Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Нормандский ковер для украинского президента. Какой капкан Москва готовит Зеленскому

Среда, 24 Апреля 2019, 13:00
Кроме военного сдерживания российской агрессии, у Киева есть еще одна, не менее важная роль — удержание дипломатического фронта

Фото: ukrr.info

У нового президента Украины Владимира Зеленского есть немного времени перед штормом. Иными словами его каденцию и не назовешь. Необходимо определиться с невероятным количеством вопросов, да так, чтоб не растерять кредит доверия, полученный от избирателей и от внешних партнеров. Осчастливить всех и сразу, скорее всего, не получится ввиду ограниченных полномочий, но есть игрок, который уже представил счет за все сразу и даже описал алгоритм выплат.

Россию, при всем желании нового президента, нельзя будет "отложить на потом". Она сама в надцатый раз за сутки напоминает о себе и торопит, торопит. И вот уже за первыми поздравлениями и пожеланиями последовали увещевания, предложения, предостережения и... ультиматумы. Спешка, можно сказать, на грани приличия...

Количество материала, произведенного в России на тему украинских выборов и повестки дня новоизбранного президента Украины, не перерастает в качество. Смыслы остаются прежними, но, пожалуй, артикулированы более жестко и рельефно.

Президенту Зеленскому очень быстро придется определяться с первым визитом, первыми рукопожатиями и первыми заявлениями. И Кремль назойливо пытается вмешаться в формирование даже символической внешнеполитической повестки дня президента Украины. Кроме того, обращение Москвы к новоизбранному президенту Украины — это и обращение к странам Запада. Россияне всегда открыто говорят о своих намерениях. Вопрос лишь в верной интерпретации дипломатических, а также политологических речевых конструкций и действий.

Мастерство лингвистической дипломатической школы в России считалось сродни искусству. Но то ли усталость сказывается, то ли приходится следовать принятому в Кремле стандарту, уже давно высокий стиль совсем затерялся среди хамства, приукрашенного снобистским флером. В обычной жизни таким общением брезгуешь.

Еще одной отличительной чертой политики Кремля является любовь к символизму. Временами задумываешься: кого же все-таки больше среди кремлевских стратегов — шутников или конспирологов? Чего больше в спешном поздравлении Зеленского от Кадырова — шутки, дерзости или послания?

Чуть более вежливой, но лишь чуть, была колонка бывшего главы МИД РФ и президента Российского совета по международным делам (РСМД) Игоря Иванова в "Коммерсанте". Общая риторика не нова: Украина сама во всем виновата, и Россия всего лишь пытается помочь.

Тем не менее интересны некоторые, более четко проявленные акценты. Россия разморозит "нормандский формат" — это хорошая новость. Россия даже согласна на расширение этого формата с привлечением туда США и ЕС. Ну а почему бы и нет? Игорь Иванов ни разу не упомянул представителей оккупированных территорий в качестве стороны переговоров. Казалось бы, вот оно! Но, нет.

Обновленный "нормандский формат" в представлении Игоря Иванова — это стол и ковер. За столом будут присутствовать Россия, США, ЕС, Германия и Франция. А на ковре будет стоять Украина и отчитываться "о первоочередных шагах руководства страны по преодолению социально-экономического кризиса". Сидящая же за столом "международная коалиция" будет обсуждать "содействие Украине в первую очередь в постконфликтной реконструкции востока страны".

С 2014 г. российские дипломаты, юристы, политологи прикладывают титанические усилия для достижения двух целей: 1) вынести за скобки переговорного процесса вопрос оккупации и аннексии Крыма; 2) перевести Россию в статус посредника, а не стороны конфликта. Избранной тактикой до сегодня были попытки усадить за стол переговоров Украину и боевиков из ВОТДЛО. Украинская сторона успешно сводила на нет все российские потуги и удерживала статус стороны конфликта за Россией.

Игорь Иванов представил обновленную версию ухода Москвы от ответственности за войну — если не удается ввести в переговорный формат боевиков, то нужно вывести из него Украину и разговаривать уже не о войне, которую ведет Россия, а о "помощи Украине в преодолении внутренних противоречий и социально-экономического кризиса".

После такого предложения ожидалось увидеть сравнение Украины с Сирией. Но нет. Украина видится Игорю Иванову в роли Боснии. Что ж, если быть последовательными, то России в этом представлении подходит роль Сербии. Только вряд ли российские политологи согласятся с такими параллелями. Видимо, россиянам все же лучше избегать неуместных сравнений, чтобы не вводить в заблуждение и не заблуждаться самим.

Интересно то, что, ведя речь о "нормандском формате", Игорь Иванов к Украине обращается лишь единожды — с предложением отчитаться о первоочередных шагах. Все остальное время автор ведет разговор с коллективным Западом, которому предлагает широкоформатный диалог по вопросам европейской и евроатлантической безопасности. Такое предложение не свежо, и даже как-то неловко отмечать, что всем давно известно мастерство России создавать вечноиграющие и бестолковые диалоговые площадки по урегулированию проблем, созданных самой Россией. Но нельзя вечно имитировать то, чего нет. А у России нет желания урегулировать кризис безопасности, прекратить агрессию в Украине и военное вмешательство в других странах, потому что это Москве выгодно.

Выгодно и удобно придумывать все новые и новые площадки, инструменты, форматы, одновременно решая свои вопросы посредством военной силы. И на каждый новый кризис обеспокоенно предлагать новые площадки, инструменты, форматы с обновленной повесткой дня. С другой — западной — стороны также всегда найдутся обеспокоенные и готовые на бурную имитацию переговорной деятельности партнеры.

Поэтому, кроме военного сдерживания российской агрессии, у Киева есть еще одна, не менее важная роль — удержание дипломатического фронта. Нельзя позволить размыть переговорный процесс "нормандского формата". Искушение поддаться на уступки для неопытного политика или чиновника может быть очень велико, но это заведомо проигрышный путь. Просто потому, что Россия не собирается ни о чем договариваться, кроме как о капитуляции. Причем не только капитуляции Украины, но и отложенном поражении Европы. И официальное заявление Кремля накануне голосования о заведомой нелегитимности украинских выборов и непризнании украинского президента говорит об излишней уверенности, если не самоуверенности представителей российской власти.

В то же время это сигнал о чувстве безысходности. Своей агрессивной политикой Россия сама наставила вокруг себя "красных флажков", и только в ее силах их убрать. Начать можно с тех же минского и нормандского форматов. В первом продемонстрировать конструктив — повлиять на подконтрольных Кремлю представителей оккупированных территорий для прекращения обстрелов и разблокировать обмен пленными, а во втором поддержать позитивную повестку дня по миротворческой миссии ООН на востоке Украины. Следует также понимать, что, вопреки желанию Москвы, Крым будет становиться все более болезненным вопросом европейской безопасности. И лучше начать решать этот вопрос в положительном ключе уже сегодня, потому что завтра сладкий приз может стать слишком токсичным для российского будущего.

Елена Снигирь, аналитик Центра международных исследований Дипломатической академии Украины им. Геннадия Удовенко

Больше новостей о событиях за рубежом читайте в рубрике Мир