• USD 27.9
  • EUR 34.1
  • GBP 39.5
Спецпроекты

Впечатленные простотой

Реклама на dsnews.ua
Кадзуо Седзима и Рюэ Нисидзава — нынешние лауреаты Притцкеровской премии — деликатно предлагают европейской архитектуре японские традиции минимализма
Кадзуо Седзима и Рюэ Нисидзава — нынешние лауреаты Притцкеровской премии — деликатно предлагают европейской архитектуре японские традиции минимализма и асимметрии.

В этом году обладателями награды, сравнимой по значимости в области архитектуры с Нобелевской, стали двое зодчих. И хотя госпожа Седзива и господин Нисидзава много строили по отдельности, все же мировую известность им принесли совместные работы. Архитектурное бюро SANAA, в котором они являются партнерами, существует с 1995 г. За это время японцы успели «засветиться» не только у себя на родине, но и в Европе и США. Как высшее признание заслуг можно расценивать и тот факт, что в этом году госпожу Седзива выбрали куратором Венецианского биеннале. До нее этой чести не удостаивалась ни одна женщина. В своем официальном заявлении жюри Притцкеровской премии отметило деликатность и одновременно значительность архитектуры SANAA, которой свойственно непоказное и незаумное своеобразие. Эти особенности стиля — отсутствие зрелищности, подчеркнутый минимализм, за которые, собственно, Кадзуо и Рюэ получат бронзовую медаль и чек на $100 тыс., — европейские критики неоднократно ставили японцам в упрек, называя их здания слишком безыскусными и даже небрежными.
«ВД» решила выяснить, что скрывается за кажущейся простотой архитектуры SANAA.

Шкатулка с секретом
Действительно, на первый взгляд здания SANAA выглядят слишком просто. Одно из самых знаменитых сооружений в их портфолио — Музей современного искусства в Нью-Йорке — представляет собой этакую невысокую башенку из шести белых коробов, неровно поставленных друг на друга. Издалека создается впечатление, что это дел рук карапуза-великана, играющего в кубики и еще не научившегося координировать свои движения. Сходство с детским кубиками дополняет и минимальное количество окон. Другое, не менее знаменитое сооружение японцев — школа менеджмента и дизайна Zollverein в немецком городе Эссен — интересно как раз своими окнами. Они разного размера и расположены в полном беспорядке, как будто пляшут по всем стенам: на углах здания их больше, посередине меньше, на одном этаже три окна в высоту, на другом — только одно. Если считать по окнам, то получается, что в школе семь этажей, на самом деле их четыре. Само же здание — параллелепипед из неоштукатуренного бетона со следами швов плит. Декор прин­ципиально отсутствует. Да в нем и нет никакой нужды, акцент сделан именно на окна.

Обыгрывание прямоугольной формы можно найти практически во всех зданиях SANAA: флагманском магазине Dior в Токио (стеклян­н­ый параллелепипед с разными по высоте этажами), театре де Кунстлини в Нидерландах (несколько «кубиков», стоящих рядом), Музее искусства XXI века в Японии (усеченный шар с поставленными на крыше «коробками») и т.­ д. Впечатление простоты поддерживают и любимые цвета архитекторов — белый и серый, которые обусловлены выбором материалов: это, как правило, бетон, стекло, алюминий.

И, тем не менее, простые сооружения SANAA производят сильное впечатление, а при ближайшем рассмотрении и углубленном изучении всей структуры вызывают к тому же восхищение оригинальными находками. Взять, к примеру, уже упомянутый Музей в Нью-Йорке. Благодаря произвольному смещению объемов здания, с разных сторон, под разным углом зрения оно выглядит каждый раз по-новому, наклоняется то в одну сторону, то в другую, или даже — о чудо! — стоит совершенно прямо. Кроме того, смещенные относительно друг друга этажи имеют функциональное объяснение: это позволило сделать окна таким образом, что помещения всегда освещены естественным светом. Интересная идея — обшивка здания металлическими панелями, покрытыми сверху алюминиевой сеткой. В  зависимости от того, как падает свет, музей выглядит то белым, то серым, то размытым по контуру. А когда смотришь на хаотичную застройку вокруг, состоящую сплошь из разновысотных продовольственных магазинов и жилых домов, понимаешь, что такая форма вполне уместна. Сами архитекторы объясняют свое архитектурное решение соображением, что «здание музея должно быть никаким, чтобы не отвлекать внимание от того, что оно содержит в себе». Действительно, предельно аскетичное, скромное внутреннее пространство показывает, что главные герои тут — молодые художники и их произведения. Кроме того, на пробуждение интереса к содержимому музея работает и необычная форма здания, которая вызывает желание, по крайней мере, подойти поближе, разглядеть его внимательно вблизи и, наконец, зайти в него, чтобы понять, как оно устроено.

Еще большую изобретательность, незаметную с первого взгляда, демонстрирует Учебный центр Rolex в Лозанне, открытый совсем недавно — в феврале 2010 г. В плане это все тот же прямоугольник, но волнообразно выгнутый. Высота здания от пола до потока при этом везде одинакова, просто в разных местах постройка то приподнимается, то опускается, а в некоторых даже не касается земли. Внутри эти перепады высот образуют плавные возвышенности и впадины. Но главная особенность, которая бросается в глаза, глядя на внутреннее пространство, — перегородок или чего-то, отдаленно напоминающего двери, там нет вообще. Все помещение площадью 20 тыс. кв. м представляет собой огромный open space! Казалось бы, очень странное решение для здания, которое планируется использовать как библиотеку, аудитории для студентов (общим числом около шести тысяч), кафе. Интриги прибавляет и то, что в конкурсе, проводившемся несколько лет назад, проект SANAA победил в финале проекты Захи Хадид, Рема Колхаса, Жана Нувеля, бюро Herzog & de Meuron. Чем же так приглянулся руководству университета минималистичный проект японцев? Оказывается, уникальным с инженерной точки зрения решением именно внутреннего пространства. Здание только кажется «открытым». На самом деле ­ благодаря волнообразной структуре — в нем есть визуально и акустически «закрытые» зоны. Т.е. в «долине» может проводиться шумное собрание, на «холме» — читать лекции преподаватель, а рядом за возвышенностью — веселиться студенты в кафе. И все три помещения будут автономны, никто никого не будет слышать и видеть, а значит, не будет мешать друг другу. Для удобства перемещения по корпусу сделаны наклонные лифты. Еще одна фишка Rolex — 14 внутренних двориков, круглых застекленных садиков, которые сверху выглядят как «дырки» в здании. Они позволили сэкономить электричество и максимально использовать естественное освещение, по этой же причине все внешние стены полностью стеклянные.

Не навреди

Одно из самых привлекательных свойств зданий SANAA заключается в том, что они не агрессивны по отношению к своему окружению: не перетягивают на себя внимание с близлежащих объектов, а органично дополняют их. И в этом главное отличие их стиля от модной европейской архитектуры последнего времени, которая как бы выламывается из ландшафта, спорит с ним, доказывает свою уникальность, капризно требуя: «Посмотрите, какая я вся оригинальная и ни на что не похожая». Напротив, сооружения Кадзуо Седзима и Рюэ Нисидзава по-японски благовоспитанны, скромны, но при этом внутренне целостны и гармоничны. Вместе с тем они не растворяются в окружающем пространстве, а открывают в нем новые грани, подчеркивают его достоинства.

Реклама на dsnews.ua

Один из ярких примеров такой органично вписанной в ландшафт архитектуры — выставочный павильон галереи Serpentine в Лондоне, построенный дуэтом SANAA в 2009 г. Надо отметить, что заказы на постройку временного летнего павильона в Кенсингтонских садах даются только выдающимся архитекторам. В свое время для Serpentine строили Заха Хадид, Тойо Ито, Даниель Либескинд, Оскар Нимейер, Рем Колхас, Альвару Сиза, Фрэнк Гери. В отличие от них, Кадзуо и Рюэ выбрали очень простую форму — алюминиевые «облачка» на алюминиевых же тонких опорах. Больше там ничего нет, даже пола — его роль выполняет гравий. По сравнению с формально суперсложными проектами предшественников, это простота и наивность в кубе. Но какие визуальные эффекты создает эта «элементарная» конструкция! Алюминиевая поверхность «облаков» выступает своего рода зеркалом, в котором отражается все вокруг: облака на верхней части, люди и зелень — на нижней. При этом очертания не четкие, а размытые, постоянно меняющиеся в зависимости от освещения.

Кажется, что это не навес, а водная гладь, парящая в воздухе. Павильон SANAA не просто связан с парком, где расположен, он является его естественным продолжением. Из всех построенных за девять лет зданий, проект SANAA самый деликатный по отношению к ландшафту. Кажется, что архитекторы руководствовались заповедью Гиппократа «не навреди», когда создавали конструкцию, которая не заслоняет ни одно дерево и позволяет находиться одновременно и внутри и снаружи павильона.

Такой бережный подход к природе демонстрируют и другие совместные здания Кадзуо и Рюэ. Чтобы не нарушать существующий облик ландшафта, японские архитекторы остановились на нескольких одноэтажных постройках, проектируя новое помещение для филиала Лувра в городе Ланс на севере Франции — его строительство стартовало в начале 2010 г. Также очень интересен их проект смотровой площадки для финиковых пальм Пальмераль в Эльче, который включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Проект представляет извивающуюся пешеходную дорожку-мост длиной 770 м, поднятую на высоту 22 м. Благодаря прозрачным стенам-ограждениям, конструкция, как человек-невидимка, растворяется в парке. А мостик дает возможность полюбоваться пальмами с разных ракурсов, не задирая голову вверх.

Не случайно стекло — один из фаворитов SANAA. Именно оно позволяет их зданиям стирать границы между внутренним и внеш­ним пространством, превращая его в единое целое. Так произошло, например, со Стеклянным выставочным павильоном в Толедо. Все стены в здании (как внутри, так и снаружи) выполнены из прочного многослойного стекла. Пейзаж, просматривающийся отовсюду из помещений музея, служит прекрасным фоном, который превосходит по красоте самые изысканные обои. И такие приятные открытия готовит каждая постройка SANAA. Только для того, чтобы обнаружить их, потребуется время. А на первый взгляд эта архитектура кажется действительно очень простой, как, впрочем, и все гениальное.

    Реклама на dsnews.ua