Мир

Как вернуть рукопожатность

Александр Лукашенко стремительно превращается в восточноевропейский аналог Франсиско Франко

Фото: Shutterstock.com

16 февраля Европейский Союз снял санкции с президента Беларуси Александра Лукашенко, а также примерно со 170 лиц из его ближайшего окружения.

Люди, близкие к населению

Официальные заслуги Лукашенко, за которые на него и упало ответное европейское счастье, тоже перечислены в документе о снятии санкций. Это активное участие Минска в Восточном партнерстве, в промежуточной фазе диалога по модернизации, возобновление диалога по правам человека с ЕС, начало переговоров о партнерстве по мобильности и об упрощении визового режима и реадмиссии. Кроме того, Евросоюз считает похвальной "растущую открытость Беларуси к диалогу и сотрудничеству с БДИПЧ ОБСЕ" и призывает провести парламентские выборы 2016 г. в соответствии с его, Евросоюза, рекомендациями. Даже интересно стало, как они в итоге пройдут и кто окажется в числе кандидатов....

Впрочем, как бы они не прошли, а завершающий этап возвращения блудного Батьки в Европу налицо. В октябре прошлого года Совет ЕС уже приостановил санкции в отношении того же списка физлиц, а США временно вывели из-под санкций практически всю химическую отрасль: "Белорусьнефть", "Белнефтехим", "Белшину", "Гродно Азот", "Гродно Химволокно", "Лакокраску", ОАО "Нафтан" и "Полоцк Стекловолокно".

Но временное снятие санкций - это одно, а полная отмена - совсем другое. Временно снятые санкции можно вернуть в любой момент, и так уже бывало, в том числе и с Беларусью. А вот ввести санкции с нуля - это сложная процедура. Иными словами, за прошедшие четыре месяца Александр Григорьевич оправдал доверие, и с ним готовы работать как с договороспособным партнером на долговременной основе. Если, конечно, он не выкинет какого-то совсем уже изумительного номера, но это в нынешней ситуации маловероятно.

Хотя.... Постойте. А почему, собственно, маловероятно? Что изменилось за 13 лет пребывания президента Лукашенко под санкциями? Напомню, что терпение ЕС закончилось, когда в Беларуси стали пропадать люди: оппозиционные политики и журналисты.

Следующий санкционный пакет был утвержден в 2010 г., после очередных президентских выборов и жесткого разгона акции протеста. Но в октябре 2015-го в Беларуси прошли следующие президентские выборы, на которых Лукашенко снова избрали, уже в пятый раз подряд, и Брюссель это спокойно проглотил. То есть что-то определенно изменилось - либо в Батьке, либо в оценках ЕС. Итак, что, собственно, происходит в Беларуси? Как говорил сын бургомистра из фильма Марка Захарова: "Не пора ли уже и цыган разрешать?". В смысле - что дальше-то?

На последних выборах Лукашенко набрал 83,49% при явке 87,2%. Итого, по официальным данным, за него проголосовали 72,8% граждан, имеющих право голоса. За кандидата "против всех", ближайшего конкурента Лукашенко, проголосовали 5,56% граждан. Прочие претенденты далеко позади.

Иными словами, во-первых, Батька, вне всякого сомнения, набирает большинство. Да, были подтасовки и приписки, но, тем не менее, пройди в Беларуси самые честные выборы сейчас, и Батька их честно выиграет. А во-вторых, реальной оппозиционной фигуры, которая могла бы потягаться с ним, сегодня в стране нет. И дело не так в том, что Лукашенко больше двух десятков лет намертво стерилизует политическое поле. Альтернативному кандидату нечего предложить. В общественном обращении нет сегодня идеи, которая оказалась бы популярнее "желудочной" программы Лукашенко.

Словом, для большинства населения Бацька - терпимый компромисс. Тем более что он в отличие от Путина не особо вторгается в личное пространство граждан. И даже не сильно возражает против общественных объединений, если не видит в них угрозы своей власти.

А с прагматиком, который не собирается завоевывать мир и перекраивать его по своей мерке и который более или менее устраивает большую часть граждан, Европа вполне может разговаривать. Пусть даже и с диктатором.

Лукашенко как перевод с испанского

Фигура Лукашенко очень напоминает другого диктатора - покойного Франсиско Франко. Весьма авторитарного и совершенно не чуравшегося личного обогащения, автора знаменитого лозунга "друзьям - все, врагам - закон". Но вместе с тем и весьма гибкого. В период Второй мировой войны Франко успешно лавировал между Гитлером и союзниками, причем получал выгоды со всех сторон. Немецкому послу в Испании Дикхофу Франко заявлял, что "осторожная политика отвечает не только интересам Испании, но и интересам Германии. Нейтральная Испания, поставляющая Германии вольфрам и другие продукты, в настоящее время нужнее Германии, чем вовлеченная в войну". Общаясь с послом США Хейсом, он - в 1942 г. - выражал надежду, что Германия сможет пойти на уступки западным державам и установить "баланс сил" в Европе. К тому же, добавлял Франко, для Европы и Испании СССР опаснее нацистской Германии, и по этой причине Испания "не столько желает победы стран Оси, сколько поражения России". Франко аккуратно уклонился от участия в совместном с Германией захвате Гибралтара, он закрывал глаза на поток беженцев из оккупированной Европы. Помимо евреев, в Испании спасались сбитые над Францией и сумевшие перейти Пиренеи пилоты антигитлеровской коалиции. Испанские власти не замечали и того, что беглецы фрахтовали суда и уплывали к союзникам.

После войны Испании почти не вспоминали союза с Гитлером - несмотря на то, что на ее территории нашла убежище уже новая волна беглецов, тех, к кому были счеты у победителей. Испания участвовала в европейских проектах, привлекала инвестиции, приняла и успешно осуществила за 15 лет "стабилизационный план", к 1974 г. превратившись из аграрной страны в десятую экономику мира.

Нельзя сказать, что европейцы были так уж беспринципны и что Франко их совершенно не раздражал. Но в Европе понимали, что в испанской ситуации Франко - наименьшее зло. Что его резкий уход откроет путь к власти фактическим агентам Кремля, и что эта публика была бы у власти много хуже и кровавей, чем умеренный автократ, сильно смягчивший к тому же первоначальный радикализм.

Примерно так же складывались отношения и с другим диктатором - Антониу Салазаром, причем в отличие от франкистской Испании Португалия при Салазаре даже входила в НАТО. Оба режима достаточно мягко, без особых потрясений, мало-помалу размывались и модернизировались. Их демократизация проходила сложно, многоэтапно, с откатами назад, но в целом успешно. И, что немаловажно, с относительно малой кровью. Трудно сказать, изучал ли Лукашенко опыт Франко и Салазара или руководствуется только собственным политическим чутьем. Но сходство становится все более заметным.

Замыкая круг

Поскольку у обезумевших кремлинов есть ядерное оружие, хотя и изрядно обветшавшее, но работоспособное, и, будучи не вполне в адеквате, они способны при случае пустить его в ход, Запад действует осторожно. Загоняя Путина в угол, он неизменно оставляет ему путь отхода - правда, путь этот тоже ведет в тупик, но российский президент не просчитывает далеко и покупается на иллюзию выхода. Более всего на Западе озабочены тем, чтобы в Кремле не сочли ситуацию безвыходной. В идеале измотанный режим должен рухнуть сам, а Путин исчезнуть из Кремля, пусть хоть с чемоданом бриллиантов, даже с триллионом долларов на счетах Банка Ватикана, но без ядерной кнопки. Без нее все дальнейшее так или иначе разрешимо в приемлемом для Запада и всего мира ценовом диапазоне.

Лишить Россию доступа к современным технологиям и банковской SWIFT - задача вполне решаемая. Но цена решения - велика, и риски - тоже велики. Во-первых, такое решение натолкнется на сопротивление пророссийского лобби. Причем не столько даже пророссийского по причине проплаченности ФСБ, сколько потому, что РФ за последние десятилетия вошла в систему мировой экономики, и вычеркивание ее оттуда сопряжено со множеством экономических потерь и неудобств для множества богатых и влиятельных людей. Во-вторых, Москва начнет искать лазейки, и эти лазейки надо будет отслеживать и перекрывать, а это сложно. В-третьих, если закрытие лазеек пойдет очень уж успешно, то загнанная в угол Россия вполне может рискнуть пойти ва-банк и развязать где-то на периферии очередную войну. Или снабдить террористов ядерным оружием. Причем, помимо ядерного, у России есть и весьма опасное химическое оружие. И бактериологическое. И много еще интересного осталось у РФ, включая и всемирную сеть явных, тайных и полутайных инструментов для дестабилизации обстановки в любой точке мира. Конечно, экономические трудности мало-помалу убивают все эти структуры, но дракон все еще крайне опасен, и лучше его не ярить.

А выведенная из-под санкций Беларусь прекрасно подходит на роль площадки для неформальных, в обход санкций, контактов России и Запада. Для банковских операций. Для экспорта запрещенных к продаже в РФ промышленных изделий. Учитывая реальное соотношение тех пряников, которые могут сегодня предложить Лукашенко Запад и Россия, площадка эта будет находиться под полным контролем Запада. Объемы поставок и транзакций, а также номенклатура изделий, поставляемых РФ через нее, прекрасно поддаются регулированию. Притом без особых формальностей, без выноса вопроса в Совет Европы, без говорильни на трибунах, а одним-двумя телефонными звонками. Дракон будет получать ровно столько кислорода и питательных веществ, чтобы он медленно чах и терял силы, но не бился от удушья, не впадал в панику и - самое главное - не сыграл ва-банк.

При этом Беларусь замечательно ложится в общую линию изоляции России. В принципе, она окончательно замыкает Балтийско-Черноморскую дугу. Этот забор может дотянуться и до Каспия, поскольку Азербайджан, так и не ставший калиткой в нем, давно и плотно включен в западные кооперации, а в последнее время все более солидаризуется с остальными государствами дуги, с которыми Кремль испортил отношения всерьез и надолго.

Что касается самой Беларуси, то и она при таком сценарии входит в очевидный плюс: у нее появился шанс на спокойный, эволюционный путь трансформации. И Лукашенко, у которого все теперь будет в шоколаде и европейской рукопожатности - вполне приемлемая цена за мир, сколь бы циничным ни было такое решение.

Бургомистр - да, дракон - нет

В отличие от Путина, впавшего в бред российского величия, Лукашенко остался прагматиком и практиком. Все-таки из председателей колхозов получаются куда лучшие президенты, чем из агентов КГБ, далеких от хозяйственной деятельности. Кроме того, в отличие от Путина Лукашенко постоянно ощущал ограниченность ресурсов, ему не сорвало крышу от потока долларов, попершего из земли.

Прикинув реальные возможности, Батька решил торговать единственным, чем располагал: географическим положением Беларуси. Сначала он не без успеха играл на российских комплексах и фобиях - на тоске по Союзу и страхе перед "танками НАТО". Эти химеры принесли немалую прибыль, но источник дохода мало-помалу исчерпывался. Кремль становился все требовательнее, он жаждал слияния и поглощения, в котором Лукашенко отводилась роль в лучшем случае губернатора Белорусского субъекта Российской Федерации. Что, по очевидным причинам, совершенно его не устраивало. Кроме того, становилось все очевиднее, что без западной технологической поддержки белорусская промышленность захиреет, а нефть и газ "за дружбу" Россия давать уже не намерена. А покупать нефть и газ, если уж их покупать, можно не только у нее. И тут уже возникают разные варианты, когда свою лояльность можно предложить и другой стороне.

Несомненно, выбор перед Лукашенко стоял нелегкий. Первую попытку переориентироваться он предпринял еще в 2008 г., отказав в признании Абхазии и Южной Осетии и получив в качестве поощрения временный вывод из-под санкций. Но в 2010-м произошел откат - Лукашенко весьма жестко избрался в президенты в четвертый раз и снова угодил под раздачу. Однако 2014 г. стал для Минска настоящим подарком судьбы. На фоне Путина, окончательно ставшего в глазах Запада огнедышащим драконом, сеющим смерть и разрушение, минский диктатор выглядел вполне человечно. Неприятно, конечно, но все-таки человечно. Ведь согласитесь: бургомистр из уже упомянутого фильма Захарова все-таки лучше, чем дракон.
Словом, поле для взаимного компромисса явно обозначилось. И практичный Лукашенко немедленно принялся за его обработку. И преуспел, доказав свою, во-первых, полезность, а во-вторых, договороспособность. В Брюсселе и Вашингтоне убедились: работать с Батькой можно.

Назидание служивым

Санкции сняты со старших сыновей Лукашенко Виктора и Дмитрия, главы ЦИК Лидии Ермошиной, министра информации Лилии Ананич, нынешнего председателя КГБ Валерия Вакульчика и его предшественника Степана Сухоренко. Из черного списка выведены также 10 компаний: "Белтехэкспорт", "Белтех Холдинг", "Спецприборсервис", "Трайпл", "Раковский бровар", "Простор-Трейд", "АкваТрайпл", "КварцМелПром", Березовский комбинат силикатных изделий. И, в качестве бонуса уже лично Александру Григорьевичу, футбольный клуб "Динамо".

Впрочем, отменены не все ограничения, кое-что оставлено. Что-то - по бюрократической инерции, что-то - потому, что до конца своим Батька для Запада никогда не будет. Так, под санкциями еще на год остаются те, кого в ЕС считают причастными к исчезновениям людей в 1999–2000 гг.: Владимир Наумов и Юрий Сиваков - бывшие главы МВД, Дмитрий Павличенко - командир бригады спецназа МВД и Виктор Шейман — экс-глава президентской администрации.

В то же время санкции не снимаются и с четверых непосредственных организаторов физической ликвидации неудобных для Лукашенко людей. Для Батьки они отработанный материал, но для международного трибунала вполне актуальны. И могут быть обменены им на что-нибудь более полезное. И осуждены за совершенные преступления. Вероятнее всего - пожизненно. И это тоже прозрачный намек всем, кто служит диктаторам. Начальство-то откупится, а что будет с вами, служивые?