодом для репутации Владимира Слабовского стали скандалы вокруг повышения цен на хлеб в 2006 году. Он настаивал, что если подорожания не произойдет, то хлебозаводы в Крыму и Одесской области остановятся. Власти этих регионов категорически возражали, упрекая бизнесмена в циничности и завышенных финансовых аппетитах. В ходе конфликта с правительством Крыма он принял решение повысить цены без получения одобрения со стороны властей. В ответ за неделю до Нового года республиканская СЭС пригрозила временно приостановить работу предприятий «Крымхлеба» в Симферополе и Ялте из-за нарушений санитарных правил. Тогдашний вице-премьер крымского правительства Евгений Михайлов тут же пояснил, что эти санкции вызваны нежеланием г-на Слабовского снизить цены «на социально значимые сорта выпускаемой продукции». Но и после этого бизнесмен отказался вернуть цены на прежний уровень и даже развлекал журналистов ироничными комментариями: «Мне, заслуженному экономисту Украины, сложно что-то говорить о высказываниях заслуженного тренера по тяжелой атлетике Евгения Михайлова».

Для решения проблемы премьер-министр Крыма Анатолий Гриценко пригласил в регион харьковскую компанию «Кулиничи» Владимира Мисика. «Я сразу предупредил: Володя, ты знаешь мою репутацию. Если хочешь заходить, делай это легально», — рассказывает Слабовский «ВД» о том периоде. В итоге он цинично выждал, пока «Кулиничи» основательно потратится на реконструкцию нового завода под Симферополем, и затем через суд заблокировал итоги его приватизации. После этой истории Слабовский еще несколько раз повышал цены на хлеб, а правительство Крыма направляло жалобы в прокуратуру. Но открытых ценовых войн больше не было — бизнесмен продолжает гнуть свою линию. В интервью «Экономическим известиям» он откровенно говорит о нынешних правилах игры на рынке: «Я не пойду в Харьков — там Мисик, во Львов и Винницу — там Вадим Вишневский. И они, соответственно, не придут работать в Крым или Одессу, где работаю я».

Кстати, в Одессе Слабовский повышает цены также без согласования с местными властями. Его не страшат даже предупреждения Антимонопольного комитета принять «адекватные меры». Он говорит, что иначе просто не может, поскольку нельзя работать в убыток. И аргументами о страданиях малообеспеченных его не растрогать.

Давненько у вас не было шумных ценовых войн с местными властями. Научились договариваться тихо?
— Войны у нас закончились где-то к концу 2007 года. Их было несколько, но мы выстояли. Мы не нагнулись и не позволили на себя сесть. Так теперь и стоим.

Местные власти не могут вас заставить снизить цены под выборы?
— После 2007 года — нет. Тогда, помню, у нас были объективные причины для повышения цены в Одессе, я пришел к губернатору, чтобы объяснить ситуацию. Ведь наше дело — хлеб печь, а не воевать. Пришел с красиво оформленными документами. А он мне: «Забери свои бумажки. Я — власть, а власть — от Бога. Сказал цены не повышать — значит, не повышать». Я не понял, что он имел в виду, упоминая Бога, и цены мы подняли.

А наутро у нас на предприятиях маски-шоу. Они ничего лучшего не придумали, как остановить поставки хлеба потребителям. Но город без хлеба жить не может. И, потерроризировав нас какое-то время и не добившись уступок, оставили в покое.

Производители хлеба вынуждены договариваться с ценовой инспекцией, чтобы их не прессинговали. Вам чиновники предлагали дать «откат» за добро на повышение цены?
— Мне не предлагали. Видимо, играет роль моя репутация.

В Крыму в 2006 году вас обвинили в монополизации рынка хлеба и пригласили в республику альтернативных игроков, чтобы создать конкуренцию. По-хорошему договориться не удалось?
— Не удалось. В тот раз, опять же после повышения цен, власти придумали просто закрыть самые крупные в Крыму заводы и тем самым снова оставить людей без хлеба. Правда, вовремя опомнились и разрешили работать.

Тем не менее по приглашению крымских властей новые игроки попытались прийти в регион?
— Я на хлебном рынке знаю всех серьезных игроков. И когда одного из них власти привели в Крым, я предупреждал, что не могу запретить производить хлеб, но не позволю это делать нелегально.
В Крыму у меня главный конкурент — севастопольский «Царь-хлеб» Юрия Трындюка. Мы с ним конкурируем цивилизованно — ценой и качеством. И когда приглашенному конкуренту власть помогла на аукционе купить небольшой заводик под Симферополем, не допустив к участию не только нас, но даже запретив присутствовать на нем журналистам. Мы смогли через суд отменить результаты аукциона.

Что сейчас с этим заводом под Симферополем?
— С тех пор этот заводик так и стоит — недостроенный. Видимо, на прозрачных, законных условиях приглашенный конкурент оказался неконкурентоспособным.

Океан и кони
В шахтерском поселке на Донбассе, где вырос Владимир Слабовский, и близко не было конюшен и моря. Но сегодня его главные хобби — лошади и дайвинг. «Эти увлечения когда-то были мечтами, родившимися из книг», — объясняет он этот парадокс. Целый год бизнесмен исправно посещал элитный загородный клуб верховой езды «Конюшня Бутенко». Но ездить на левобережную окраину Киева ему оказалось некомфортно, и теперь он строит собственную конюшню на правом берегу. По окончании строительства планирует реализовать давнюю мечту — приобрести элитную лошадь.

Увлечение дайвингом — не менее затратное хобби, но на него Слабовский также денег не жалеет. Долгие подводные погружения позволяют мгновенно снять стрессы, полученные в неспокойном хлебном бизнесе. В компании с тремя-четырьмя друзьями он может внезапно отправиться на океан, оставив все дела. Как правило, такие путешествия занимают около недели. Но случается, что, вылетев на дайвинг в четверг, уже в понедельник он появляется в офисе — загоревший и отдохнувший. Из путешествий г-н Слабовский привозит видео, которым, по его словам, было бы нестыдно поделиться даже с телеканалом «Дискавери».

Какое впечатление от дайвинга у вас было самым сильным?
— Это было на Бора-Бора. Мы с товарищем познакомились с французами, которые организовали нам погружение в открытом океане среди акул. Причем все снято на видео.

Сложно было организовать такие съемки?
— Так случилось, что один из французов был профессиональным оператором. Мы предложили ему оплатить подводную съемку. Несколько дней подряд они на своей лодке приходили за нами, и мы выходили за пределы рифов — туда, где водятся акулы. Используя тунца как приманку, мы погружались просто в стаю акул. Это было потрясающе.

Вы не боялись за свою жизнь?
— Первое ощущение — это, безусловно, страх и желание куда-нибудь спрятаться. Но потом ты видишь, что если акул не провоцировать, они не обращают на тебя внимания. И уже через какое-то время мы спокойно плавали среди акул. Все это зафиксировано на DVD.

Чем вас привлекает дайвинг?
— Самое главное, что во время дайвинга попадаешь совсем в другой мир. Все органы чувств работают по-другому. Все предметы кажутся ближе и больше, а цвета искажаются толщей воды. Звук распространяется в два раза быстрее и при этом паришь в невесомости. Ощущение такое, что, находясь на родной планете, ты попал в иной мир. Люблю на неделю отправиться в открытое море, где даже мобильной связи нет.

Можете себе позволить ради дайвинга обойтись без мобильного телефона целую неделю, а бизнес?
— По опыту знаю, что неделю могу позволить себе отдохнуть. Менеджеры в холдинге достаточно сильные.

Перспективы
Итоги февральских президентских выборов для Владимира Слабовского стали неплохой новостью. Дмитрий Табачник имеет прекрасные шансы снова занять пост вице-премьера в новом правительстве. А это значит, что его брат Михаил — партнер Слабовского по холдингу «ТиС» — получит если не мощный административный ресурс, то надежное прикрытие на уровне центральной власти. Вряд ли в этих условиях местные власти Одесской области и Крыма будут излишне привередливы, когда дело дойдет до очередного повышения цен. Тем более, учитывая минувшие ценовый войны, Слабовский нынче предпочитает повышать цены плавно — по 3-5% за раз. Примечательно, что в последний раз он это сделал несколько недель назад, сразу после второго тура выборов, выдержав джентльменскую паузу на время избирательной кампании. Сам при этом в большую политику, похоже, идти не собирается. Очевидно, сказывается опыт коллег по хлебопекарскому цеху, которым сложно говорить о социальной защите населения и одновременно повышать цены на продукт №1.

Главной сложностью в бизнесе Слабовского в ближайшее время, помимо погашения многомиллионных кредитов, будет острая конкуренция с иностранными трейдерами за украинское зерно. Этот рынок в последнее время слишком ориентирован на экспорт, и хлебопекам приходится немало потрудиться, чтобы соблазнить аграрные компании на долгосрочные контракты. Сам Слабовский больших площадей по выращиванию зерна не имеет и желания инвестировать развитие холдинга в этом направлении пока не проявляет. Говорит, что пока действует мораторий на торговлю землей сельхозназначения, ему рисковать не интересно. Однажды он обжегся на аренде земельных паев в Черкасской области, когда селяне вместе с главой сельсовета вдруг потребовали повышенную долю от доходов, и с тех пор зарекся иметь дело с пайщиками. Отсутствие собственной сырьевой базы обрекает Слабовского закладывать риски в цену хлеба и трепать нервы в конфликтах с местными властями. Но с нервами у него, похоже, все в порядке. Тем более, со спросом на хлеб тоже все хорошо. По странной закономерности, чем хуже живут украинцы, тем больше хлеба они едят.

    Реклама на dsnews.ua