Общество

Симфоническая западня. Как взятки могут спасти украинскую академическую музыку

Национальный симфонический оркестр ради промоции Украины вынужден думать над сокращением состава

Дирижер оркестра Владимир Сиренко. Фото: kiev.carpediem.cd

Главными культурными скандалами в Украине в последнее время стали запреты на въезд российских певцов или исполнителей, питающих любовь к российскому Крыму, да введение квот на украиноязычный продукт на радио. Между тем практически все новости, которые обсуждают масс-медиа и соцсети, связаны с популярной музыкой. Академическая музыка в Украине до сих пор остается на своеобразных задворках, тогда как во всем мире именно она зачастую является индикатором культурного развития общества. О наших музыкантах куда больше знают за рубежом, чем в родной стране. Там они собирают полные залы и неизменно срывают овации, в Украине же ждут, пока поддерживать академическую музыку будет столь же престижно, как скупать квартиры и собирать коллекции золотых часов. И пока народные избранники и судьи с прокурорами поражают воображение простых украинцев количеством нажитого непосильным трудом имущества, Национальный симфонический оркестр Украины, выступавший на одной сцене со Стингом, Монсеррат Кабалье, Хосе Каррерасом, не может найти средства, чтобы отправиться в турне по Америке — самые масштабные гастроли в истории украинской академической музыки.

«ДС» поговорила с гендиректором Национального симфонического оркестра Украины Александром Горностаем о том, почему за океаном украинских музыкантов хотят видеть чаще, чем в Украине, и что сделать для того, чтобы украинская академическая музыка получила в родной стране надлежащие условия для развития.

— Александр Васильевич, ваш оркестр пригласили в тур по Америке, включающий 44 концерта. Чем будете удивлять заокеанских слушателей?

А.Г. Мы действительно собираемся с концертами в Америку и Канаду по приглашению известной промоутерской компании Columbia ArtistManagement. С ней сотрудничают ведущие симфонические коллективы мира. Первый наш концерт должен состояться 18 января, а заключительный — 26 марта. Я бы назвал эти гастроли историческими — на такой долгий период еще ни один оркестр в нашей стране не ездил.

Готовим пять программ, в которые из украинской музыки входят произведения Евгения Станковича, Мирослава Скорика. Кроме того, будут произведения Петра Чайковского, Джузеппе Верди, Роберта Шумана, Сергея Прокофьева, Дмитрия Шостаковича. Проехать по Америке исключительно с украинскими программами сложно — на концерты приходят не только наши бывшие соотечественники, поэтому мы рассчитываем репертуар на более массового зрителя.

— Ваш оркестр неоднократно выступал на одной сцене с легендами вроде Монсеррат Кабалье, Хосе Каррерас, Мишель Легран. С кем еще в ближайшем будущем планируете сотрудничество?

А.Г. Мы постоянно ведем переговоры с артистами. Вы, кстати, еще не упомянули таких замечательных музыкантов, как Стинг, Scorpions, Ванесса Мэй. А еще мы полностью записали музыку к балету «Великий Гэтсби». Кстати, именно под нашу фонограмму «Великого Гэтсби» выступали артисты в петербургском Мариинском театре. А все из-за того, что они сами не успели выучить материал. То есть балет выступал не под живой оркестр, а под нашу фонограмму! На счет планов, то в следующем году мы планируем сотрудничество с известным скрипачом Гидоном Кремером. Остальные наработки пока раскрыть не могу.

— Возвращаясь к американским гастролям. Почему они сегодня под угрозой срыва?

А.Г. Обычно Columbia ArtistManagement приглашает оркестры при одном условии: компания оплачивает все расходы, кроме расходов на дорогу, — эти траты берет на себя государство или спонсоры. Columbia ArtistManagement потратит на этот тур приблизительно $1 млн 200 тыс. — в эту сумму входит и проживание артистов, и переезды по стране, и затраты на рекламу. Концертные залы, которые берут на себя обеспечение концертов, потратят на нас около $1 млн 400 тыс. То есть всего около $2 млн 600 тыс. идет на организацию наших 44 концертов. Все это оплачивает американская сторона. От нас же требуют оплатить перелет и перевозку инструментов. Это приблизительно $90 тыс. В процентном соотношении, как вы сами видите, это очень малая часть, но даже это для нас — почти космос.
Когда мы начали переговоры по поводу этих гастролей, на дворе был 2014-й. Тогда в стране гремела Революция достоинства, началась война. Мы согласились на условия промоутеров, поскольку верили: за два года в стране изменится отношение к финансированию академической музыки — будут созданы условия, при которых национальные оркестры смогут жить, а не выживать. Но, увы, кардинальных перемен не случилось.

— А как подобные проблемы решают в других странах?

А.Г. Например, авиакомпания AustrianAirlines является спонсором знаменитого Венского филармонического оркестра. У них даже существует отдельный самолет «Боинг 747», который специально разрисовали изображениями музыкальных инструментов. В той же России каждый оркестр имеет своего спонсора — будь то банк или нефтяная компания. Проблем с покрытием расходов на дорогу у коллективов нет — все на себя берут спонсоры.

Мы же на протяжении полутора лет ищем, кто бы профинансировал нашу поездку за океан. Обращались ко многим компаниям, но, к примеру, «Международные авиалинии Украины» нашу заявку рассматривают до сих пор. На сегодня появилась маленькая надежда и сдвиги в положительную сторону уже начались, но мы не рассчитываем только на одного партнера и продолжаем искать спонсоров.

— Думали ли вы, на чем можно сэкономить, чтобы поездка таки состоялась?

А.Г. Тур состоится в любом случае, но мне бы очень не хотелось сокращать количество музыкантов, а уменьшать суточные я не имею права. В нашем коллективе 90 человек. Мы можем сократить количество музыкантов, чтобы вписаться в бюджет, но американские зрители увидят нашу сокращенную версию и подумают: «Да у нас такой оркестр в каждом штате есть!».

Чем больше людей, тем лучше качество звучания. А мы как-никак, Национальный оркестр Украины, и представляем всю страну за рубежом. Не хотим, чтобы нас там называли бедными, увидев в неполном составе. Мы же говорим об имидже Украины! Российские оркестры приезжают на гастроли огромными коллективами — у них идет поддержка на государственном уровне.

— А к органам власти за помощью не обращались? Вы же национальный коллектив, кому как не вам, государство должно помогать?

А.Г. У Министерства культуры, под которым мы работаем всю жизнь, нет денег даже обеспечить необходимые выплаты по зарплате для нашей отрасли. Не думаю, что это вина Евгения Нищука — он пришел, когда бюджет был утвержден. Поэтому просить что-то у министерства даже язык не поворачивается — мы понимаем, что таких денег у них просто нет. Другое дело — сделать отдельное мероприятие во время нашего пребывания в Америке. Например, я предлагал Министерству иностранных дел и Министерству культуры сделать музыкально-творческую политическую программу с участием нашего оркестра, к примеру, концерт, приуроченный к третьей годовщине расстрелов Небесной сотни на Майдане. Кроме того, в феврале Украина будет председательствовать в Совете Безопасности ООН. И это тоже хороший инфоповод. Если говорить коротко, то бюрократическую волокиту мы пока никак не можем обойти. Я начал этим заниматься еще в апреле, а на дворе уже ноябрь.

— Можно ли как-то решить эту проблему системно?

А.Г. У нас, к сожалению, пока нет соответствующих законов. Но я верю, что рано или поздно наша страна урегулирует отношения между музыкальными коллективами и меценатами. На Западе, если какая-то компания поддерживает проекты и мероприятия, связанные с развитием культуры, искусства, ее освобождают от уплаты некоторых налогов. Вот если бы у нас люди, которые задекларировали много денег, помогли нашему оркестру хоть каким-то способом, мы бы были счастливы! Или другой вариант. Давайте пофантазируем. Вот поймал наш генеральный прокурор Юрий Луценко какого-то очередного взяточника с миллионными сбережениями — отдайте нам хоть часть. И проконтролируйте каждую копейку. Все равно эти деньги непонятно куда потом уходят, а так все вопросы решились бы одним махом. Печально, но сегодня мало людей, которые готовы достать из собственного кармана даже несчастную тысячу, особенно на развитие искусства.

— Академическая музыка — достаточно элитарный продукт.

А.Г. Мы — сфера, которая существует благодаря дотациям, спонсорству. Повлиять на популяризацию академической музыки в нашей стране могут законы о меценатстве и пропаганда среди населения. Насколько мне известно, четверть бюджета Филадельфийского оркестра идет именно на пропаганду классической музыки — выступления малых коллективов в школах, воспитание с самого детства любви к классике.