"Ромео и Джульетта" по-эггерсовски: как режиссер хорроров решил снять Шекспира

Сорокатрехлетний Эггерс не сидит без дела — премьера его новой картины "Оборотень" запланирована на грядущее Рождество, но сейчас все мысли американского режиссера уже поглощены будущим проектом. Пока известно только о бюджете картины — примерно 80 милионов долларов. Это рекордная сумма для Эггерса, который вообще-то умеет превосходно справляться с режиссерскими задачами, имея в своем распоряжении и гораздо меньше средств (съемки его дебюта, хоррора 2015-го "Ведьма", который также запустил карьеру Ани Тейлор-Джой, обошлись в 4 миллиона).

Эггерс также известен своей приверженостью к деталям и аутентике, то есть к максимальной достоверности происходящего на экране — не в последнюю очередь именно за это работы режиссера так высоко ценят профессионалы индустрии и поклонники той же "Ведьмы" или "Маяка". Так что герои эггеровских "Ромео и Джульетты" заговорят на ранненовоанглийском языке эпохи королевы Елизаветы I — будет использован оригинальный текст Шекспира.

Конечно, главной интригой остаются неизвестные пока имена актеров, которые сыграют главную роль — но уже сейчас можно предположить с высокой степенью вероятности, что образ Джульетты воплотит нынешняя любимая актриса Эггерса, Лили-Роуз Депп. Дочь Джонни Деппа и Ванессы Паради уже снялась в двух фильмах режиссера — "Носферату" и "Оборотне", и Эггерс был абсолютно доволен тем, как она проявила себя на съемочной площадке. Ходят также слухи, что Ромео сыграет Аарон Тейлор-Джонсон, тоже снявшийся у Эггерса в нескольких картинах — хотя если 27-летняя Лили-Роуз еще вполне способна сыграть юную влюбленную девушку-подростка, то у Тейлора-Джонсона, который почти на десять лет старше, с этим уже могут быть проблемы.

Что же заставило Роберта Эггерса отложить в сторону другие запланированные проекты (среди которых — римейк фэнтезийного кинохита восьмидесятых "Лабиринт") и вплотную заняться "Ромео и Джульеттой"? Романтические нотки уже появлялись в картинах режиссера — это касается и "Варяга", и в гораздо большей степени "Носферату" ( ну какой же хороший вампирский фильм обходится без сердечных страданий?). Но, похоже, именно сейчас Эггерс готов к тому, чтобы снять нечто, от чего у зрителя не только кровь стыла бы в жилах, но и глаза оказались на мокром месте.

В самом деле, режиссеру уже давно пора окончательно закрепиться в сознании массовой аудитории — "Носферату" 2024-года оказался самым успешным в коммерческом смысле фильмом Эггерса (собрав в мировом прокате 180 миллионов долларов при бюджете, котрый был в три раза меньше). Но что еще более существенно — уж слишком давно мир не видел и вправду впечатляющей и захватывающей экранизации трагедии Шекспира, и синефил Эггерс прекрасно это понимает.

Первые попытки — не самые удачные

Попытки экранизировать "Ромео и Джульетту" предпринимались еще на заре кинематографа, во времена немого кино. Первая масштабная звуковая экранизация вышла на экраны 90 лет назад, в 1936-м — сейчас картина Джорджа Кьюкора (когда-то ему не дали снять "Унесенных ветром", зато потом Кьюкор срежиссировал такие шедевры, как "Филадельфийская история" и "Газовый свет") воспринимается как артефакт, предмет изучения киноведов.

То, что когда-то снималось, как картина для самой широкой аудитории, в наше время может быть только предметом восхищения для влюбленных в эстетику тридцатых — рядовой же современный зритель, если и возьмется за просмотр фильма Кьюкора, скорее всего, бросит это занятие, едва на экране появится Ромео. Дело в том, что актеру Лесли Говарду, сыгравшему эту роль, было уже за сорок — и выглядел он в кадре даже старше своего возраста. Экранной Джульетте Кьюкора, актрисе Норме Ширер, было далеко за тридцать, она даже не пыталась играть подростковую любовь, оставаясь в кадре тем, кем была — взрослой женщиной.

Следующая экранизация, картина Ренато Кастеллани 1954-го года, оказалась ближе по духу к тому, что вышло из-под пера Шекспира. Страстей в фильме наблюдалось больше, чем условностей и самолюбования актеров — к тому же, картина уже была цветной, а актеры, приглашенные на главные роли, оказались гораздо моложе Говарда и Ширер. В игре 26-летнего Лоуренса Харви (Ромео) и 20-тилетней Сьюзен Шентол (Джульетта) уже мелькала необходимая непосредственность — ни Харви, ни Шентол ( с актрисой Кастеллани познакомился в лондонском пабе и тут же загорелся идеей снять девушку в роли Джульетты, это ее единственная работа в кино) не были звездами, что шло только на пользу конечному результату.

Эта картина сейчас бы имела статус киноклассики, если бы ее полностью не затмила следующая экранизация — культовый фильм Франко Дзеффирелли, вышедший на экраны в 1968-м, в уже совсем другую эпоху. Картина следовала тексту Шекспира, томительной и тревожной атмосфере пьесы — и в то же время оказалась порождением своего времени, головокружительных шестидясятых с их сексуальной революцией и переосмыслением идеалов любви и свободы.

Шедевр Франко Дзеффирелли

Актеры, сыгравшие главные роли, были максимально приближенными по возрасту к героям, описанным Шекспиром — Леонарду Уайтингу (Ромео) на момент съемок исполнилось 17, а Оливия Хасси (Джульетта) как раз отпраздновала свое 16-тилетие. Созданным молодыми людьми экранным образам было присуще характерное эпохе бунтарство — а также естественность и неподдельный в подростковом возрасте драматизм, который не превращался в нечто пафосное и преувеличенное.

При этом Ромео и Джульетта у Дзеффирелли не теряли чистоты — при всей своей безрассудности и решительности. Пара была примером идеального кастинга — совсем как Ромео, в очаровательную брюнетку Хасси (ее отцом являлся известный аргентинский певец Исвальдо Риба, мать была англичанкой) влюблялись с первого взгляда многие тысячи юношей по всей планете, а красавец Уайтинг мгновенно становился кумиром такого же несметного количества девушек.

Успеху картины также способствовал великолепный саундтрек — музыка, написанная итальянским композитором Нино Рота идеально подходила к визуальному ряду и бушующим на экране страстям, она была издана на шикарно оформленной пластинке, которая пользовалась большим спросом. Кстати, на ранних этапах подготовок к съемкам Дзеффирелли предлагал исполнить роль Ромео 24-лехтнему в то время Полу Маккартни — находящийся в зените славы участник "Битлз" даже специально встречался с Оливией Хасси и обменялся с юной актрисой несколькими телеграммами, но дальше этого дело не пошло.

Во время съемок не обошлось и без неловких для Уайтинга и Хасси моментов — Дзеффирелли во что бы то ни стало решил включить в фильм сцену, в которой бы молодые люди снимались полностью обнаженными. Леонард и Оливия были смущены, наконец режиссер пообещал, что они предстанут перед камерами в специальных костюмах телесного цвета — но после нескольких дублей заявил, что костюмы ужасно портят кадр. Лишние люди были удалены с площадки, актерам все-таки пришлось раздеться, чтобы снять ту самую сцену единственной ночи, которую Ромео и Джульетта провели вместе, уже будучи тайно повенчанными — и прощального рассвета.

Десятилетия спустя, уже в двадцать первом веке, Уайтинг и Хасси подали в суд на киноcтудию "Paramount" — предъявив обвинения в сексуальной эксплуатации несовершеннолетних. Актеры требовали возместить моральный ущерб (называлась сумма в 500 миллинов долларов) — после того, как долгие годы в интервью и Хасси, и Уайтинг заявляли, что та самая сцена была полностью оправдана в художественном смысле. Суд отклонил иск.

Оливия Хасси скончалась после многолетней борьбы с раком (к слову, уже на съемках фильма Дзеффирелли она слишком много курила, таким образом пытаясь справиться с сильным стрессом) — самая убедительная Джульетта всех времен покинула этот мир в конце 2024-го, в возрасте 73-х лет.

Ромео в гавайской рубашке

В середине девяностых австралийский режиссер Баз Лурман со всей свойственной ему дерзостью перенес шекспировскую историю (впрочем, сам Шекспир позаимствовал сюжет у поэта Артура Брука, автора поэмы "Трагическая история Ромеуса и Джульетты") в современность — пригласив на главные роли восходящую звезду Леонардо Ди Каприо (Ромео) и еще более юную Клэр Дэйнс (Джульетта).

Теперь действие происходило в городе под названием Верона-Бич, Монтекки и Капулетти были представителями двух воюющих бизнес-империй. Герой Ди Каприо щеголял в гавайской рубашке, текст от автора читали телеведущие, летали вертолеты, Монтекки и Капулетти устраивали перестрелки и жгли автозаправки, Ромео и Джульетта клялись в вечной любви, бултыхаясь в бассейне — но продолжали говорить возвышенными рифмованными строками, до боли знакомыми.

То, что в 1996-м казалось бесстрашным экспериментом, сейчас воспринимается более сдержанно — особенно учитывая последующие работы как самого Лурмана ("Мулен Руж", "Элвис" и другие), так и Ди Каприо (впечатляющий успех в прокате "Ромео+Джульетты" не шел, тем не менее, ни в какое сравнение с триумфом "Титаника", случившимся через год, в 1997-м). Картина осталась в девяностых — и учитывая то, что экранизация 2013-го года (режиссер Карло Карлеи, в главных ролях снялись Дуглас Бут и Хейли Стейнфилд) оказалась формальной и пресной, будущая версия Эггерса с его узнаваемым почерком и основательным подходом будет как нельзя кстати.