порабощенная, но государственная. Как сформировали "дорожную карту" развития УССР
12 ноября 1919-го на заседании Украинской коммунистической организации при Московском комитете РКП(б) была одобрена написанная Павлом Поповым докладная записка о политике и тактике КП(б)У. В ней, по сути, была сформирована "дорожная карта" сохранения УССР: и как "советской", и как "Украины"
В записке говорилось о необходимости кардинально изменить отношение большевиков к "украинскому вопросу" и указывались основные направления таких изменений. В первые месяцы 1919-го ничто, казалось бы, не свидетельствовало, что такой поворот будет жизненно необходимым. Успешное овладение Украиной тогда привело к своеобразному "головокружению от успеха" у большевиков. На фоне, говоря современными словами, "заоблачных рейтингов" они приступили к выполнению своей партийной программы. Но эта программа главным образом отличалась не только от провозглашаемых ими же публичных лозунгов, но и от первых после Октябрьского переворота властных решений.
Более того, в марте 1919-го, уже после укрепления власти большевиков в России, на партийном съезде была принята новая программа РКП(б). Из нее ясно следовало: курс — на коммунизм!
С воплощением не сложилось. В Украине такая политика имела катастрофические последствия для большевиков. Игнорирование одновременно как национальных, так и социальных потребностей украинцев повлекло за собой массовое повстанческое движение, которое фактически обескровило Красную армию. То, что помогло большевикам быстро овладеть Украиной, то есть крестьянской повстанческой стихией, то ее и снесло.
С повстанческой стихией пытались сражаться, но безуспешно. В целях организации такой борьбы 24 июля Киев посетил военный руководитель красных Лев Троцкий.
По докладу Троцкого в очередной раз строго осуждена партизанщина и указана на необходимость "тесного единения с РСФСР".
Однако это не помогало — Украина ускользала из рук. Троцкий в обращении к ЦК РКП(б) инициировал "радикальную зачистку тыла" по "обзору полной невозможности формирования и создания армии при том господствующем на Украине бандитизме". Политбюро ЦК РКП(б) 6 августа обращение рассмотрело и предложило "мобилизовать в Москве по районам до 500 человек из отрядов особого назначения", а также "дать надежные отряды из других организаций и наиболее надежных отрядов ВЧК".
13 августа Кремль уточнил задачи таких отрядов. В документе, в частности, отмечалось: "Отряды ВЧК, московские районщики и отряды особого назначения могут быть использованы только по их прямому назначению , то есть для внутренней охраны, и ни в коем случае их нельзя вливать в полевые части ". То есть создавали отряды только для борьбы с восстанием. По окончании смирения украинского крестьянства российские оккупационные спецназовцы "должны быть возвращены в те части, откуда командированы в Украину".
Однако это не спасло большевиков. К концу августа красные покинули Киев. А вскоре Кремль распустило и правительство советской Украины.
С переломом в войне с белыми встал вопрос: как быть дальше? Ведь, несмотря на то, что повстанцы в Украине разрушали теперь деникинские тылы, собственно большевистское подполье было откровенно слабым. В то время как наставления Зафронтбюро ЦК КП(б)У, с которыми оно отправляло в Украину коммунистов, продолжали линию, которая, по большому счету, и привела к поражению в Украине.
Оказавшиеся в Москве те из членов КП(б)У, кого не устраивал предыдущий курс и кто считал себя украинцем, начали сплачиваться возле Украинской коммунистической организации (УКО) при Московском комитете РКП(б). За подписью председателя УКО Совы-Степняка и его заместителя Владимира Ляха в ЦК РКП(б) в начале октября 1919-го было направлено, как это указано в протоколе оргбюро ЦК РКП(б), "Заявление Украинской секции Московской организации РКП о создании при ЦК украинской секции и о возобновлении комиссара". Ходатайство было отклонено, хотя "отдел пропаганды и агитации среди украинцев, проживающих в России" было решено создать.
К мнению этого своеобразного землячества украинцев, в котором были представлены те коммунисты, которые реально могли работать с украинскими массами, в Кремле были вынуждены прислушиваться. Тем более что оно действовало достаточно активно и самостоятельно, иногда даже не спрашивая санкций московского комитета РКП(б).
20 октября оргбюро ЦК РКП(б) рассмотрело вопрос о том, что "Московская украинская организация выпускает самостоятельно листки без подписи Московского комитета". Было решено, что публикация листовок возможна только по санкции и за его (т.е. Московского комитета РКП(б) — авт.) подписью, при этом может быть допущен подзаголовок "Украинская организация при МК".
Особое значение это своеобразное землячество приобрело после приезда в Москву Павла Попова, которому удалось образно сформулировать оценку положения в Украине и четко очертить видение ситуации в Украине проукраинской частью КП(б)У. 12 ноября президиум УКО "присоединился" к написанной им докладной записке в ЦК РКП(б), а сам он с этой же запиской выступил на заседании политбюро ЦК РКП(б) 20 ноября. После этого проукраинскую часть временно находившихся в Москве членов КП(б)У в Кремле начали означать "группой Попова".
Who is Who Павел Попов, фамилия которого в конце 1919 года стала символом защиты прав советской Украины? Родился в селе Демидовка (сейчас Решетиловского района) Полтавщины. Во время учебы в Московском коммерческом институте в 1915 г. поступил в Украинскую социал-демократическую партию. В декабре 1917 — начале 1918-го с Петром Слинько, Афанасием Буценко, Евгением Нероновичем, Евгением Касьяненко (Лариком) и другими знаковыми фигурами из рядов УСДП был среди тех, кого называли "украинскими большевиками". В июле 1918-го они вместе с "настоящими" большевиками вошли в ряды КП(б)У.
В начале сентября 1919-го, вскоре после отступления красных из столицы УССР Киева, Попов отправился для подпольной работы на контролируемую УНР территорию. Его довольно быстро "раскрыли", да и большевистского подполья как такового там не существовало. Однако Попов даже не был арестован. Напротив: представители украинских эсеров и правительства УНР провели с ним переговоры и направились в Москву с тем, чтобы он доложил о готовности "украинцев" (так тогда сами большевики нередко означали представителей УНР) к переговорам с Кремлем.
В Москву он приехал в третью декаду октября 1919-го. По прибытии Попов предоставил отчет высшим инстанциям (позже этот отчет, датированный 21 октября 1919-го, был опубликован в "Летописи революции"), в котором описал положение на контролируемой Директорией УНР территории, а также в других частях Украины, которые он пересекал во время своего путешествия. Еще 17 октября он находился в Бердичеве.
Характеризуя настроения крестьянства, Павел Попов отмечал: "Если выбирать какую-либо из уже существующих властей, (Петлюра, Деникин, коммунисты), то самым маленьким из всех зол в глазах крестьянства является Петлюра".
Зафронтбюро ЦК КП(б)У сразу же попыталось отправить Попова обратно в Украину. Но тот отказался. Отказ подробно обосновал в написанном 29 октября письме в ЦК РКП(б). Там он определил два возможных пути к овладению Украиной: "[…] или завоевать Украину и силой оружия уничтожить всяческие проявления национального сепаратизма, или уничтожить любую основу для него, то есть, оставаясь сторонниками пункта нашей программы о самоопределении наций, предоставить Украине возможность создать самостоятельную (на языке оригинала "самостийную" — Авт.) советскую республику и только тогда вести в ней агитацию по более тесному сближению с другими советскими республиками, в первую очередь (в данных исторических условиях) — с Российской". Далее он отметил, что считает точку зрения оргбюро (зафронтбюро) "практически вредной" и считает для себя невозможным отправиться в таких командировочных условиях, поскольку указанных директив он выполнять не сможет, "а действовать в обратном направлении не имею права как член партии, связанный с партийной организацией".
Эти же свои взгляды более подробно он изложил в уже упомянутой докладной записке к ЦК РКП(б), что к ней присоединился президиум УКО 12 ноября. В "расшифровке" подписей, в частности, в копии письма, которая была передана в декабре Исполкома Коминтерна, фамилии подписантов оригинала письма указаны так (даем без перевода): "Ларик, П.Попов, Брунст, А.Зорин, А.Горбенко, С.Сергев, С.Сергеев,". И хотя в тексте записки все время упоминается местоимение "мы" и среди подписантов группа лиц, реальным автором текста был Павел Попов. Сам же документ был поначалу внутрипартийным.
Объяснив в этом обращении как можно подробнее отличие украинского общества от великороссийского и отметив очевидное в то время для всех, что в Украине "решающим моментом являются настроения села", Павел Попов подчеркнул:
"Если к этому добавить, что города на Украине носят по большей части русско-еврейский характер , а село — сугубо украинский, что борьба против помещиков сливается, в представлении крестьянина, с борьбой против россиян и поляков, что борьба с лавочником и ростовщиком сливается с борьбой с с россиянином и поляком — станет вполне понятной вся сложность и запутанность классовой и национальной борьбы на Украине".
Потребность формального признания и содействия развитию украинского языка и культуры была, в том числе и благодаря деятельности борцов, насколько очевидной, что Попов не акцентировал на нем внимания. В то же время подчеркнул: "Первой задачей коммунистов на Украине является организация пролетарских масс города и села в единую коммунистическую партию. Со своим Украинским центром, который был бы органически связан с революционными массами и имел, благодаря этому, возможность как следует ориентироваться в специфических условиях революционной борьбы на Украине". Практическим шагом было названо слияние КП(б)У и УКП(б), которое формально произошло в марте 1920-го.
Далее Попов подчеркивал, что "в борьбе за восстановление Советской власти в Украине руководящая роль непременно должна принадлежать не Московскому центру, а Центру Украинскому, тесно связанному со стихийным революционным движением Украинских низов". Хотя руководящую роль Кремль, разумеется, не отдал, но с включением в состав КП(б)У борьбыстов и впоследствии представителей других просоветских партий Украины связь с низами действительно окрепла. При этом в пропаганде чуть ли не дословно было использовано предложение Попова, чтобы фронтальное наступление на Украину Красной армии имело "характер военно-технической помощи украинской революции". Да и политическое руководство формально было передано созданному в декабре 1919 года Всеукрревкому.
В-третьих, Попов настаивал, что "должно быть задекларировано и осуществлено право Украинского революционного пролетариата и крестьянства на самостоятельное революционное творчество, создание самостоятельного дееспособного государственного аппарата". На основной практический шаг — "федерацию на основе равенства, всех Советских Республик. А пока таких республик практически только две — как соглашение двух революционных центров", Кремль решился лишь в конце 1920-го.
Таким образом, предложенная Поповым "дорожная карта" развития УССР формально была в значительной степени выполнена, что способствовало сохранению власти большевиков. Но это растянулось во времени — уж очень нежелательными казались Кремлю эти шаги. Да и содержание порой было противоположным форме, то есть о реальном равноправии между Россией и Украиной действительно говорить невозможно. Впоследствии указанные в "записке" основы были положены в основу формального соглашения о создании СССР, что позволило сохранить Украину до 1991 года в форме хоть и порабощенной, но государственной нации.
А вот главный призыв Попова был реализован немедленно: "Мы обращаемся в ЦК РКП с настойчивым предложением без всякого промедления поставить на обсуждение украинский вопрос, […] выработать новую, более соответствующую действительному положению вещей и более продуманную линию поведения в отношении Украины". На нескольких ближайших заседаниях политбюро, пленуме ЦК РКП(б) и даже декабрьской 1919 Всероссийской конференции РКП(б) "украинский вопрос" был в центре внимания и "украинская политика" действительно была кардинально изменена.
Вскоре после своего создания "записка" попала в руки борцовцев и была опубликована ими в газете "Пролетарская борьба". Более того, эта же "записка" с крайне критическим к Кремлю украиноязычным предисловием вышла в свет отдельной брошюрой и стала фактически программной для группы "федералистов" в КП(б)У. Но это уже другой разговор, тем более что сам Павел Попов к федералистам никогда не принадлежал.